Непотухающий огонёк

2 апреля 2213 (вторник)

      «Это… не было запланировано», — Сецуна сидела в школьной столовой за одиночным столом, что стоял впритык к стене. Еда на подносе была наполовину съедена, но не пресный обед привлек ее внимание.       Табель с оценками, выданный по результатам проведенных контрольных в начале учебного года, вызвал смешанные эмоции. Жалкая отметка в сорок три балла по японскому вызвала ностальгию у женщины. История была ненамного лучше, но там хоть решено правильно больше половины заданий.       Положив бумагу, Сецуна вздохнула. Если честно, ей немного надоело учиться. Конечно, сначала было интересно вновь погрузиться в школьные будни, тем более что они не такие садистские, как у студентов, но все же. С тех пор, как она получила доступ к интернету, всегда было чем себя занять.       Внимание привлек поднявшийся шум в столовой, кто-то даже нашел пульт и увеличил громкость телевизора, по которому показывали новости. Качнувшись на стуле, Сецуна подняла голову, только чтобы замереть на месте, ведь на экране была школа Шото.       Одной рукой потянувшись за телефоном, женщина попыталась услышать слова ведущего, но бесполезная вода и типичные увиливания вызвали нервное раздражение. В очередной раз посетовав на ограниченность государственных СМИ, Сецуна открыла онлайн новости с кликбейтным заголовком: «Защита ЮЭЙ была взломана!».       Но, ознакомившись с ситуацией, она сидела мрачнее тучи.       Заблокировав экран, Сецуна отказалась потакать всеобщему безумию. Шото, очевидно, поступил не в школу, а в какой-то цирк. Все-таки была причина, почему знаменитые люди всегда держались на расстоянии вытянутой руки от общественности.       «Всемогущий в роли учителя? Что за жалкий пиар».       На глаза снова попался провальный тест по японскому языку, и настроение стало еще мрачнее.       Все-таки она должна была остаться дома, как этого хотелось утром.

