Найди меня

Димон и Олежа сидели на крыше общежития, подогнув под себя ноги (или хвост) и смотря на заходящее над огромной Москвой солнце. Ветер еле колыхал забранные в хвостик на затылке Димины волосы, и даже Олежины призрачные кудри чуть трепались на лёгком ветерке. Дух самозабвенно подставлял свое пока что неживое лицо солнечным лучам, пытаясь хоть как-то отогреться. Он чувствовал себя по-настоящему счастливым. Рядом с Диминой ладонью лежал открытый конспект, в котором остался лишь один не зачеркнутый пункт — «найти себя». Это было действительно самое сложное задание, ведь «найти себя» — это все равно что найти своё место в жизни, а Олежа был, на секундочку, мертв. Но им похоже, удалось — после выполнения пункта «поцеловаться с однокурсником» молодые люди наконец прекратили терзать себя и рассказали о своих чувствах. С того момента все было проще. Если кто-нибудь сказал бы Диме из прошлого, что через год он будет ходить на почти все пары, сдавать тесты на более-менее нормальные для стипендии баллы и вообще встречаться с парнем, который умер больше года назад — он бы выдохнул ему в лицо сигаретный дым, обсмеял, и, возможно, посоветовал бы сходить к врачу. Но сейчас он сидел на крыше, будучи абсолютно счастливым, и сам не мог понять, когда его жизнь свернула не туда. — Так ты переродишься, да? — тихо спросил Побрацкий, решив завязать разговор. — Я не знаю, что будет, — честно ответил Олежа, повернувшись. — не хочу об этом думать, но что если я просто… исчезну? Дима поежился. — А может и перенесусь в день своей смерти, — Олег явно разговаривал сам с собой, или просто озвучивал мысли, но Дима был вполне серьёзен — впервые в своей жизни, наверное. — Стой, а в какой день ты пережил клиническую смерть? — вдруг спросил Душнов. — ну знаешь, если бы я тебя спас, возможно бы мы сдружились и… — Чувак, я не помню, — немного грубо оборвал Димон. — нет варианта где ты просто обретаешь физическое тело? Сейчас? — Я просто рассматриваю различные варианты! — Твои варианты могут быть позитивными? — А знаешь… сейчас и узнаем. — Че? — Пункт. Он зачеркнулся. Шашлык резко повернулся, и к своему ужасу приметил, что призрак прав. Все пункты конспекта были выполнены. — Дим… — в голосе Душнова читался страх перед неопределенностью и сожаление. Он исчезал. — Стой, что происходит? — напуганный донельзя Дима вскочил, пытаясь ухватить за плечи Олежу, но руки лишь прошли сквозь призрака. Дух становится все более и более прозрачным. Последнее, что услышал Дима, было тихое «Найди меня. Люблю.» *** Душнов проснулся, лёжа на своей кровати. Последним воспоминанием было то, как они с Димой сидели на крыше, а первой мыслью — то что это пробуждение очень сильно напоминает то, как он очнулся здесь, превратившись в призрака. Он присел на кровати, и понял что… он ее чувствует. А ещё чувствует холодок от окна, чувствует как иногда подрагивает пол из-за бегущих студентов, а потом он заметил, что у него есть ноги, и, кажется, все остальное тело. — Получилось, — выдохнул Олежа, не веря собственным словам. — я жив! Но только какой сейчас день? Где Дима? Олег рассуждал вслух, предпринимая попытку встать на ноги и дойти до стола, на котором стоял небольшой календарик. Когда ему это удалось, Олежа застыл в ужасе. Это был день его смерти. «Значит одна из моих теорий все же оказалась верна, » — заметил студент, уже собираясь на пары — не мог же он объяснить прогул тем, что неожиданно переродился и вообще в этот день он должен был умереть, да и у него был план как и в живых остаться, и сдружиться с Димой. Войдя в аудиторию, Олежа невольно тепло улыбнулся при виде своих однокурсников, и, здороваясь с каждым, что немало удивило всех присутствующих, сел за парту через проход от Димы. Сегодня был тест, а Побрацкий