wake up, lord

лорд прислоняется к стене, отбрасывая в сторону такую надоевшую маску; обнажает свои длинные и светлые волосы, воинственные шрамы, которые он получил ещё до попадания в это отвратительное место. стены до безумия холодные, даже в какой-то степени липкие и невероятно хрупкие; как и все здесь. камеру пронизывает холод, сквозь решетки дует сильнейший ветер, но а скату остается лишь закутаться в тонкую простыню. каждую ночь одно и тоже; крики заключенных вперемешку с криками элис, которая, дубасит нарушителей без всякой жалости. он не хочет оказаться на их месте и только поэтому лежит, свернувшись клубочком, ожидая свой заветный билет в царство морфея. он не сомкнул глаз. скоро рассвет, как кажется ему, ведь сквозь прикрытые глаза тот ощущает какой-то свет. ненавистный начальник. стингрей не встает [слишком много чести], а только переворачивается на другой бок, игнорируя дэвиса. его хватают за плечо, издевательски подмечают то, как здесь холодно и как его величество ворден не хотел бы здесь оказаться. когда смешки утихают, стингрей даже морщится от внезапной пронзившей его теплоты, запахом молока и ещё чего-то сладкого. скат оказывается на теплых простынях, со скованными руками и ненавистным джэйлботом рядом; пока марк устраивается удобнее, накрывая обоих шелковым одеялом, после лишь цокает и бросает короткое «бери, что дают». глаза слипаются, теплота и приятные запахи отвратительно действуют конкретно в этой ситуации. когда нужно задушить начальника во сне, пнуть, отгрызть зубами его ухо; он уже не может сопротивляться и бессонные ночи до сказываются на нем. проваливаясь в сон, он чувствует теплые руки дэвиса, какую-то примесь шалфея и ещё чего-то не менее приятного исходящего от него и заброшенную на него худощавую ногу. утро выдается сложным, когда тот в последний раз.. сквозь прикрытые глаза ощущает на себе теплое прикосновение; открывая глаза.. лорд снова в своей камере. дэвис просто больной ублюдок.