Минус на минус

- Оу, а вот это уже очень больно, Кузу! Хидан рефлекторно дернулся, пытаясь отползти от Какузу в сторону, но сильные руки крепко держали за ноги. - Серьезно? Я просто тебя ущипнул, - Какузу усмехнулся и подтянул полуголое тело поближе. - Ущипнул, блядь, знаю я, будто олень укусил, жесть как больно! – Хидан страдальчески закатил глаза и вздрогнул, видимо, голову заполонили не самые приятные воспоминания. - То есть когда ты просишь душить тебя до синяков на шее – это нормально, а олень укусил – пиздец, - Какузу еле сдерживался, что не рассмеяться, до чего нелепым казался разговор. Особенно для такого момента. - Кузу, - Хидан сел, прижимаясь холодной кожей к горячей, вытянул руки, закидывая их на плечи Какузу, - давай закончим этот идиотский треп, и вернемся к тому, чем занимались. И, кажется, мы остановились на том, что ты хотел снять с меня эти чертовы брюки. - Конечно, - тот согласно кивнул, наклонив голову, коснулся щекой жемчужной кожи на предплечье Хидана, улыбнулся как-то коварно, и пальцы наконец добрались до ширинки на брюках. Движения тягучие и медленные, изводят и дразнят, у Хидана бегут мурашки по голой спине, и он закусывает губу, глядя на смуглые руки. Ему не терпится, как и всегда, он ерзает на месте, впиваясь ногтями Какузу в спину. Не выдержав, он подается бедрами немного вперед, прозрачно намекая, что процесс затянулся, и поднимает озадаченный взгляд. Какузу, так же медленно и неспешно проводит рукой по ткани, по напряженному члену, и Хидан не сдерживает судорожного вздоха. Предвкушение растекалось сладким сиропом по венам, кружило голову, и, казалось бы, не в впервой ведь, а все равно захватывало дух от ожидания. Обожаемые руки гладили и трогали, массируя и заставляя забыть собственное имя, и сейчас как раз не помешало бы немного будоражащей боли. Хидан открыл было рот, намереваясь выпросить пару новых шрамов, но Какузу вдруг подал голос, не переставая, впрочем, двигать рукой. - Хидан… А что за болезненные воспоминания об оленях? Седой опешил от внезапности вопроса, и в теле зависли два противоположных чувства – как тяжело было логически мыслить, когда тебе делают так приятно, а ощущения сбивали с толку настолько, что он так и замер с открытым ртом. Тело тонуло в густой патоке, Какузу поддерживал его за поясницу одной рукой, и только поэтому он еще не упал назад на кровать. А в голове… В голове метались слова, мысли, воспоминания, не самые приятные, стоит признать, и определенно не подходящие к этой обстановке. - Чт… Какие, твою мать… олени… - прерываемый собственными тяжелыми вздохами, Хидан все-таки смог собрать несколько слов в осмысленное предложение, - Заткнись лучше, и делай… что делаешь. - Ты странный, психованный придурок, боишься оленей? – голос Какузу стал тверже и мучительнее, как и движения рукой, он явно настроился поиздеваться в какой-то извращенной манере. - Боже, - Хидан наклонил голову вперед, изо всех сил сосредотачиваясь на ощущениях, а не пугающих флешбэках из детства, - Кузу, лучше задуши меня. - Отвечай на вопрос! - рявкнул Какузу, останавливаясь и сильно сжимая член в руке. Разумеется, ему совершенно не вперлось знать ответ, но изводить Хидана было слишком уж приятно, - Ты же знаешь, как я не люблю, когда ты уходишь от ответа. - Блядь, я ненавижу оленей! – так же громко выпалил Хидан, широко открывая глаза, и перевел колючий взгляд на Какузу, - У меня сейчас все желание отпадет с твоими оленями, сука, это какое-то– Договорить не смог, Какузу вдруг убрал руку и толкнул его вперед, заваливая на спину так резко, что дыхание на секунду сбилось, туманя сознание переполняющими ощущениями. Хидан зажмурил глаза, чувствуя горячие руки на ребрах, улыбнулся и, открыв глаза, увидел нависшего над собой Какузу, хитро прищурившегося, но выглядевшего