White Wolf

***

      Об этих созданиях ходит много легенд. Многие сохранились и по сей день. Одни верят в них, другие говорят, что это всего лишь сказки для запугивания маленьких детей. Но никто не осмеливается в это проверить.       Оборотни.       Когда-то давно они и вправду существовали, жили среди людей. Пока не началась война: человеку надоело жить в постоянном страхе, что твой сосед может оказаться оборотнем и вырезать твою семью, пока ты будешь спать. Поэтому обычный люд восстал против волчьих выродков.       Долгое время их вид истребляли, пока их не осталось настолько мало, что невозможно было найти. Оборотни подавили животные инстинкты и стали жить как обычные люди. Но жажда крови не утихала многие века. Теперь они убивали не людей, а скот. Питались лишь, когда это было необходимо, а в остальное время жили мирно.       С поколениями, волки покинули дальние континенты. Наибольшим скоплением стала Восточная Азия. В средние века оборотни вновь расплодились и заполнили территорию современного Китая, где зародились их первые традиции. Но время шло, и оборотни менялись, как внешне, так и внутренне. Появлялось много новых видов путем смешения крови с обычными животными. Так появились шакалы, большие и малые кошки, лисы и многие другие. Для контроля всех видов был написан свод законов, в основу которого легли многовековые традиции. Среди законов была прописана главная иерархия оборотней. Она заключалась в ранговом делении, которое ограничивало возможности и полномочия любого из видов.       Контроль соблюдения законов производился из храмов, в которых оборотни поклонялись природе. Мелкие стаи в небольших поселениях находились под контролем Местных храмов, что возглавляли крупные стаи, а за ними следил Центральный храм, который был в подчинении Главного храма. В Главном храме заседал Совет Звезд, который вершил правосудие и был основным источником власти.       Первый Совет состоял из глав пяти древних кланов, которые занимали территории современного Китая, Монголии, Японии, Тайваня, Южной и Северной Кореи. Центральные храмы этих стран расположились в Пекине, Улан-Баторе, Токио, Тайбэе, Сеуле и Пхеньяне.       Свои основные знания оборотни получали из звезд, которые говори им о будущем — ближнем и далеком. Рассказы небесных светил называли пророчествами, которые отражались на стенах Главного храма. Так два века назад одну из пустующих стен озарил ослепляющий свет, обозначающий появление нового пророчества:       «Во тьме родится белоснежная Луна, освещающая и замораживающая своим леденяще-голубым светом все вокруг. В месте, куда не доставала Луна, родится яркое Солнце, что согревало своими огненными лучами все сущее. Появление Солнца и Луны отразится знаками на спинах обоих. И когда лед встретит пламя, Луна сойдется с Солнцем, в свете их явится черная Звезда, что ослепит своим сиянием саму тьму».

