Маморитаи

Приятного прочтения!

2 апреля Район Хамакита, дом семейства Бакуго       Кацуки задорно ухмылялся, пытаясь попасть по мне своим коронным ударом с правой руки. Уклонилась. Поднырнула под руку, целясь в солнечное сплетение, но брат не так прост, дернул свободной рукой за длинный хвост, вынуждая отступить. — Ну же, покажи максимум.       Обменялись ничего незначащими ударами. И ходили по кругу, готовые напасть в подходящий момент. Мы оба взмокли, о чем свидетельствуют пропотевшие насквозь футболки. На его глазах медленно поправила кожаные перчатки без пальцев и резко шагнула вперёд, правда сразу же отступая. Ведь нужную реакцию на свои действия вызвала, Кацуки уже понёсся на меня.       Удар кулаком пришлось принимать на жёсткий блок. Непроизвольно съехала с места, пока удерживала блок. — Мелкие-е! Письма из Юэй пришли! — в тренировочную ворвалась мама, размахивая двумя письмами.       У брата аж дыхание спёрло. Он прикипел взглядом к заветным письмам, чем воспользовалась, повалив на твёрдый пол. Он мгновенно среагировал, но всё же секундное преимущество досталось мне, благодаря его отвлечённости. — Казу-тян, ай да молодец, — усмехнулась мама, следя за спаррингом.       Двойняшка недовольно брыкался, пытаясь выбраться из-под захвата. — А ну слезла с меня, Казуми, — ярости в его глазах было море. — Или я тебе такое устрою! — Пф, — и всё же пришлось отпустить братца, как никак нас ждёт мама и вместе с тем ответ из академии. — Тц, — цокнул Кацуки, потягиваясь. — Раз вы закончили, то быстрее вскрывайте письма, — нетерпеливо подскакивала мама, сунув под нос письмо.       Подковыряла красную печать и вздохнув вытащила письмо из конверта. Брат, в отличии от меня, немедля вскрыл конверт, взахлёб читая содержание. Так-так. — Приняли! — довольно выкрикнули с братом, подарив друг другу торжествующие усмешки.       Мама зажала в крепких объятиях, попутно шепча о том, какие молодцы у неё детишки. Брат не любил открыто проявлять свои чувства и всё же поддался общей атмосфере радости. Неуверенно стиснул в объятиях, уткнувшись лбом в мамино плечо. На это всё я смотрела с широкой улыбкой.

Какие трудности не выпали бы мне на пути становления героя, я уж постараюсь никогда не подвести семью.

***

Вечер того же дня — Кацу, — позвала брата, сидевшего в моей комнате.       Кацуки прислонился спиной к стенке комнаты, удобно расположив свой ноутбук на согнутых ногах. Он постоянно присматривался к чертежам, лежавших вокруг него полукругом, а его глаза блестели предвкушением. Нам срочно нужно отправить образ своего геройского костюма, так как поступили на геройский факультет. Времени осталось всего-то полтора часа до дедлайна. В комнате же торчали безвылазно уже часа четыре точно. — Да? — видно с каким трудом парень оторвался от записей. — Ты определился с окончательным вариантом костюма? — вскочила со стула приблизившись к нему, подхватив пальцами один из готовых образов собственного костюма.       Рабочий стол завален разными эскизами костюмов, которые придумывала ещё с двенадцати лет. Определилась только сейчас. — Думаю, определился, — передал мне на руки бумагу А4 с эскизом своего будущего геройского образа. — Ну как?       Передо мной предстал комбинезон с перекрещёнными на груди линиями, пояс с креплениями, перчатки выше локтя, сапоги до самых наколенников и маской (скреплённой между собой с украшением-взрывом, подобно колючим волосам Кацуки), что очаровал с первых секунд. В неверии отняла лист от лица, вернув замолчавшему хозяину.       Я видела, что брат задержал дыхание в ожидании вердикта. «Ему важно мое мнение, как и в детстве», — подумалось в тот момент. — Это шедевр, Кацуки! — геройский костюм действительно восхищал. — Я и не мог другого придумать, Казу-чан, — его настрой сразу поменялся. — Что насчёт тебя?       Без лишних слов протянула свой лист, который он принялся осматривать. Сама неловко застыла, сминая рукава домашней кофты. «Понравится ли ему?» — Ты славно потрудилась, Казуми, — наконец, одобрительно кивнул Кацуки, возвращая эскиз. — Двойняшки Бакуго всех покорят, — в глазах брата вспыхнул опасный огонёк, знакомый с малых лет. — Вне сомнений, сестра.       Через полчаса, придя к окончательному решению отправили на почту академии образы геройских костюмов с пожеланиями. Так, Кацуки попросил придумать что-нибудь с его руками, чтобы сократить негативное воздействие в разы («Обязательно в виде гранат», — добавил в скобках братец), а цвета выбрал черно-оранжевые. Впрочем, я не отставала от него, попросив сделать нечто подобное, но компактное и внешне напоминающее, лишь чуть выпуклые перчатки (мне не хотелось сражаться с огромным атрибутом на руках). Предпочтение в цвете отдала черному и красному. — Завтра ещё за формой идти, — пробормотал уставший Кацуки.       Брат уже собрал свои принадлежности, направившись на выход из комнаты. — Поэтому, нам надо выспаться, — вяло вскинула кулак. Усталость не обошла стороной. — Мама через чур активна, когда дело заходит о шоппинге… — зевнула, прикрывая распахнувшийся рот ладонью. Покупкой одной школьной формы всё не ограничится, зная характер матери. — К черту шоппинг, — Кацуки, видимо вспоминая прошлые походы за вещами, вздрогнул. — Всё, я спать. — Доброй ночки, — кинула вслед захлопнувшейся двери, положив оставшиеся не тронутые листы на полку навесного шкафа.       Еле переставляя затёкшие ноги завалилась на кровать, пожелав себе выспаться от души. Чую пятой точкой, что в академии с его геройским курсом со сном мне будет больше не по пути.