крайне строго и сердито. Как всегда. Как ему и нравилось. - Умеешь ты, черт возьми, все мозги вынести, - тихо пробубнил Хидан, чувствуя колено у своего паха, - Давай уже, сил нет терпеть. Какузу усмехнулся, вытягивая из брюк ремень, и на миг вдруг замер, просто глядя на раскрасневшееся лицо напротив. Рехнувшийся идиот, палач и убийца, а готов делать все, что ему скажут, лишь бы получить то, чего так хочет. Вел бы он себя так с кем-то другим? Или вел бы себя иначе? Промелькнул вопрос, а каким он был раньше? В детстве, что делал, как жил, как вообще дошел до такого. Куда нужно повернуть в своей жизни, чтобы в какой-то момент оказаться в постели с другим таким же сумасшедшим, стонать и гнуться, как молодое дерево, от каждого толчка. Хидан никогда не закрывал глаз в эти моменты, и в них Какузу видел такое количество эмоций, что хотелось не сводить взгляда в ответ, пытаясь их уловить. После каждого тягуче-плавного движения на бледном лице появлялось блаженное спокойствие, губы изгибались в едва заметной улыбке, и Какузу не мог удержаться, медленно выходя, оттягивая момент, и делая резкое движение, входя до основания. Конечно, выбивая из Хидана дух, и наслаждаясь расцветающим на его лице болезненным удовольствием. Тот кусал губы, шумно втягивая воздух, всегда старался сдерживать стоны столько, сколько мог – это было его личное испытание – сводил брови к переносице и откидывал голову назад, сжимая ноги у Какузу на пояснице. Без сомнений, собирать в памяти эти выражения лица для Какузу было неким определенным сортом удовольствия, это в то же время помогало ему иной раз сдержаться и не снести эту седую голову с плеч, стоило лишь вспомнить, как Хидан смотрит на него, выгибая спину от абсолютного кайфа. Им определенно повезло. Отдышавшись, Хидан вдруг издал тихий звук, будто подавился воздухом, и поднялся на локтях, заглядывая Какузу в лицо. - Слышь. А что пошло не так, мне даже больно не было ни разу. Куда делись твои замашки садистские? - Как ты мог заметить, в этот раз я сделал тебе больно иначе, - приглушенно ответил Какузу в подушку, - Каково кончить с мыслями об оленях? - Ёб твою мать, Какузу! – Хидан быстро сел на колени, нависая угрожающей тенью, - Хер чего у тебя получилось, я вообще о них не думал! А вот ты о чем думал? - Преисполнился внезапной нежностью, пользуйся случаем. В следующий раз выпорю так, что сидеть не сможешь неделю. Хидан замолк, обдумывая противоречивые слова, на лице появлялось недоумение. Неужели это оно? Он добился своего? Общая нависшая над ними смертельная опасность сделала свое дело – Какузу все больше проникался к нему доверием. Как теперь это все не растерять? У Хидана чуткости было как у старого валенка, испортить момент он мог без напряга, а вот удержать – это вряд ли. И волнуясь о своей беспечности, он решил, что просто ничего не будет делать. Пусть все будет у Какузу в руках. Его скупые думы прервал звук бьющегося стекла, и оба подорвались на кровати так резко, кровь прилила, кружа голову. В доме кто-то был, и попадать в засаду решительно не хотелось. Переглянувшись, Хидан с Какузу одновременно вскочили с постели, на ходу натягивая хотя бы брюки, и тихо подошли к закрытой двери. С той стороны все затихло, можно было вовсе подумать, что им померещилось. Но едва ли что-то может померещится двум людям сразу. Какузу моментально взял себя в руки, лицо выражало полное сосредоточение и внимательность, а Хидан все никак не мог сбросить с глаз пелену наваждения, в которое попал. Смотрел на Какузу как-то отчужденно, все еще проматывая в голове мысль, что теперь, наверняка, он стал для него важнее. Хотя бы немного. Что-то в гостиной упало, стук заглушился ковром, Хидан вздрогнул, чувствуя, как поднимается злость. Это, черт возьми, их дом, их убежище, и любой, кто посмеет