I wish you all the happiness in the world

Чонгук ведет себя в клубе развязно, как никогда. Парень всегда отличался своей природной красотой, чему Чимин завидовал, не скрывая, хотя сам был не хуже. У Чонгука тонкая, изящная талия, большие выразительные глаза, которые постоянно поблескивают, аккуратный носик, губки бантиком, как у самой настоящей куклы, кроличьи миленькие зубки, всегда безупречно уложенная прическа и приятный аромат BVLGARI OMNIA PARAIBA. Духи, к слову, женские, но Чонгук никогда и не пытался быть крутым альфачом. Очередной раз, виляя бедрами, заводя каждого в радиусе двух метров, он чувствует на своей талии руки. Это Чимин, который уводит пьянющего Гука подальше с танцпола, пока он не наделал делов. Чимин остается заботливым и от этого вредным даже будучи пьяным. Не всегда, конечно, они с Чоном чувствуют друг друга, и один из них всегда в состоянии позаботиться о втором. Это, между прочим, очень удобно. - Ну что, успел подцепить себе кого-нибудь? – спрашивает Чимин, а его глаза наполнены азартом и похотью. - Мммм, Чимин-а, неужели ты думаешь, что я такая шлюха? – несоображая, что несет мямлит Гук. - Чонгук-а, ты не представляешь, какой ты, когда пьяный, - мило улыбается Чимин, смотря на Чонгука, который красный, как помидор, от выпитого алкоголя. И так всегда, если Чонгук нажрется, он будет икать, ходить красный и ко всем клеится. Давно он его таким не видел. - Мммм, - сонно мычит Чонгук, лежа на коленях Чимина. - Что, малыш Гук-и захотел в кроватку? - Да, я сегодня, пожалуй, навеселился.

***

Чонгук, лежа на кровати, вертит в руках недавно выброшенную картину, с изображением Тэхёна и начинает с ней разговаривать. - Т-ты хоть понимаешь, какой ты ублюдок? – заикаясь, говорит Чонгук, смеясь со своей же глупости. Какой же он идиот. От безысходности начать разговаривать с портретом своего бывшего, которого сам же нарисовал и вообще обещал себе несколько часов назад больше никогда не вспоминать его. Но сейчас, смотря на ровные линии, словно их специально вырисовывал самый профессиональный художник, который только могли существовать, смотря на пухлые губы, на которых красуется небольшая родинка, Чонгук невольно вспоминает, как эти губы сжимали его. Он вспоминает самые грязные моменты их жизни и чувствует, как в области паха начинает ныть. Парень тянется к своему возбуждению, припуская домашние шорты, со всей силы сжимая ноющий член. Кто мог подумать, что под действием алкоголя хочется ещё сильнее? И хочется не просто надрачивать себе, представляя над собой самого ахуительного и сексуального мужчину всего Сеула, а быть действительно под ним. Чонгук начинает дрочить с такой скоростью, что через пару резких толчков, из него будто вулкан извергается, а на губах сладкое «Тэхён»…