***

4 апреля Парк в округе районов Хамакита и Кита — Кто такой «Деку», Кацуки? — требовательно спросила у брата, присевшего на лавку и вытянувшего ноги.       Как только покончили с утренней тренировкой пошли гулять в парке, что был недалеко от дома. Мне не льстило перегружать собственное тело, а с Кацуки по-другому не получается. С момента моего приезда тренировочные бои не собирались прекращаться, наоборот с каждым новым днём их становилось больше. Пока не использовали причуды, благоразумно решив, что в академии безопаснее. Ни ему ни мне не хотелось случайно подорвать собственный дом, получив взашей от родителей, папа в таком случае не сдержится, а наоборот будет подгонять похлеще матери. Проводить тренировки с причудой в других местах не получится — закон запрещает.       Однако, бабушка Асэми имела небольшие связи с парой героев из топ тридцати, которые ощущали перед ней нечто долга жизни, поскольку она спасала их на операционном столе, будучи одним из лучших врачей в округе Киото. Герои помогли в ответ на просьбу бабушки (они были в курсе, что мы собрались поступать в академию на геройский факультет), и предоставили закрытые тренировочные площадки с укреплёнными стенами, полом в Киото и Хамамацу, но время пользования истекло как несколько месяцев. И всё же герои дали нам отличную фору в подготовке. Заниматься приходили в определённые дни недели на протяжении пяти лет под их отвественность (они прикрывали нас в угоду долгу, а мы не переходили рамки, умалчивая о происходящем в здании, принадлежавшем одному из них). — Зачем же тебе, Казуми? — вопросом на вопрос, будь рядом Асэми-сан он получил бы хороший такой подзатыльник. — Мне интересно, — не отводила глаз, зная что действую на нервы. — Он не похож ни на кого из твоей детской шайки-лейки с начальной и средней школы.       Ладони брата предупреждающе вспыхнули искрами. Хмыкнула. — Я отвечу, но сначала поделись первым впечатлением о Деку, — прозвище выдавил со сдерживаемой злостью. Прищурилась.       Мне не в тягость покладисто ответить в подходящий момент, чтобы получить подробную информацию. — Довольно вежлив. Обманчиво уступчив вкупе с нерешительностью, — правда. Именно такое впечатление о себе оставил Изуку-кун при наших двух встречах. Брат что-то пробормотал под нос, затем начал свой небольшой рассказ. — С этим придурком я знаком ещё с песочницы, — удивленно вскинула бровь. — Да-да, пока родители водили тебя на всякие девчачьи кружки, я собрал, как ты там сказала? Шайку-лейку. Тогда ещё ни у кого не проявилась причуда, — Кацуки откинулся на спинку лавочки, уставившись в пасмурное небо. — Деку всегда следовал за мной по пятам…       Внимательно слушала, отслеживая каждую эмоцию.

