Amicitia est argumentum amoris

Минсок Чондэ бросает очень неожиданно и болезненно для омеги. У них, вроде как, сын и общий бизнес. У них, вроде как, стабильные отношения и яркий секс. Но Минсок уходит молча, без объяснений. Через пару дней Чондэ узнаёт от друзей альфы, какая он безвольная тряпка. Он честно не понимает, что произошло. Они почти пять лет работали над своими отношениями, ругались, мирились, устраивали скандалы на пол дома, и это с их-то звукоизоляцией. Они же вдвоём прошли через дофига всего. Да даже Бэкхён, не упускающий момента погиенить, признал, что они действительно оба много смогли преодолеть. Но Бён всегда смотрел на старшего альфу так, будто никогда и не верил. Чондэ от друга отмахивался, взгляды его конечно замечал и пытался как-то трактовать для себя, но вечно что-то не укладывалось. И вот, пожалуйста, Минсок вернулся через пару дней, когда Чондэ друзей своим радио молчанием чуть до ручки не довёл и дверь не открывал, только с сыном сидел. Лучше бы не возвращался. - Это дядя Хань, он будет часто у нас гостить, - альфа улыбался Тэхёну, пока обнимал другого омегу. И выглядел он счастливо, как и омега рядом с ним. Чондэ стоял и улыбался, когда внутри всё холодело. Руки тряслись, когда он закрывал через полчаса за ними дверь – Минсок пошёл этого Ханя до дома провожать и сказал, что там останется на пару дней. Сына на следующий день отвёз своим родителям; к свёкрам ехать боялся почему-то. Может и не боялся, неприятно было видеть их. И нет, он Минсока не винит, только больно очень. И в себе тоже разобраться надо. Это же получается, что если старший ушёл, то с Чондэ что-то не так? Бэкхён говорил никогда так о себе не думать, и если кто-то пытался Кима задеть, постоянно был рядом. Только сейчас его рядом не было. Чондэ сходил в магазин, закупился мороженным и совершенно спокойно встретил ошарашенный взгляд кассира, таращившего глаза на количество баночек и бутылку вина сверху. Дома было тихо, как тогда, когда они с Минсоком ещё не осознавали, что на их плечи легло и шарахались друг от друга. Сев прямо на пол /ковёр был практически рядом, но его это не волновало/, омега расставил вокруг себя три банки с мороженным и бутылку вина с бокалом, остальные шесть банок отправились в ледяную страну холодильника. Смотреть и слушать ничего не хотелось, поэтому он просто начал напихиваться холодной сладостью, что критически отрицательно восприняло его горло. В дверь позвонили, но Чондэ лишь кинул незаинтересованный взгляд на проход в коридор, пока выпивал третий бокал. - Маленький, - Ким потянулся к знакомому голосу, обвалакивающему со всех сторон. Бэкхён тяжело дышал, и его запах достаточно говорил о его волнении. Старший отодвинул ногой нагромождения Чондэ и плюхнулся рядом, обнимая его за талию, а после уложил голову на плечо, пуская табун мурашек по шее. - Больше ты так не поступаешь, - младший немного расфокусировано скосил взгляд на альфу и кивнул, надеясь, что тот увидел. Бэкхён забрал у него из рук бутылку и сделал глоток. Потом ещё один. Чондэ неожиданно заметил, что от альфы действительно сильно несло своим собственным запахом. «Гон» - неожиданно трезво осознал младший. - Б-Бэки, - Бён дёрнулся и отстранился от него, чтобы взглянуть прямо в чужие глаза. - Я не мог не прийти, прости, - Чондэ сглотнул, понимая, что альфа действительно волновался за него, и кивнул. Запах постепенно усиливался и Ким неожиданно понял, что ему не хочется уходить, его собственное тело отзывчиво реагирует на невесомые касания Бэкхёна, а уровень его собственных гормонов повышается. Альфа подался вперёд, кажется, сбил полупустой бокал, отчего тот зазвенел, и уронил их обоих на ковёр так, чтобы оказаться сверху меж раздвинутых ног и уткнуться носом в манящую шею. - Я... - Бэкхён тёрся о его кожу, руками сжимая тазобедренные косточки, - не могу без тебя... Прости меня. Чёрт… - старший сбивался с мыслей, выцеловывая бледную кожу, - ты такой сладкий, - он поцеловал за ушком, потом коснулся губами скулы, уголок губ, - Я не смогу, - альфа провел