напасть на них здесь, умрет самой жуткой смертью из всех возможных. Он уже хотел открыть дверь, но Какузу аккуратно остановил его, прижимая палец к губам. - Тихо, надо проверить, кто это, - шепотом сказал он, поворачивая ручку двери. - Какого х… - Хидан тут же получил по затылку и понизил голос до шепота, - Какого хуя тянуть, я набрасываюсь, ты проверяешь, я убиваю, отлаженная схема, че ты! - Хидан, делай, как я сказал. Иди за мной, и не шуми. Они вышли из комнаты, пробираясь по стеночке, и Какузу мысленно поблагодарил себя прошлого за ковры в коридоре, которые так удачно заглушали их шаги сейчас. Темнота полнейшая, плотные шторы - Хидан сегодня решил задернуть окна везде - не пропускали свет, но они оба знали этот дом наизусть, так что ориентироваться в таких потемках не составляло для них труда. Снова послышался шорох, и нервы у Хидана натянулись до предела. Никакого оружия при себе не было, но он был готов разрывать на части голыми руками. Какузу остановился, вглядываясь в темноту, туда, где находился диван и злополучный ковер с пятном от виски. Он так и не кинул его в стирку. Как он мог об этом забыть? Досадная мысль кольнула на миг, но он быстро отбросил ее, пытаясь разглядеть силуэт. А силуэт был, и, кажется, он слепо водил руками, пытаясь обнаружить себя в пространстве. Убийца бы вряд ли так себя вел, странно. Какузу вытащил из кармана зажигалку и прицельно бросил ее прямо в незваного гостя. - Ой, бля! – реакция не заставила себя ждать и голос, все-таки старательно пониженный, показался знакомым, - Эй, ребята, это вы? Я нихрена не вижу! Хидан в полном недоумении пялился вперед, с трудом собирая информацию в кучу, а Какузу уже расслабленно выдохнул, опустил руки и направился к выключателю. Свет залил комнату, открывая взгляду незадачливого домушника. - Кисаме, какого хера? – первым воскликнул Хидан, щуря глаза от яркого света. - Йо, - нелепо махнув рукой, откликнулся Хошигаки, и выпрямился, - Тут, знаете, такое дело… Можно я открою дверь, там Итачи. - Хошигаки, а как насчет позвонить? Ну, там, телефон, слышал о таком? – устало спросил Какузу, подходя ближе, - Зачем стекла-то бить? - Вы не отвечали. Очень долго. Ну и я подумал, может вас вообще дома нет… Может, вас вообще нет… Кисаме поплелся открыть входную дверь, чтобы пустить начинавшего замерзать Итачи. Тот тоже махнул рукой, виновато поднимая взгляд, и быстро уселся на диван, поджимая ноги. - Какузу, Хидан, - кивнул он им, потирая руки, - Простите, но некуда было идти. Это первое, что пришло нам в голову. - В чем сложность уехать из города? – невозмутимо спросил Какузу, доставая, тем не менее, из шкафа плед для Итачи. Хидан удивленно следил за его действиями, думая, откуда в нем взялась такая забота. - Посты. На каждом выезде. Даже, черт возьми, на нашем выезде. Не понимаю, как они нашли его. И я так тебе скажу – мы все в розыске. Я не знаю, откуда у полиции информация, но нам никуда не деться. Хидан вздохнул и выжидающе посмотрел на Какузу. Тот нахмурился, скрестил руки, и придался размышлениям. - И мы, вроде как… Ну это была моя идея, короче. Типа попросить у вас… укрытия? – подал голос Кисаме, подходя к Какузу и заглядывая ему в глаза. Какузу думал, глядя куда-то в сторону, качнул головой и повернулся к нему. Его молчание немного напрягало, Кисаме уже приготовился выдать тираду о чести и долге, но Какузу выдохнул, кивая. - Вы помогли нам, мы поможем вам, это справедливо. Но мы здесь не в безопасности, надеюсь, вы это понимаете, - он перевел взгляд на Учиху, обернувшегося пледом. - Разумеется, - кивнул тот, - Но теперь нас больше, если что… - Верно! – наконец до Хидана дошла суть ситуации, и он радостно ударил кулаком о ладонь, - Кузу, вчетвером-то мы вообще кого угодно разнесем, если понадобится. Мне нравится. - Мххм, - согласно