***

      Омега, развалившись на кровати в домашних вещах, слушает какую-то попсовую музыку, новый альбом популярной группы. Сладкие голоса льются из колонок на полной громкости, когда в комнату тихо входит парень, он делает музыку тише почти в два раза и подходит к кровати Мина.       — Хён, — привычно тянет Чимин, садясь рядом со старшим, — мы со стаей сегодня на охоту идем, — как бы невзначай начинает он, — может, ты все-таки пойдешь с нами?       — Нет, — сухо отрезает Юнги, принимая сидячее положение, — я сам охочусь.       — Как знаешь, — младший омега лишь пожимает плечами, — собирайся, хотя бы в лес вместе поедем.       — Айщ, ладно, — тяжело выдохнув, блондин поднимается с нагретого места и идет к шкафу, откуда вытаскивает дорожную сумку и кладет туда сменную одежду, а на себя же надевает черную толстовку и такие же черные джинсы с прорезями на коленях.       — У тебя три пары только осталось, — хмыкает Пак, выглядывая из-за спины старшего.       — Да, надо будет купить еще парочку, а то скоро не в чем будет на охоту ездить, — он лишь пожимает плечами, натягивая на ноги кроссовки, и берет в руки сумку. — Ну что, поехали?       Дорога до леса занимает чуть больше часа, поскольку Мин живет почти в центре города, а дичь так близко к цивилизации не водится. Омеги останавливаются на парковке для посетителей заповедника, где уже стоит с десятка других, дорогих и не очень, машин, и выходят. Смотритель заповедника косо на них поглядывает, потому что одеты парни точно не по погоде, но ничего им не говорит. Через ограждения парни проходят вместе, а там уже разделяются: Чимин идет к стае, а Юнги прятать сумку с вещами.       Долго искать укромное место не приходится. По пути парень встречает дерево с большими корнями, которые местами виднеются из-под земли. Он закапывает сумку у самого основания дерева и идет дальше. Омега ищет подходящее место для обращения и идет в сторону гор, где меньше людей.       — Думаю, здесь в самый раз, — Мин кивает сам себе, выдыхая горячий пар, и принимает позу для разбега.       Поправив свои блондинистые волосы, он скалит зубы в ухмылке и бежит вперед, набирая скорость. Еще не растаявший снег хрустит под подошвой кроссовок, когда омега приближается к небольшому ущелью и прыгает, на лету обращаясь в белоснежного волка. На другую сторону ущелья он уже приземляется на лапах, останавливаясь на минуту, и, втягивая аккуратным носом запах, пытается учуять дичь.       — «В пятистах метрах на север», — проносится в голове собственный голос, и он срывается с места.       Снег приятно холодит лапы, а когти подрывают замерзшую землю. В ста метрах от добычи, волк замедляется, переходя на шаг, и аккуратно ступает по снегу, чтобы не спугнуть жертву — жирного кабана, который рыскает в поисках еды. Он крадется тихо, сливаясь со снегом, ведь окрас шерсти позволяет, и незаметно оказывается прямо позади кабана и присаживается пониже, готовясь к прыжку. Секунда, две, и оборотень подрывается с места, набрасываясь на добычу с громким рыком, и впивается клыками в шею бедняги, сжимает челюсть сильнее, вслушиваясь в хруст костей, а после разжимает зубы, позволяя кабану свалиться на землю бездыханным телом.       И все-таки никакие людские блюда не сравнятся со вкусом свежего, налитого кровью мяса. Поэтому сейчас Юнги жадно разрывает мягкие ткани, пачкая белую шерсть алой кровью, и глотает, почти не пережевывая. Этот вкус… Как долго он его не чувствовал? Возможно, месяц или два. Омега уже успел подзабыть наслаждение от стекающей по клыкам рубиновой жидкости, ее сладкий, дурманящий аромат.       От трапезы Мина отвлекает вой. Волчий вой. Он доносится с запада и предупреждает, что стая движется на восток. Оборотень выругивается мысленно и бросает недоеденную добычу. Ему не хватало только стычки с целой стаей, тем более там находится Чимин, с которым драться уж точно не хотелось. Поэтому он бежит к горам, где больше снега и замерзшая река, которая в скором времени должна оттаять. По ощущениям Юн бежит целую вечность и лишь тогда достигает подножия горы, у которого замечает шестерых оленей, что беззаботно пасутся на открытой местности. Голод снова просыпается где-то внутри, и волк хищно облизывается, готовясь к новому нападению и порции свежей плоти. Ему много не нужно, и одной оленихи хватит, чтобы наесться досыта. Именно поэтому он взглядом следит за тем олененком, что ходит чуть поодаль от остальных, будто сам напрашивается на то, чтобы его поймали. В порыве голода, омега не замечает, как с другой стороны небольшого луга подкрадываются несколько волков, и прыгает на свою жертву одновременно с нежданными гостями, промахиваясь из-за неожиданного рыка какого-то, судя по виду, рыжего альфы. Мин приземляется на лапы, лицом к незнакомцу, и рычит в ответ, скалится и клацает зубами, будто угрожая расправой за сорванную охоту, а голубые глаза наливаются красным. Альфа же, завидев белоснежного омегу, выпрямляется, скрывая с лица животный оскал, и смотрит с высока, давая понять, что он вожак, что он породистый альфа. До носа доносится терпкий запах сандала, что туманит разум и окутывает все тело, но оборотень тут же встряхивает голову, отгоняя приятное наваждение.       Юнги думает пару секунд, а потом видит за спиной альфы светло-русого волка, чуть поменьше него самого, встречается с его умоляющим взглядом и понимает, что это Пак. Его появление сейчас останавливает Мина от нападения, и он срывается с места, бежит в сторону того дерева, у которого зарыл свои вещи. Позже он обязательно спросит про того рыжего волка у Чимина, но не сейчас. Сейчас ему нужно домой и как можно быстрее.