носом по виску Чондэ, складом оставляя поцелуи и там, - не смогу без тебя… Я - Ты нужен мне, - омега выгнулся, отрывая лопатки от пола, потому что Бён прикусил между плечом и шеей и тут же зализал место укуса, - нужен, - Чондэ поднял руку и провёл ей по напряжённой скуле Бэкхёна, когда они вернули зрительный контакт. Ким первый подался вперёд – немного неудобно: тело налилось свинцом, и было трудно держать голову над полом. Старший, похоже, заметил это, поэтому сел, отказываясь между бёдер, и приподнял его под спину, усаживая так, чтобы Чондэ устойчиво обхватил его ногами за поясницу, а руки обернул вокруг шеи, пока он сам начал подниматься. Было немного тяжело, но: «своя ноша не тянет», - с улыбкой подумал Бэкхён. Ким повис на нём коалой, что-то бессвязно бормоча в шею, кусая её же, – было немного щекотно. В паху сладко потянуло, когда младший случайно сполз. Альфа опустился на кровать, и Чондэ, видимо, почувствовал себя лучше, раз резво набросился на него, своим весом вдавливая в кровать. Бэкхёну становилось всё тяжелее не распускать руки, хотя ему позволили – боялся навредить, потому что секс в период гона мог быть для омеги достаточно грубым и болезненным. Однако мозг помогать не желал, ускоряя своё исчезновение на несколько дней благодаря выпитому. Старший сжал бедра омеги, одной рукой выводя неизвестные узоры на гладкой коже. Чондэ скинул свою футболку, и Бён заметил, что омега похудел с их последней встречи две недели назад. Это заставило альфу почувствовать злость на самого себя от того, что он оставил младшего одного. Не смотря на это, он не позволил ногтями впиться в мягкую кожу и причинить боль омеге. Бэкхён поднял руки к талии Кима, тот улыбнулся склоняясь к его лицу и лизнул губы. Лизнул его губы. Чёрт, это чертовски заводило. Он не мог больше. - Бэк… - Чондэ подавился вздохом, но Бэкхёна это теперь не останавливало, особенно после того как он оказался сверху. Бён чуть не разодрал молнию и случайно оторвал пуговицу на чужих джинсах. Да и плевать. Ноги младшего были немного кривыми, сочные бёдра манили к себе. И, о Боже, он мечтал об этом. Об этом маленьком угловатом теле. Об этом маленьком чертёнке. Ким отзывчиво тянулся к любым его прикосновениям. Как же он мог позволить другому альфе забрать его омегу? Его Омегу. Хотелось стукнуть себя. Вернуться на шесть лет назад и приложить обо что-нибудь, чтобы никакого Минсока, никакого давления от родителей, никакой свадьбы. Чондэ застонал, и мысли о прошлом отошли далеко на задворки сознания, уже почти не подчиняющегося ему. Смазка не понадобилась, потому что младший от их касаний завёлся сильно и был готов принять его почти сразу. Бэкхён не мог торопиться, хотя всё его естество кричало, чтобы он пометил Кима, чтобы сделал своим, чтобы только он и никто больше. Он не мог так с ним. Чондэ был его частью. Его маленькой жизнью. И о нём стоило заботиться, а не бессмысленно трахать, поддаваясь инстинктам. Бён был уверен – у омеги давно никого не было, поэтому стоило быть осторожнее и внимательнее с подготовкой. Старший, всё ещё одетый почти полностью /рубашку Чондэ всё же умудрился с него стянуть/, поднёс два пальца к сочащейся дырочке и покружил по краям, сводя Кима с ума. Долго дразнить ни себя, ни его он не смог – ввёл первый палец в мокрую тесноту. Омега недовольно хныкал, даже когда он начал двигать им, поэтому Бэкхён ввёл второй палец и, предотвращая новый поток слабого недовольства, резко раздвинул пальцы на манер ножниц, от чего Чондэ тихо вскрикнул. Бён согнул пальцы внутри колечка мышц так, чтобы точно задеть простату, и младшего подкинуло на постели под ним; руки конвульсивно метнулись по простыни в поисках опоры, но только лишь проскользили по ткани, сминая под пальцами. Бэкхён попытался ещё немного растянуть омегу, но Ким заводил настолько, что было уже в достаточной степени всё равно, как долго он мог его мучить. Ему пришлось вынуть свои пальцы, за которыми Чондэ потянулся, опять хныча. Альфа буквально содрал с себя оставшиеся вещи в виде джинсов и трусов и подставил