***

      Стоя поздним вечером у ворот школы, Сецуна сонливо терла слезящиеся глаза, внутренне оплакивая часы, потраченные на отработку у учителя по японскому из-за катастрофически низкого балла по проверочной. Уж легче сдать все с самого начала, чем тратить жизнь на дополнительные часы для учебы.       Из плюсов — Энджи заберет ее на машине после работы, поэтому можно будет отключить мозги и не следить за дорогой. Когда у тротуара припарковалась знакомая черная машина, Сецуна за пару шагов оказалась рядом, неуклюже ввалившись в удобный салон. Ее сумка с тихим хлопком приземлилась на колени Энджи, наблюдавшего за представлением с нейтральным выражением лица.       — Упс, — Сецуна хихикнула, полностью забравшись в машину и захлопнув за собой дверь. Не стесняясь, она сняла обувь, прежде чем забраться на сидение с ногами и прижаться к теплому боку мужчины.       Тело девочки мгновенно расслабилось.       В тишине, наблюдая за меняющимся пейзажем за окном, она думала, как ее жизнь стала такой. Большой плохой парень носился с ней, как курица с яйцом, при этом не потеряв в глазах окружающих своей грозной репутации.       Сецуна прекрасно осознает, что имеет не самую правильную привычку игнорировать неудобные вещи, но порой наступает момент, когда больше нельзя закрывать глаза.       Настроение Шото в последний месяц было особенно подавленным, она даже видела, как своим мрачным взглядом он едва не довел ребенка до слез, когда тот случайно наткнулся на него.       Было сложно не догадаться, что эмоциональный фон Шото всегда был тонко связан с его отцом, которого он зовет Старателем. Обстановка в доме Тодороки всегда была неоправданно напряженной, домочадцы жили в ожидании очередного взрыва, за одним моментом, что никто не знал, кто и когда выйдет из себя.       Неприятно признавать, но Энджи был плохим отцом для Фуюми, Нацу и Шото. Не то чтобы он их не любил, но его обращение нельзя назвать нормальным. Неловкость, смешанная с характерной вспыльчивостью, грубостью и невежеством сделала ситуацию максимально неудобной.       Сецуна не может винить Энджи за его чувства и эмоции, все-таки люди не могут контролировать каждый процесс, происходящий в организме, но мужчина имел ответственность перед своими детьми.       Хорошо, ладно, Энджи был отвратительным родителем, его действия имели ужасные последствия, с которыми придется разбираться его детям.       И все же…       Тяжелая рука опустилась на голову Сецуны, а пальцы осторожно прошлись по волосам, расчесывая. Женщина почувствовала себя бескостной.       — Ты слишком много думаешь, — голос Энджи был тихим и низким, иногда ей хотелось попросить его записать аудиокнигу, чтобы она могла слушать ее перед сном. Потому что убаюкивающий эффект был потрясающим.       Воспользовавшись случаем, Сецуна спросила:       — Что ты думаешь насчет репортеров и ЮЭЙ?       — Они переступили черту, — ответ Энджи был лаконичным, но заметив недовольное лицо дочери, он уточнил: — Одна из основных задач геройских школ заключается в том, чтобы сохранять анонимность их студентов. Герои — публичные личности, а СМИ — это явно не то, с чем готов столкнуться среднестатистический подросток. Стажировки, предлагаемые на старших курсах академии, зачастую гарантируют сохранение конфиденциальности личности студентов, это также одна из причин, почему их сразу приучают обращаться друг к другу по геройскому имени. Репортеры нарушили негласное правило не втягивать несовершеннолетних в бизнес, поэтому сейчас они должны в напряжении ожидать реакции директора Недзу.       — Разве весь кипиш не из-за Всемогущего? Его работа учителем в ЮЭЙ стала причиной хаоса.       Лицо Энджи ожесточилось.       — У Всемогущего свои причины.       Замолчав, Сецуна в замешательстве пыталась определить свои дальнейшие действия. Каждый Тодороки знал, что Всемогущий — слабое место Энджи, поэтому все старались обходить данную тему по широкой дуге. Но в самом деле, сколько можно избегать слона в комнате?       Она решила укусить пулю.       — Ты же знаешь, что как герой ничем не уступаешь Всемогущему? Посмотри на меня! — непривычно подняв голос, она заставила мужчину посмотреть ей в глаза, хотя взгляд его был необычайно тяжелым. — Ты занимаешься одним и тем же уже несколько лет, тебе не надоело? Так ли важно общественное мнение и их глупые рейтинги? У твоего агентства самый высокий уровень решенных дел, ни у кого не возникает сомнений насчет вашей эффективности. Разве ты никогда не обращал внимания, как одно твое присутствие вселяет уверенность в коллег? Да, они не расслабляются, как это происходит с появлением Всемогущего, но действительно ли это лучше? Они теряют концентрацию, становятся невнимательными, тем самым повышая риски летального исхода. Это то, чего ты хочешь? Это то, что нужно герою?       Зелено-бирюзовые глаза Энджи показались Сецуне незнакомыми, потому что тот холод, с которым он смотрел на нее, заставлял поджилки трястись от ужаса. Инстинктивно хотелось отсесть как можно дальше, спрятаться за копной волос, лишь бы уйти из-под пристального внимания мужчины. Но она была чертовски сильнее этого, поэтому упрямо не сдвинулась с места, гордо подняв голову.       Но последующий ответ был подобно ведру с ледяной водой.       — Это не твое дело.       Сецуна наконец-то поняла желание Шото вмазать по этому высокомерному выражению лица.       Сжав зубы, женщина более не вымолвила ни слова, но вместо того, чтобы гордо отодвинуться на другое сиденье, она плотно прижалась спиной к теплому боку Энджи, грубо растолкав мешающуюся руку, пока не приняла удобную позу.       Люди были идиотами. И она не собиралась им проигрывать.

