Драбблы по FFVII

      Яркий солнечный день начал понемногу клониться к закату. Теплые ласковые лучи окрасились в розовые оттенки, придав городскому пейзажу немного очарования, а кудрявым белоснежным облакам — сходство со сладкой ватой. Еще было слишком рано, чтобы включать неоновые вывески, но городские фонари уже горели кое-где, разгоняя редкие сумерки.       Аэрис, сонно щурясь, сидела на самом краю крыши башни Шин-Ра, беспечно болтая ногами. Мидгар, еще целый и плотно заселенный, раскинулся внизу как огромный пирог, разделенный на восемь частей. Было странно видеть город живым, Мако-реакторы активными, а людей — восхищенно взиравшими на впечатляющий силуэт огромного строения корпорации. Лениво скользя взглядом по горизонту цетра просто грелась в последних на сегодня лучах солнца, выкинув из головы все посторонние мысли. Для такой головокружительной высоты, на крыше было на удивление тихо и безветренно. — Непривычно видеть его… таким, — раздался за спиной задумчивый низкий голос. Аэрис не стала оборачиваться, почувствовав прибытие мужчины за пару мгновений до его реального появления, и только пожала плечами. — Все имеет свое начало. И у Мидгара оно тоже было. — Да, но он выглядит надежным. Безмятежным, — Сефирот сел рядом, свесив ноги с края. Его черное крыло с тихим шелестом сложилось за спиной. — Сложно поверить, что через несколько лет города не станет. — Ну, у него еще есть время. Ты сейчас в Вутае, Клауд в Нибельхейме, а Дженова пока спит, — Аэрис кинула на мужчину лукавый взгляд. — Старые добрые деньки, а? — Никогда бы не подумал, что скажу это, но — да, — улыбка Сефирота была мягкой и спокойной. Он поднял голову, рассматривая лениво проплывающие облака. — Я скучаю по прошлому. Тогда все было простым. Я точно знал распорядок своей жизни на несколько недель вперед и было что-то чудесное в этой предопределенности. Приказы, миссии, мир делился на черное и белое согласно четкой системе, и никаких рамок выдуманной морали, которая заставляет тебя постоянно сомневаться в своих решениях.       Девушка лишь тихо хмыкнула в ответ, прекрасно понимая, о чем он говорил. Проблемы становления у всех людей были одинаковыми. Даже если эти люди провели большую часть своей жизни в качестве лабораторного образца. — Хотел бы вернуться? Прожить свою жизнь по-другому, без всего этого безумия? Просто быть Солджером, Вутайским демоном. Сверкать на всех афишах, даже — стать героем еще большим, чем считал тебя Клауд в детстве. — Тихо постареть и со временем перестать выезжать на миссии, тренировать молодняк, рассказывая ему военные байки? Я совру, если скажу что не думал об этом, но… — Но? — Но я таков, какой есть. Я стал таким только потому, что все произошло, как произошло. И только поэтому могу сидеть сейчас здесь, глядя на призрак города, которого нет уже давно. Пожелать вернуться, значит обесценить все то, что у меня было и есть.       Сефирот говорил безмятежно и голос его был полон покоя и уверенности. Он всегда жил с мыслью, что знает, как умрет. Будет ли это монстр, пропущенный удар от опытного соперника или случайная пуля — не имело значения. Суть оставалась одной: он точно знал, что погибнет на поле боя. И только сейчас он вдруг понял, что это не единственный возможный выход. Шин-Ра изрядно ослаблена, Ходжо исчез, Мидгар лежит в руинах, а сам Сефирот окончательно и бесповоротно мертв, погибнув той смертью, которую сам себе предрекал с детства. Оказалось, что лишь умерев можно, наконец, освободиться от всего того, что убивало тебя при жизни. — Ты права, все имеет свое начало. Мое было здесь. Пусть оно здесь и останется.       Они молча смотрели, как понемногу гаснет закат на горизонте. В душе была легкость, которая приходит только вместе с правильно принятым решением, избавляя от тягостных мыслей и сомнений.