Глава 5
25 апреля 2020 г., 20:37
Какуши доставили всех раненых на горе Натагумо в поместье «Бабочки». Юмико положили в отдельную палату. Когда Ито спросила, почему она будет одна, то получила довольно логичный ответ: «Ты же девушка». Как-будто девушка сама не догадывалась о своей принадлежности, но она не понимала что такого, если поселить ее в общую палату.
«Мне всего лишь надо дождаться, когда срастутся ребра, и я смогу найти господина Томиоку, — воодушевилась Юмико, но тут же весь настрой поубавился, — а как я его найду? Он мне ничего о себе не рассказывал, совсем ничего». Это ее сильно озадачило. Охотница очень хотела увидеться со Столпом Воды.
Юмико уже второй день лежала в одиночной палате. Белые стены. Белые простыни. Если бы не Мамору, то уж точно сошла бы с ума. «Как людям нравится постоянно находиться в одиночестве, с самим собой», — недоумевала она.
— Вот и лекарства, — сказала девочка, привлекая внимание Ито.
Охотница обернулась. В комнату зашла девочка с двумя хвостиками, закрепленными заколками в форме бабочек. Это была Аой. Ито она понравилась еще при первой встречи, тогда Аой показалась ей такой ответственный и серьезной, даже строгой, но в тоже время доброй и заботливой.
От слова «лекарства» девушка поморщила нос. Пусть оно и было не противным, но ей не доставляло особого удовольствия от его употребления.
Девочка поставила поднос с лечебным отваром на прикроватную тумбочку и стала, как надзиратель, следить за выполнением предписаний врача. Юмико залпом опустошила чашу с жидкостью бурого цвета.
— Кхе-кхе, — откашлялась после выпитого Ито, — как долго мне предстоит это пить? Когда я смогу идти на задания?
Девушку эти вопросы очень интересовали. Правда, она не шибко рвалась на новые задания по убийству демоном, ей не терпелось поскорее увидеть Гию. А пока пациент не будет полностью здоров, никто добровольно его не выпустит из поместья.
— Еще две недели, — ответила Аой.
«Две недели? У меня всего лишь сломаны ребра. Моему организму и недели достаточно будет», — не понимала Ито. Она была шокирована подобным ответом.
Юмико обреченно вздохнула, наблюдая, как девочка собирает поднос и идет к двери. Тут у охотницы в голове проскользнул образ парня, которого она встретила на горе Натагумо. Ее как молнией ударили воспоминания дневной давности.
«Иноске, — заключала девушка, — как я могла его не вспомнить раньше. У него же такое милое личико и маска кабана. Зачем такому, как он, скрывать свое лицо?
— Аой, я могу навестить парня по имени Иноске Хашибира? — сказала Ито, с трудом вспомнив фамилию «кабана».
Внутренне охотница боялась, что его здесь нет и отыскать нового знакомого стало бы просто невыполнимой задачей. Даже Мамору не смог бы сделать этого.
Канзаки задумалась. Она была не уверена, что Юмико вообще можно выходить из палаты. Ито смотрела на нее глазами полными мольбы.
— Я спрошу у госпожи Кочо насчет тебя, — успокоила ее девочка. — Думаю, что ответ будет положительным.
«Кочо? Кочо Шинобу, Столп Насекомого? — вспоминала охотница. — О-о, все больше хашира встречаются на моем пути, я в предвкушении».
Юмико благодарно улыбнулась, что заставило Канзаки твердо кивнуть. Аой вышла, закрыв за собой дверь, и Ито осталось в одиночестве. Ну, почти…
Мамору и самому не нравилось торчать в поместье. Он желал путешествовать с Юмико, помогать ей во всем, но две недели было для него слишком. Шел только второй день лечения, а дух уже успел наслушаться от девушки про Томиоку: «Как ты считаешь, господин Томиока думает обо мне?», «Интересно, как у него сейчас дела».
Как только речь заходила о Гию, он молча растворялся в воздухе, чем вызывал смех у Ито. Позже она вновь звала его, и они продолжали разговор без упоминая Столпа. Да, Мамору ревновал к охотнику. Путь он и дух, но имеет свои чувства и переживания. Ему необходимо время, чтобы привыкнуть и осознать, что вся любовь и внимание Юмико достается не только ему, но и Томиоке.
«Мало было мне Гию, так еще Иноске какой-то появился», — негодовал он.