ствол к сжимающемуся анусу, провёл головкой вокруг. - Хочешь? – он, дразня, надавил на вход, но не стал вводить. Ким повёл бёдрами, пытаясь самостоятельно насадиться, но Бэкхён не дал ему этого, фиксируя руки у него над головой. Свободной рукой старший придержал член и ещё раз надавил – на этот раз глубже, - Хочешь? - Пожалуйста, - Чондэ распахнул слезящиеся глаза и закивал, - Бэкки. Бён всё же начал входить, медленно погружаясь в младшего. - Боже, - Ким попытался двинуться, только не ясно в какую сторону. - Можно просто Бэкхён, - альфа сжал зубы: внутри было тесно, ни смотря ни на что, поэтому его ствол был зажат со всех сторон, хотя смазка и помогала немного. - Такой большой, - Чондэ стонал, ещё даже не до конца насаженный, и пытался высвободить руки из стальной хватки, гадая, как Бён одной рукой все ещё умудряется удерживать себя над ним. Старший входит ещё на несколько сантиметров, и омега чувствует себя переполненным. - До конца? - Это не всё? – альфа отпустил его руки, перемещая их на кровать около его головы, и склонился к лицу. - Одним толчком. Посмотри на меня, - Бэкхён поймал его взгляд и поцеловал, просовывая язык внутрь, вместе с этим Ким почувствовал, как он резко погружается в него до конца. Яйца хлопнули о его ягодицы, и Бён наконец полностью с ним. Отчего-то чувство кажется знакомым, но у него есть сын, поэтому… не сейчас об этом надо думать. Смазка потекла вокруг члена обильнее, поэтому старший начал медленно выходить из него – Чондэ отпускать его не хотел, зажимая стенки вокруг ствола. Руки теперь царапали спину альфы короткими ногтями – Бэкхён порыкивал, вызывая ответное поскуливание у партнёра. Они оба не могли себя сдержать, поэтому одновременно подавались навстречу, встречаясь на полпути, и ловили обоюдные стоны губами напротив. Ким вился вокруг него вьюном, пока Бэкхён сотрясал его движением. Он хныкал, подавался то навстречу, то наоборот уходил от него /насколько мог, будучи на его члене/, пятками вжимал в себя, смотрел доверчиво и туманно, и альфа не понимал, как успевает так много в нем отметить, но ему это нравилось. Прямо сейчас и всегда – это было необыкновенно. Его Чондэ такой космический. Только в отличие от космоса досягаемый. Бён толкался ещё около двадцати раз – не сдержанно вдвигал себя в дырочку младшего, доводя его до хрипов. Остервенело целовал, собственнически вылизывал шею, оставляя свои метки по всей открытой коже, рукой обхватил более тонкий член и образовал кольцо вокруг, плотно сжимая пальцами, начал двигать рукой, вместе со своими толчками. Чондэ гнулся и извивался по всей постели, от наслаждения закатывая глаза. Когда омега начал кончать – плотно сжал его в себе. - Бэкки! – Ким позволил себе вцепиться в шею прямо над собой, оставляя кровоточащую /целую/ метку. Свою собственную. Бэкхён зарычал уже по-настоящему, вошёл на всю длинну, чувствуя давление стенок. Узел набух внутри младшего почти мгновенно, отчего того выкинуло в ещё один оргазм. Сперма потекла вокруг ствола альфы, хотя тот был полностью внутри, и стекала на некогда чистую постель: теперь та была скомкана и везде пахло смешанными запахами гвоздики с корицей и сексом. Гон Бэкхёна на время отступил, поэтому старший аккуратно лёг сверху на омегу и принялся сцеловывать маленькие слезинки с острых скул. Чондэ почти мурчал, иногда крупно вздрагивая, потому что Бён не осторожно двигался, и его узел вновь растягивал все внутри, с каждым разом заставляя кончать. - Маленький мой. Через три дня Чондэ проснулся в пустой квартире с ноющей поясницей и пахнущий ни разу не собой. Бэкхёна рядом не было, что заставило омегу нахмуриться и попытаться сесть – надо было хотя бы выяснить день недели и время. Не получилось: всё, ниже груди, отдавалось истомой и сладкой болью. Ким оглядел себя – сперма альфы и его собственная мешалась на груди и торсе, между ног неприятно стягивало корочкой, а дырочка до сих пор сокращалась вокруг пустоты. Он потрогал уголок губ, где тоже стягивало – видимо, они успели даже это. Чондэ ещё раз попробовал подняться и