***

      Он не помнит, как выкапывает сумку с вещами из-под снега; не помнит, как добирается до машины и как едет домой; не помнит, как оказывается в своей небольшой квартирке и как валится на кровать прямо в одежде. В голове буря, ураган эмоций, который омега не в силах понять, поэтому он лишь опускает тяжелые веки и обреченно вздыхает. Не так он ожидал встретить своего истинного, он вообще не ожидал когда-нибудь его встретить. Но природа распорядилась иначе и суженным дикого волка-оборотня, является вожак огромной стаи — рыжий волк, чьи выразительные глаза утягивают в свои омуты, откуда нет пути назад, нет никаких путей отступления, перед ними можно лишь покорно сдаться и повилять хвостом в знак почтения. Но это же Мин Юнги, он никогда не склонит голову, никогда не сдастся добровольно, без боя. Ему нужна честная схватка, один на один, без лишних глаз.       Но реальность больно бьет по сознанию, напоминая, что завтра первый рабочий день на новом месте. Теперь вместо сопливых подростков он будет работать с взрослыми людьми, возможно, немного наивными, но Мин знает, как поставить на место всех амбициозных и самоуверенных. Он будет ломать их медленно, создавая новый шедевр. Интересно посмотреть, сколько жалоб на него поступит за первый семестр. Омега уже предвкушает разочарование студентов, когда они поймут, что за этой милой мордашкой скрывается настоящий дьявол, который заставит пройти девять кругов ада за все время учебы у него.       Настроение немного поднялось, а рыжий оборотень совсем вылетел из головы, что не может не радовать. С таким приподнятым настроением Юнги идет в ванную и уже перед зеркалом замечает запекшуюся чужую кровь на шее и руках. И как же смотритель заповедника так легко выпустил его в таком виде? Остается лишь догадываться.       Сняв с себя одежду, он кинул ее в стирку, а сам встал под струи теплой воды, что приятно расслабляли ноющие мышцы и приводили мысли в порядок. После душа Мин переоделся в привычную домашнюю одежду и решил, что было бы неплохо подготовиться к завтрашним парам. Поэтому сейчас он включает настольную лампу, потому что за окном уже темнеет, а свет почти не попадает в комнату из-за плотных штор. По расписанию, которое он получил вчера вечером по почте, завтра первой парой у него первый курс, потом окно, а третьей парой четвертый курс, после них второй и одна вечерняя пара у третьего курса. Третьекурсникам повезло больше всего, потому что под вечер оборотень, скорее всего, знатно устанет и сил на придирки к каждому студенту у него не будет. Да уж.       Закончив со сборами, Юнги смотрит на часы, которые показывают ровно полночь, и решает все же пойти спать, потому что на сон осталось каких-то шесть часов. Он еще не скоро сможет позволить себе такую роскошь, как здоровый сон, поэтому спешит лечь в кровать и уснуть, что выходит почти сразу. Усталость окутывает с ног до головы и уносит в страну морфея, где он увидит красочные, наполненные старыми воспоминаниями, сны.