Там, где начинается счастье

      Свист чайника прорвался сквозь пелену грустных мыслей и заставил Филатову сфокусировать взгляд на стоящей перед ней чашкой с чаем. Полина поставила чайник обратно на плиту и, сев за стол, поставила перед Лизой вазочку с печеньем. — Угощайтесь, — предложила девушка, делая глоток. — Я говорил с Квитко, — на кухню вернулся Земцов и, сев рядом с Филатовой, взял свою чашку. — В Министерстве, конечно, рвут и мечут. — Это из-за меня, — голос Лизы был едва слышен.        Женщина сидела обхватив чашку двумя руками и казалось, что мыслями была где-то далеко. Полина переглянулась с братом, но ничего не сказала. — Елизавета Юрьевна, — начал Земцов. — Вы ведь сами знаете, что Вашей вины нет ни в чем. Это просто глупое стечение обстоятельств.       Лиза подняла глаза. Она не верила в обстоятельства. — О, наша милиция нас бережёт, — съязвила Земцова, глядя на фото Игоря, которое высветилось на дисплее телефона. — Слушаю. -… — Ты просто мастер своего дела, Игорек. Сначала наворотишь дел, а потом сожалеешь. А ничего, что вся эта история дошла до верхов? — её голос был злой.       Девушка поднялась и вышла с кухни, и теперь Земцов точно знал, что Игорь Степанович получит по первое число. — Платон Ильич, я наверное, пойду, — Лиза поднялась и взяла сумку. — Я сейчас Вам такси вызову, — спохватился Платон, думая, что его ожидает завтра с утра на работе. — Вы же к Льву Борисовичу поедете? — Да, — Филатова вышла в коридор, и как раз в этот момент в квартиру вошла Поля. По телефону она уже не говорила, но зла была до сих пор. — Вы уже уходите? — девушка сначала посмотрела на брата, а потом на новую знакомую. — Поль, ты сможешь отвезти Елизавету Юрьевну к Льву Борисовичу? — попросил Платон, положив мобильный телефон на полку. — Хорошо, — кивнула она. — Всё равно мне нужно немного нервы успокоить. Я тебе позвоню, — поцеловав Платона в щеку, брюнетка вышла из квартиры вслед за Филатовой.       Земцов закрыл дверь и вернулся на кухню. Кажется, его ждала бессонная ночь.

***

      В машине играла ненавязчивая музыка, и царила тишина. Полина уверенно вела автомобиль, а Лиза просто смотрела в окно. Перед глазами до сих пор было фото из той самой газеты и заголовок. — Елизавета Юрьевна, — Полина посмотрела на Лизу. — Я не умею утешать, да и не хочу этого делать, но могу сказать только одно: чтобы решить проблему, можно только найти её источник.       Лиза грустно улыбнулась. Что делать, если источником своих проблем была она сама?

***

      Вита, Лева и Лиза сидели на кухне и ужинали, если это можно было так назвать. Суп Филатовой оставался нетронутым. Лева и Вита обменивались молчаливыми вопросами, а Лизе становилось от этого ещё хуже. Она понимала, что теперь в больнице начнутся бесконечные проверки из-за неё. Она подвела всех: Левушку, Виту, Платона Ильича. Всех. Сказав, что она очень устала, женщина отправилась в комнату, а там села на подоконнике и, уткнувшись в колени, заплакала. Почему-то вдруг стало обидно. За клевету, за то, что она снова поддаётся ударам судьбы, но она не может и не являются источником всех проблем. Глядя на ночной город, Филатова приняла верное, как ей казалось, решение.

***

      Ужин следователя Андрейченко состоял из сгоревшей яичницы и холодного сока, а все из-за Полины. Игорь знал, что сестра Земцова способна на многое, но позвонить и отчитать как школьника это. Мужчина зло отложил вилку. Аппетит пропал. — Поздних гостей мне сейчас очень не хватает! — проворчал он, поднимаясь из-за стопа.       В дверь звонили непрерывно, и он хотел сейчас только открыть дверь и накричать на этого «шутника», но, увидев стоящую за дверью девушку, это желание пропало. — Крепкий у Вас сон, Игорь Степанович, — упрекнула его брюнетка и без приглашения вошла в квартиру.       Андрейченко, ничего не понимая, почесал затылок, а потом закрыл дверь и направился вслед за ней. Полина вошла на кухню и чуть улыбнулась. С того времени, как она была здесь последний раз, все осталось также: в углу стоял мягкий уголок, вокруг круглого стола стояло несколько табуреток, на плите стояла сковорода, а раковина была наполовину наполнена посудой. Даже паркет скрипел также. — Что, не все мне сказали, Полина Ильинична? — следователь скрестил руки на груди, глядя, как она убирает посуду со стола. — Не все, — Полина одела фартук, а он как завороженный за ней наблюдал. — Давай я сейчас приготовлю тебе нормальный ужин, а потом мы поговорим по-человечески.       Игорь хмыкнул. Пришла и ведёт себя как хозяйка, и главное, что ему нравится.