3 апреля 2213 (среда)

      У Фуюми был выходной, поэтому она оказалась дома, когда на домашний телефон поступил звонок из ЮЭЙ.       Сецуна, которая только недавно вернулась с уроков, с интересом следила, как меняется лицо молодой женщины, чем дольше длился разговор. Не нужно быть гением, чтобы понять, что произошло что-то нехорошее.       Несмотря на гложущее ее любопытство, Сецуна молча ела нарезанные фрукты с медовым сиропом. В дом Тодороки редко когда звонили, и, в отличие от ее родного мира, ей еще ни разу не пришлось отвечать на рекламный звонок, а это значит, что каждый звонок был важным.       Рассеянно закончив телефонный разговор, Фуюми тяжело опустилась на стул, приложив мокрую от воды ладонь ко лбу. Недавно подстриженная челка намокла и потемнела.       Сецуна не торопила.       В конце концов, Фуюми заговорила первой:       — На ЮЭЙ, точнее на одно из их зданий, было совершено нападение. Злодеи атаковали тренировочный комплекс, в котором класс Шото проводил занятие.       Сердце замерло, а Сецуна недоверчиво уставилась на сестру. Хотя она лично сталкивалась с потенциальными злодеями в своей жизни, никакой из ее случаев нельзя назвать «спланированным массовым нападением». В воспоминаниях всплыли кадры из военных фильмов.       — Что с Шото?       Молодая женщина медленно сняла очки с переносицы, растянувшимся рукавом от свитера она осторожно протерла и так чистые стекла.       — Никто из учеников серьезно не пострадал, учителя приняли на себя основной урон. Все оставшиеся занятия были отменены, поэтому Шото должен скоро вернуться домой.       — Энджи уже звонили?       Фуюми покачала головой:       — До отца не смогли дозвониться, очевидно, он на задании. Вместо него трубку поднял ассистент, нам пообещали оповестить его, как только будет возможно, — она заколебалась. — Сецу, ты можешь пойти к себе в комнату? Мне нужно… подумать.       Хотя ей не хотелось никуда идти, Фуюми выглядела очень плохо, будто постарев на пару лет. Поэтому Сецуне не осталось ничего, кроме как закрыться в своей комнате. Не знай она Фуюми, никогда бы не догадалась, что это была довольно продуманная попытка не дать ей пересечься с Шото.       Похоже, что ее отношения немного проблематичнее, чем казалось изначально.       Впрочем, ей было чем заняться.       Прошестерив интернет, Сецуна с разочарованием поняла, что новости еще не успели просочиться. Это многое говорит об оперативности администрации ЮЭЙ, только спрашивается, что злодеям вообще понадобилось от академии героев? И как они вообще проникли внутрь? Со слов Энджи, защита ЮЭЙ довольно проблематична для взлома.       Отчего-то у Сецуны было плохое предчувствие. Сначала репортеры, сразу на следующий день нападение злодеев. С таким неудачным началом она не удивится, если класс Шото нарекут «проклятым».       Заперевшись в ванной, она села на холодный мраморный бортик ванной, сложным взглядом уставившись на открытые обоженные руки.       Пошевелив по-детски пухлыми короткими пальцами, она сосредоточилась на голых ладонях, где вскоре появилось тихо тлеющее пламя.       Возможно, именно причуда и спасла сегодня жизнь Шото.       Ей известно несколько случаев террористических атак на школы, где заложниками стали ни в чем неповинные дети. И после каждого такого происшествия список погибших вызывал чувство тошноты. В этот раз никто из учеников смертельно не пострадал, но что же отличает данную ситуацию от других? Удача? Или так нелюбимая ей причуда?       Какое на самом деле влияние имели местные сверхспособности на жизнь людей?       Сецуна не уверена, что хочет услышать ответ.