промычал тот в ответ, - Что ж, дом большой, кажется, есть пара свободных комнат, выбирайте сами. Комната с черным потолком, как вы можете догадаться, Хидана, и лучше туда не заходить. Один дьявол знает, какие ужасы там творятся. Кисаме усмехнулся, оборачиваясь на Итачи. Тот выглядел довольным и весьма благодарным. - Эй, я тебе говорил уже, никакого дьявола не существует. И никаких ужасов там не творится. Это у тебя тут ужасы, ты обои свои видел? Древняя поебень какая-то, никакого вкуса, - Хидан возмущался, заносчиво глядя на Какузу. Тот уже развернулся к нему спиной и собрался вернуться в спальню. - Хидан, будешь действовать мне на нервы – выебу. - А я может того и добиваюсь! – Хидан последовал за ним, мгновенно забывая о новоиспеченных гостях. - Фу, полегче! – Хошигаки поднял руки, насмешливо возмущаясь Хидановой откровенностью. - Пф, постараюсь громко не орать, - седой подмигнул ему в ответ, скрываясь в спальне, и закрыл за собой дверь. Губы Итачи скривила аккуратная улыбка, пожалуй, он давно не чувствовал себя в такой безопасности. Ну, конечно, безопасность была условная, но все же это гораздо лучше, чем скитаться от места к месту, скрываясь от копов и вздрагивая от каждого шороха. Кисаме тоже почувствовал облегчение, потянулся, и направился к комнатам. В принципе, обе находящиеся рядом друг с другом комнаты, были практически одинаковыми, судя по всему, Какузу вообще особо с обстановкой не заморачивался. Они обе были небольшими, с необходимым минимумом мебели, но несомненно уютными. Хошигаки взглянул на большую кровать, такую, похоже, мягкую и теплую, что у него даже пробежали мурашки от предвкушения спокойного сладкого сна, и не задумываясь, завалился на нее. Да, черт возьми, мягкая и теплая. Запаса энергии не хватило даже толком раздеться, стоило ему коснуться подушки, как сон забрал его к себе, успокаивая и даря безмятежность. Учиха же, наблюдая за Кисаме, сидел на диване, думая, что с удовольствием бы выпил сейчас горячего кофе. Но сил не было, и уж тем более не хотелось опять звать Какузу, чтобы тот помог разобраться с его наверняка дорогущей и сложной кофемашиной. Итачи поднялся, оставляя плед на диване, подошел к двери теперь уже своей комнаты и остановился, бросив взгляд на соседнюю дверь, за которой уже десятый сон видел Кисаме. Возникло нелепое желание зайти к нему, может, что-то сказать, а может, молча прилечь рядом, но он одернул себя, убеждая, что сейчас не время, и не место. Какузу завалился в постель с телефоном в руках, что-то сосредоточенно читая, судя по сдвинутым бровям. Хидан разложился рядом, закопавшись в одеяло по самый нос, и пытался разглядеть экран. - Чего ты там читаешь? – пробубнил он, почесываясь. Какузу какое-то время не отвечал, только водил глазами по экрану, всецело поглощенный текстом. - Пытаюсь понять, что, кому и откуда о нас известно. Копы не сами эту информацию добыли, у них нет ни средств, ни мозгов. - Может, это тот хер, который меня надурил? Он же тоже из какой-то компашки. - Ну само собой. Только «чел с высоким хвостом» в гугле не ищется, - саркастично заметил Какузу, даже не обернувшись. Хидан зевнул. - Извини, что не спросил, как его зовут. Мне, можно сказать, открыли глаза на твою измену, как-то не до того было. - Какая-то крупная организация стоит за ним, и таких организаций совсем немного, - не обращая внимания на подколку, ответил Какузу. Потер глаза, откладывая телефон на тумбочку, и устроился поудобнее, - Не так уж трудно будет их найти. - Я их всех к праотцам отправлю, - бухтел Хидан, засыпая, - Всех до единого… - Да да… Сон примирил каждый обеспокоенный ум в этом доме, даря надежду, что все не так уж плохо. По крайней мере, пока. Но каждый был готов идти до конца ради своей свободы, твердо намереваясь защитить себя и тех, кто рядом.