***

— Теперь можешь говорить свою просьбу, — Игорь отсунул пустую чашку и ласково посмотрел на сидящую напротив Полю. — Не просто так ты сюда явилась. — Не просто, — согласилась она. — Помнишь, ты говорил, что я могу к тебе обратиться за помощью. Так вот, — Земцова сглотнула. — Мне нужно, чтобы ты нашёл человека, который заказал эту статью в газете.       Игорь откинулся на спинку стула и покачал головой. Он не сомневался, что просьба будет необычная, и не прогадал. Как это Платон называет? Кажется, интуиция? — Поля, ты лезешь не в свое дело, — мягко заметил он. — То есть моего брата будут поливать грязью, а ты предлагаешь мне просто смотреть? Не хочешь помогать, так скажи прямо, — она сняла фартук и, бросив его на стол, ушла.       Голубоглазый догнал её у двери. — Поль, простой! Я попробую что-то узнать, но это злоупотребление служебными обязанностями, — заметил он. — Андрейченко, я тебя не заключённого прошу на волю выпустить, а всего лишь узнать, кто заказал статью, — она поцеловала его в щеку и, прежде чем он успел что-то сообразить, выскочила из квартиры. — Ах, Полина, Полина, я для тебя на все готов, только ты этого не видишь, — прошептал мужчина, все ещё чувствуя аромат её духов.

***

      Утром больница гула как как осиный улей. Лиза, которая пришла на работу раньше всех, сидела в кабинете и смотрела на чистый лист, который лежал перед ней. А потом взяла ручку и написала лишь одно слово: Заявление.

***

      Земцов, тем временем, наводил порядок в кабинете. Благодаря Квитко, мужчина знал, когда пожалует проверка, и хотел быть хоть немного готовым к предстоящему кавардаку. — Платон, — в кабинет заглянул Андрейченко. — К тебе можно? — Да, — откликнулся начмед, доставая из сейфа с десяток папок. — У тебя что-то срочное? Черт! — ругнулся он, когда стопка, которая лежала на краю стола, упала на пол. — Говори, пожалуйста, быстрее, а то у меня нет свободного времени.       Андрейченко молча положил перед Платоном фоторобот. Земцов удивлённо посмотрел на Игоря, а потом взял фоторобот в руки. — Это что? — Это благодаря твоей сестрице, — усмехнулся мужчина — Короче, долго объяснять. Если коротко, то я ездил в редакцию этой газеты и мне удалось узнать, кто слил эту историю прессе. Главный редактор согласился составить фоторобот и вот, любуйся, — закончил шатен.       На лице Земцова играли желваки. Лиза вошла в кабинет, кивнула следователю и протянула Платону исписанный лист. — Это что? — даже не взглянул он на лист. — Заявление по собственному, — спокойно ответила блондинка. — Подпишите, пожалуйста.       Игорь покачал головой, видя, что Платон Ильич зол как никогда.

***

      Доктора сидели за столом тихо как никогда. Даже Любавин, который любил пошутить во время пятиминутки, был серьёзный. Вита Игоревна бросала тревожные взгляды на сидящую по правую руку от Земцова Лизу и чувствовала, что что-то в этот день произойдёт, и это будет совсем не проверка из министерства. — Коллеги, всем вам, да и не только Вам, известна история, которая произошла несколько дней назад. Елизавету Юрьевну пытались обвинить во взятке, но этот инцидент благополучно разрешился сам собой, но нас постигла другая беда. Кто-то рассказал об этом прессе, и нам теперь грозит серьёзная проверка из министерства здравоохранения, — мужчина замолчал. — Эти, пока все вверх дном не перевернут, не успокоятся, — вздохнул Максим Викторович. — Это так, — согласился Земцов. — Ну есть ещё один выход. Нужно уволить виновного в этой истории.       Вита большими глазами смотрела на начмеда и не верила в услышанное. Земцов положил ручку, которую все время крутил в руках, и посмотрела на Милану, которая сидела возле эмбриолога и с лёгкой ухмылкой слушала его речь. — Нужно уволить Вас, Милана Николаевна.       Всё синхронно повернули голову сначала в сторону начмеда, а затем сторону Ищук и ничего не понимали…