Девушка обвила руками духа и с ним плюхнулась на подушку. Она не успела осознать, как веки сомкнулись и ее разум погрузился в царство Морфея. Мамору слушал мирное сопение охотницы, греясь в ее объятиях.
«Кажется, принятые лекарства вызвали у нее сильную усталость, — заключил дух, — я буду охранять твой сладкий сон».
***
Ближе к полудню вновь пришла Аой. Юмико потирала заспанные глаза, зевая. Образ Канзаки мгновенно наполнил ее тело бодростью. Ито устремила почти не моргающий взгляд на нее, ожидая какого-нибудь ответа. — Я провожу тебя к твоему другу, — скрестив руки на груди, сказала Аой, — но сначала расчешись, а то на голове творится настоящий хаос. Услышав подобное замечание, Юмико сию же секунду посмотрелась в зеркало. «Настоящее гнездо, а не волосы», — убедилась она, смотря на свое отражение. Энергичными действиями Ито расчесала русые волосы, завязав их в аккуратный пучок так, что несколько непослушных прядей падали на лицо. Ей пришлось заправить их за уши, ибо новую прическу делать не хотелось. Кинув «готово», девочка повела ее в общую палату. Они шагали по коридору, завернув налево, остановились напротив двери, из-за которой доносился крик. — Не-ет, я не хочу пить это противное лекарство! Оно горькое! — вопил незнакомец. Охотница сразу поняла, что это был не Иноске. Его очень трудно с кем-либо спутать, даже просто допустить предположение, что это он, было бы глупо. Аой сжала кулаки. Она была очень зла, от нее исходили невидимые молнии. Канзаки резко отворила дверь, заставив одним своим видом замолчать горланившего парня. Блондин еще больше испугался, по его телу прошлась дрожь. — Зеницу, живо пей лекарство! — приказывала девочка, но он лишь быстро мотал головой, отказываясь. — Я устала тебе повторять, если не будешь принимать это, то твои руки никогда не вырастут. Зеницу испугался еще больше и, дрожа и плача, выпил ненавистную жидкость, причитая «какая мерзость». Юмико, наблюдавшая за этой сценой, тихо хихикала, прикрываясь ладошкой. «Он просто настоящий ребенок! Как блондинчик сумел стать охотником?» — задумалась Ито, оглядывая палату. Она заметила еще двух парней. У одного темно-бордовые волосы и шрам на лбу, а второй парень это… — Иноске, — воскликнула девушка, найдя маску кабана глазами, — как ты? Юмико привлекла внимание парней. Зеницу, на удивление, прекратил истерить и, в комнате воцарилась мирная тишина. Ито подошла к койке Хашибиры и села на край кровати. Она ждала, когда Иноске хоть что-нибудь скажет, даже если это будет очередная угроза. «Кабан» пытался что-то сказать, но получался лишь сдавленный хрип. Ему было тяжело говорить, поэтому девушка мягко опустила руку на колено парня. — Не напрягайся, я тогда просто рядом посижу, — озарив его доброй улыбкой, поспешила сказать она. — Я Ито Юмико, а вы кто такие? — обратилась к другим обитателя палаты. Парни очень удивились. Раньше они думали, что у «кабана» нет друзей, особенно среди охотников, не считая их самих. — Я, Камадо Танджиро, — представился парень со шрамом на лбу, — а это, Агацума Зеницу. — рукой указал на блондина. Юмико ничего не успела ответить, как в мгновение ока возле нее оказался Зеницу. Поначалу он всматривался в ее лицо, сощурив глаза. Ито не могла понять причин подобного действия. Не прошло и десяти секунд, как Агацума начал прожигать взглядом Иноске. — Ах, ты, «кабан», посмел утаить, что у тебя есть такая красотка! — завопил блондин так, что девушка от неожиданности вздрогнула. Танджиро махал руками, дабы привлечь внимание Зеницу на себя, но все было напрасно. Он был в какой-то странной ярости. Крики блондина прекратил один хороший удар, который прилетел ему от молчаливого Иноске. Из-за спины до Ито долетали извинения Камадо. Правда, она не понимала, почему он извиняется за поведение своего друга. Юмико звонко рассмеялась. — Зеницу, я впервые встретила Иноске только на горе Натагумо, — оповестила она, чтобы развеять его ошибочные предположения. Агацума поменялся в лице, от него больше нет той злости, что была раньше. Черты смягчились и появилась ослепительная улыбка. Сам парень, словно светился от счастья. Блондин встал и вприпрыжку улегся на свою койку. — Милая Юмико, ты