заметил листок на соседней подушке. «Я скоро вернусь, не зависимо от того, во сколько ты проснулся. Не волнуйся, Тэхён у Чанеля и Чунмёна, так что с ним всё в порядке. Пожалуйста, не вставай, я боюсь, что мог навредить тебя, поэтому не геройствуй сам. Дождись меня /вряд ли ты уползёшь куда-либо в таком состояние, до которого я тебя довёл, но всё же/, и мы поговорим, маленький.» Твой дурак Чондэ улыбнулся – Бэкхён всегда был таким для него – опекал и волновался, заботился о комфорте и присматривал за сыном. Вот только был неясен факт его исчезновения. Если с Тэхёном все в порядке, еда в холодильнике всегда есть, где тогда альфа? Долго омега не смог рассуждать: сон сморил уже четверть часа. Тёплая рука нежно провела по его волосам, и Чондэ потянулся ей вслед, чтобы продлить контакт. - Привет, соня, - голос Бэкхёна ласково коснулся его ушей, формируя звуки в слова. Ким открыл глаза. Альфа лежал на боку, подставив локоть под щёку для опоры. Младший потянулся вперёд и поймал старшего, затягивая в поцелуй. Бён облегчённо выдохнул прямо в его губы, уложил руку поверх одеяла на его голый бок и придвинулся ближе. Они лежали так ещё некоторое время, наслаждаясь друг другом, пока Бэкхён первым не отстранился, убирая длинную чёлку с глаз омеги. Чондэ нахмурился, перехватил руку и подтянул её к себе. - Что это? – вся рука была в ссадинах. Омега не дал спрятать и вторую, поэтому сейчас внимательно смотрел в решительные глаза, ожидая ответа. - Объяснил Минсоку некоторые моменты его поведения. - Что? – младший сжался от упоминания мужа. - Всё хорошо, маленький, - Бён лёг на его грудь, прямо на засохшую корочку семени /ну хоть в душе он мыться один не будет/ и потёрся носом, - Мы пришли к компромиссу, поэтому он извинится, - Чондэ замер. - Ты не хочешь быть со мной? – он потерянно глянул на чужую макушку. - Почему ты так решил? - Бэкхён перевернуся, опираясь на локти. - Если он извинится, то… - О Боже, нет, это совсем не то! – старший опять лёг, - Вы разводитесь, и в этот раз мнение твоих родителей идёт лесом, уж прости. «Ты похёж ня омегю» - передразнил альфа фразу, брошенную отцом Чондэ шестнадцатилетнему Бэкхёну на его заявление, что он жениться на младшем. Ким тихонько захихикал. Бэкхён никогда не был похож на омегу, для него, по крайней мере. Немного раздолбай, но младшему он был самой надёжной опорой и защитой. И ведь если не бескомпромиссное решение его родителей относительно его взрослой жизни, то они давно были бы вместе. Старший внезапно притих, - У меня есть ещё кое-что. - М? – Чондэ перебирал мягкие волосы старшего, когда он выскользнул у него из под рук, опять нависая сверху. - Помнишь твой омежник? - Смутно, - единственное, что младший помнил с него – охрененный секс с /почти/ бывшем мужем. - Это не Минсок тебя забрал тогда, - Ким замер, честно не зная как реагировать. - Но я же тогда… - Да, - Бэкхён с надеждой вглядывался в его глаза, - мы переспали. - А Тэхён..? - У Минсока нет ни единой возможности отсудить его на законных основаниях. Я нашего ребёнка не отдам. - Боже. - Можно всё ещё просто Бэкхён, - попытка разрядить обстановку альфе всё же удалась, - Я не хотел скрывать это, но ты так старался наладить с ним отношения и я… - Ты правда почти сдался из-за этого? – омега с любопытством уставился на старшего, - Знал, что это твой сын, и почти сдался? - И до сих пор хочу набить себе морду за это, - он кивнул. - С тебя и рук хватило, - Чондэ вздохнул, - Неси меня в ванную, чудище. Хочу к сыну, - он задумался, - и развод с Минсоком хочу. И тебя хочу, - Бэкхён расслабился и засмеялся. - Тебе меня ещё на всю жизнь вперёд хватит. Смотри, как бы не надоел. - А свадьба тогда когда? Хочу шоколадный торт. И банан. - Ууу, - альфа вдруг хитро усмехнулся, - И второго ребёнка хочешь? - Хочу, - Ким важно кивнул, а потом чуть не на вернулся, почти выпав из объятий, - Чегоо? - И я хочу. И дождусь, - старший бессовестно чмокнул его в раскрасневшиеся губы, - и торт с бананом ты получишь, и развод со свадьбой. И Тэхёна мы заберём. Люблю тебя. - Бэкхён!