из этого времени не учил вообще ничего, значит попросит о помощи, которую с радостью и окажет Олежа. А дальше разговор сто процентов завяжется, ведь Шашлык его поблагодарит — все-таки совсем невежой он не был. Надо ли говорить, что все так и произошло? Олежа всегда был хорош в расчетах вероятностей, поэтому даже не был удивлен, когда Димон подошёл к нему, сказал спасибо и пожал руку. И смотрел он так же, как после того раза, когда Олег, будучи ещё призраком, подсказал ему. Сердце — теперь живое — упало куда-то вниз при виде этой улыбки, и Олежа понял — всё будет, надо лишь подождать. Ну, и не дать Диме и Оле начать встречаться. Дело за малым. — Слушай, сегодня у нас тусовка намечается, го с нами? — как бы невзначай предложил Дима, а Олежа широко улыбнулся. Ничего себе удача. — А где, когда? Просто я ещё не часто на тусовках бываю, и… — Душнов вживался в свой образ ботаника как мог. — Чувак, серьезно? — удивлённо крикнул Шашлык, легонько стукнув однокурсника по плечу. — столько упустил. Если ты правда ничего не знаешь, я могу зайти за тобой, все-таки я у тебя в долгу. Где ты там обитаешь? — Двенадцатое общежитие, комната 213, — на одном дыхании протараторил Душнов. Ещё раз хлопнув однокурсника по плечу, Димон улыбнулся и отошёл к своим друзьям. Олежа просиял. Только зайдя в свою комнату, Олег понял насколько он облажался. Ведь сегодня должно было произойти его убийство, а просто выйти из общаги и уйти подальше не представлялось возможным — ведь он понятия не имел, где сейчас жил Побрацкий, а разминаться с ним было нельзя — ведь тогда плакал его шанс вновь построить хоть какие-то отношения. На часах 18.00, и Олежа со страхом сидит в углу, вжавшись спиной в стену. Он вооружился кухонным ножом — все-таки он ждёт убийцу, и он не был уверен что снова станет призраком — и молился, чтобы Дима пришел раньше. Дверь скрипнула, и Олег затаил дыхание. Внутри разверзлась дыра, и его как будто прошиб заряд тока, ведь фигура, вошедшая в комнату, даже близко не напоминала Шашлыка. Одежда на этом человеке висела мешком, не давая понять по телосложению, мужчина это или девушка, а лицо и волосы были спрятаны под подобием маски, в которой был сделан узкий разрез для глаз. Душнов сглотнул и сильнее сжал в кулаке рукоять ножа, лихорадочно вспоминая что-нибудь из уроков самообороны. Пол скрипнул под ногой вошедшего, и через секунду Олег увидел фигуру прямо над собой. Глухой голос, будто записанный на диктофон, хрипло произнес «А сейчас, ты умрешь» и взял Олега за шиворот рубахи. Зрачки бывшего призрака сжались от ужаса, а на лбу выступил пот. Он уже было занёс руку с ножом, чтобы нанести ранение, как фигура лёгким движением скрутила ее, и нож выпал из пальцев, с глухим стуком упав около ножки кровати. Человек с силой приложил Олежу об стену затылком, и перед глазами Душнова поплыли пятна, а в голове неприятно зашумело. Он не смог. — Хей ботаник, ты… твою же мать! — последнее, что увидел и услышал Олежа — это фигура Димы в дверях. Побрацкий в шаг пересёк комнату и схватил лежащий на полу нож. В это время убийца быстро открыл окно, и за секунду до того как человек выбросил бы Олежу в окно, Шашлык воткнул ему в плечо нож. Убийца взвыл от боли и рухнул на пол, пытаясь достать нож из раны. В это время Дима пнул его по голове, и тот, ударившись о стену, потерял сознание. — Чувак! Ты как, порядок? — кое-как посадив одногруппника на кровать, спросил Дима. — Я обязан тебе жизнью, — лишь тихо выдохнул Олежа, уткнувшись головой в плечо Побрацкого и предпринимая попытку обнять. На губах студента мелькнула улыбка. — Даа, неплохое начало дружбы, — протянул Димон, тяжело дыша. — как там тебя? — Олег, — ответил бывший призрак, отстраняясь и протягивая руку. — Олег Душнов. Что ж, вот и вторая попытка.