можешь проведывать и меня, — предложил он, — можешь брать мою руку. — Сказав, закрутился на кровати. У Ито округлились глаза. Она даже и предположить не могла, что на нее кто-нибудь будет так реагировать. Подобное поведение ее немного настораживало. Краем глаза обратила внимание на Мамору. Дух был красным от злости. Если бы взглядом можно было убивать, то Зеницу сейчас не радовался. — Чтобы больше не смела приходить сюда! — твердо сказав, скрестил руки на груди, добавил, — уж лучше тихий и всегда спокойный Томиока. Упоминание о Столпе Воды кинолентой прокрутило с ним воспоминания. «Как бы я сейчас хотела взять господина Томиоку за руку», — мечтательно думала она. Юмико встала и направилась к выходу, Мамору летел за ней, оглядывая подозрительным взглядом парней. Зеницу опечалился ее скорым уходом. — Зеницу, я приду завтра и на этот раз присяду на твою кровать, — у блондина заблестели глаза, — но ты должен без каких-либо пререканий принимать лекарства. Такое условие заставило вспомнить вкус этой мерзкой жидкости, от чего он скривился, но желание увидеть эту милую девушку было огромным. Агацума кивнул головой и обнял подушку, представляя, как Ито придет не к «кабану», а именно к нему. На этой дружеской ноте охотница покинула общую палату. Ей они очень понравились: Танджиро показался слишком добрым, а Зеницу такой прилипала. «А если в глазах господина Томиоки я выгляжу также, как Зеницу в моих, — осенило девушку, — тогда понятно, почему он не хотел, чтобы я ходила с ним». — М-м, так вот как выглядит человек, который не ненавидит Томиоку, — заключил таинственный голос. Юмико остановилась в центре коридора. Впереди стояла девушка невысоко роста и с заколкой виде бабочки. Внешне ее образ был очень похож на это насекомое. Это Кочо Шинобу. Ито нервно сглотнула, не зная чего она хочет. Но упоминание о Гию вызвали у нее интерес. — Господин Томиока говорил что-то обо мне? — спросила Ито. Шинобу не спешила отвечать, она словно изучала стоящую перед ней девушку. «Детская наивность, жизнерадостность и общительность. Совершенная противоположность Томиоке», — гадала Столп Насекомого. — Рада, что у него появился такой друг, — сказав, хитро улыбнулась и скрылась в своем кабинете. Охотницу слова Кочо ввели в ступор, но приняла их как «да». На душе потеплело, как от яркого солнца. «Если Столп Насекомого назвала меня другом господина Томиоки, значит, он точно упоминал меня», — внутренне ликовала она. — Юмико, ты сейчас мне напоминаешь того блондина, — напомнил ей Мамору. — Не будь ребенком! — Я сейчас не на задании, будь проще, — выдав, она шуточно показала язык. «Вот надо же было Шунобу назвать ее другом Гию, теперь Юмико нормально заснуть не сможет», — думал дух.***
Прошла уже неделя со дня начала лечения. Ито, невзирая на предупреждение Мамору, каждый день навещала парней. Агацума светился от счастья. Охотница открыла в Танджиро интересного собеседника. А Иноске заломил ей руки, когда девушка попыталась в очередной раз снять с него маску. Тогда он ругался пуще прежнего, но она каждый раз выворачивалась из захвата. Правда, потом руки у нее болели. На улице сгущались сумерки, а Юмико сидела на крыльце и наслаждалась вечерней прохладой. Совсем недавно ей разрешили выходить на свежий воздух, поэтому каждый раз сидела, наблюдая за ночным небом, пока Аой не загонит в палату. Все бы ничего, но внимание привлекла фигура, которая стояла и смотрела в ее сторону. Ито пригляделась получше и увидела огромное сходство с образом Гию. «Господин Томиока? Не может быть!» — подумав, что ей просто мерещится желанное, она потерла глаза и призрачный образ Столпа Воды исчез. Девушка посмотрела на Мамору, как бы спрашивая «ты видел его?», но в ответ услышала «нет». «Не могу поверить, что это мне всего лишь привиделось. Его образ был так реален. Кажется, я за сегодня сильно вымоталась, надо поспать», — заключила девушка и зашла в здание. Дух продолжал изучать место, где только что Юмико видела Томиоку. Мамору хорошо уже успел запомнить ауру мужчины. Он мог с уверенностью сказать, что Гию наблюдал за ней. «Ты мне не нравишься, но лучше прими свои чувства и, вам двоим станет гораздо легче», — решил Мамору.