***

6 апреля Академия Юэй       Прошедшие дни до академии прошли буднично.       Каждое утро созваниваюсь с бабушкой Асэми, расспрашивая о самочувствии, делах. Она была очень рада за наше с Кацуки поступление в престижную старшую школу. Пусть и не одобряла за выбранный путь героя, но не отворачивалась. Бабушка с детства твердила, что мы с братом особенные дети. А всё благодаря соединившихся в нас причудах родителей. Материнская способность выделять глицерин из кожи и отцовская способность, позволяющая выделять горючие и кислотные вещества вместе с потом из рук сделала нас с Кацуки теми, кем являемся сейчас. — Взрывоопасные двойняшки, — вспомнила вслух старое прозвище, данное нам с братом в возрасте четырех-пяти лет другими детьми, что первыми увидели причуды, которой случайно подорвали качели. Проявились они ещё тогда, когда мы с братом были неразлучны и в то утро игрались на полупустой детской площадке. — Мелкая, чего бормочешь под нос? — на мои хрупкие (!) плечи приземлилась тяжелая рука. — Ничего.       Вспоминая прошедший разговор о «Деку», была разочарована столь несправедливым отношением Кацуки к Мидории (фамилию он назвал в процессе рассказа), но дуться за это не могла. Взаимоотношения Бакуго Кацуки и Мидории Изуку касаются только их двоих, я не имею права прямо вмешиваться в них, а вот просить брата быть терпимее — сколько угодно. Презирать Изуку-куна только за его добродушный характер отнюдь не очень хорошо, но Кацуки он такой, трудный человек. С самого детства.       Один мальчик, когда четырехлетний Кацуки свалился в речку, отмахиваясь от всякой помощи, всё равно предложил ему руку помощи, тем самым унизив брата (по его мнению). «Принимать помощь слабака? Увольте!» — это знание пригодилось мне сейчас.       И я сопоставила некоторые факты, сложив в единую картину тяжелых отношений мальчиков.       Мидория был тем самым мальчиком, что предлагал помощь в детстве и в дальнейшем пытался спасти брата из лап злодея здорово ударив по гордости Бакуго. Он не принимал помощь посторонних, предпочитая быть тем, кто её оказывает. Учитывая, что сказал ему Мидория: «В твоих глазах я увидел просьбу о помощи», то неудивительно, что отношения друзей детства («Деку называет меня другом детства. Бесит», — вспоминаются слова брата) ухудшились и он сторонился наивного парня. — Слишком сложно, — невольно слетело с языка. Брат на этот раз промолчал.       Академия была разделена на четыре блока (смежных между собой), каждый для отдельного факультета. Вход в само здание одного факультета делилось на три двери в зависимости от курса. Пройдя через первую дверь особо не спешили, поскольку времени до начала первого урока ещё было. По пути заметила, что к кабинету 1-А (куда нас зачислили) была близка уборная. — Кацуки, я припудрить носик, — брат поморщился от этих слов и кивнул, продолжив идти без меня. Он знал, мне важно произвести хорошее впечатление и не проверить свой внешний вид, показалось кощунством, когда есть чуточку свободного времени.       Подпевая под нос зашла в уборную, толкнув высокую дверь. Иногда нравится подбешивать «девчачьими» фразами, вроде той что была сказана ему.       Уборная была безлюдна, а небольшое и прямоугольное зеркало нашлось над умывальником. Пригляделась. Так, кончик косы немного выбивался из общего опрятного вида, поэтому заново переплела нижнюю часть, затянув резинку потуже. Покрутилась перед зеркалом, встав поодаль. Стандартная форма академии Юэй сидела как влитая (не зря же мама долго спорила с консультантом насчет размера, та предлагала купить форму на размер больше (уж совсем мешком на мне сидела), мол подрастет ваша дочка). Белая рубашка с красным галстуком поверх серый пиджак на позолоченных пуговичках, с зелено-белыми полосками на лацканах и рукавах, короткая складчатая темно-зеленая юбка, чёрные гольфы чуть ниже колен и в завершении коричневые оксфорды.       «Всё-всё пора в класс», — сжала лямку белого школьного ранца и решительным шагом направилась вон из уборной в класс.       Дверь, которую предстояло открыть впечатляла размерами. Да тут нужно будет четыре девушки с меня ростом, чтобы достать её верхушки! Бывают же всякие причуды. Опустила ладонь на ручку, толкнув дверь плечом в добавок. Перед глазами предстали новые одноклассники, сидевшие по выбранным местам и только один стоял рядом с партой моего брата. Это будет тяжелый год, судя по ухмылке двойняшки с вызовом глядевшего на высокого черноволосого парня. Взгляды как по команде перешли на меня с них двоих. Любопытные взгляды. — Привет, — поздоровалась со всеми, некоторые ответили кивками.       Оглядела кабинет, ища свободное местечко и уверенно зашагала к четвертой парте третьего ряда от окна, что пока не была никем облюбована. Опустила на пол рюкзак и удобно расположилась на стуле с колёсами. — Что-то не так? — только сейчас заметила, что многие продолжали смотреть на меня. После моего вопроса они неловко отвели глаза, занявшись кто чем.       Тем временем в кабинете появились новые действующие лица. Мидория Изуку и незнакомая одноклассница, к которым поспешил отошедший от Кацуки парень, представившийся им Иидой. — Конечно ты прошёл, твой удар был просто потрясным! — восхищалась шатенка, помахивая кулаком верх-вниз.       Видеть смущённого Изуку-куна забавно. Теперь стало понятно куда он смотрел во время нашей случайной встречи. «Не умеешь общаться с девушками, Мидория?» — абсолютно нормальная реакция, учитывая известную мне часть характера зеленоглазого. Правда, их едва начавшийся разговор прервал некто за дверью. — Кто это? — зашептались двое парней передо мной. Один красноволосый, другой блондин. — Наверняка, учитель!       В класс заглянул мужчина со… Спальным мешком?! Зачем ему в школе спальный мешок? — Я ваш классный руководитель, Айзава Шота, — просто представился… Айзава-сенсей. — Рад знакомству, — класс загудел ещё больше после дальнейших слов. — Ну, а теперь натяните эту форму и за мной, — под «этой» формой подразумевались комплекты спортивной одежды, что он доставал из спального мешка.       Я понимала на что подписываюсь, подавая заявку на геройский факультет, но как же классный час, где все вступившие могли познакомиться друг с другом, ведь судя по их лицам — они этого только и ждали.