Легенда о Войне Высших

      Первыми на Ариадор пришли зеленые нереоны. Жизнь, как и говорится в древних сказаниях, зародилась из пламени и зеленой листвы, из воздуха и тени. Высшие, которые появились сначала, именовались ранее и ныне «богами», или же данмари. Дети данмари звались алари, то есть «высшие». Смертные, которые пришли в мир во время Великих войн данмари, получили имя артани, «низшие». Первым данмари, пришедшим в Мир, был зеленый нереон, родившийся в пламени сгоревших деревьев во время Всесжигающего пожара. Остальные пришедшие с ними данмари правили миром многие тысячи и миллионы лет. Все изменилось с появлением белых нереонов, детей белого света и звезд. Их волосы были белыми, как только выпавший снег, а глаза серыми будто сталь непобедимого клинка. Зеленые нереоны были, как правило, рыжими или сереброволосыми, их вены ярко светились зеленым. Это говорило об их рождении в Великом пожаре, символизировало шрамы земли, энергию, связывающую их ауру с огнем. Белые нереоны были воплощением добра и света, зеленые — хранителями этой земли. Зеленые стали обучать белых мудрости и жизни, науке сражений и защиты. Свои книги они тоже разделили с белыми. Через много сотен лет зеленые нереоны признали белых как данмари и, подарив им одеяния и воплощения из чистого света, впустили в благословенные земли. Кодекс нереонов тех времен гласил: не тронь живого, иначе будешь предан огню, из которого и пришел. Нереонов, что предали священную Землю, жестоко сжигали под крики, песни и пляски. В те времена земли Ариадора цвели, жили своей жизнью, согласованной с жизнью ее обитателей. Никто не знает, где они зародились, но из-за гор пришли существа, прекрасные создания, именовавшие себя tyrrinas. Они говорили на неизвестном данмари языке. Те посчитали, что на их языке это означает «божества» — грозные, внушительные, даже прекрасные. Данмари обучили их своему языку и выяснилось, что они — тайрины, пришедшие из горных просторов творцы справедливости. Их предводительница держала в руке меч, выкованный в первом на Ариадоре вулкане. Они начали править вместе, как и предрекали когда-то первые данмари. Но так продолжалось недолго. Начались жестокие войны за власть над Ариадором, ведь с годами каждый из данмари осознал, что править вместе нельзя, и жаждал власти, ибо никто не хотел подчиняться. В итоге осталось их совсем немного — наверное, сотни две. Тогда объявили о себе их дети.       — Как говорилось в пророчестве, — стал говорить белый нереон, — дети данмари не умеют права считать себя ими. Я нарекаю нас алари, высшими — мы докажем, что мы равны вам. Его поддержали многие. За ним пошли две тысячи детей Богов, среди них были и нереоны и тайрины.       — Также, — сказал он, снимая с себя плащ, вытканный из лучей белого огня, — я повелеваю не звать меня больше Hilaawit`he. Отныне я Ed`ghar, отступник. За Ed`ghar последовали все дети Богов. Так высшие и исчезли с земель данмари. Перешли горы и равнины, переплыли реки и моря. Наконец, найдя себе подходящую землю на просторах Ариадора, они остановились, но в тех местах уже была жизнь: там жили те, кто к применению энергии ауры не способен — артани. Какие-то из них жили в лесах и были рыжеволосыми, веселыми, зеленоглазыми, но очень низкого роста, получили именование maarwe, они же марвы. Другие же, внешне очень похожие на алари, называли себя firenas, они же «люди». Алари взяли на себя ответственность править артани, для них они были сродни данмари. Для этого края бесстрашные и сильные первые высшие — Боги — стали просто красивой легендой. Кто знает, — говорили алари, — может быть, они и по сей день проживают в своих благословенных землях и залечивают раны войны. Артани были довольны правлением алари, никогда не пытались их свергнуть. Высшие были справедливыми, мудрыми и честными. Артани больше всех почитали Ed`ghar, кой стал зваться Эдгаром, Tilmaen — Тильмаэн, тайринскую владычицу пепла и дождя, Aaliwё — Аэливэ, зеленого нереона, и iNwenthe — Инвенфэ — дочь Верховной, метис белого и зеленого нереона. Эдгар вел свой род с гордостью. Все в нем были чистокровными белыми нереонами, гордо шедшие под знаменем блеклого огня. Тильмаэн — тоже. Аэливэ учил своих не как воевать, а как сохранить честь и мудрость. Но мотивы Инвенфэ понять не могли никто. Ее философия о звездах и полях, милости властных и лжи баллад вгоняла артани в недоумение. В ней была «жестокость», да, но так ли это можно было назвать? Возможно, Инвенфэ представляла собой какое-то воплощение ночи и темноты, неслышное эхо и тревожность. За это ее прозвали Инвенфэ Темная. Но тот, в ком есть кровь белого нереона, в принципе не может звать себя "темным".       - Тогда, - объявила Инвенфэ, - я темный нереон. И пред ней склонились многие артани.       - Да будет так. - сказал Эдгар, - Раз того хотите вы. Однажды ночью она стояла на каменном балконе горного дворца. Эдгар, Тильмаэн и Ааливэ не любили серебряный лунный свет, а для Инвенфэ ночью жизнь только начиналась - когда все спят, она объявляла тьму и небо, усеянное звездами, своим царством. Но в эту ночь не спали все. Она была особенной для всех. В эту ночь родилась первая дочь Тильмаэн, которую она назвала в честь своей наставницы-данмари - Тириэль.       - Кто же отец ее? - спросил Эдгар у названной сестры, принимая на руки девочку. Тильмаэн опустила глаза. Эдгар удивленно посмотрел на алари, которая осеклась, не в силах назвать имя отца маленькой Тириэль.       - Майвин. - все же назвала она. Эдгар задумался, пытаясь вспомнить хоть кого-то с таким именем.       - Кто он? - задал он тот вопрос, на который Тильмаэн больше всего не хотела отвечать.       - Ну? - повторил он, - я жду ответа, сестра-владычица.       - Он артани. - сказала вдруг-вошедшая в покои Инвенфэ. Тильмаэн сдавленно кивнула. Эдгар ужаснулся, Инвенфэ развеселил его испуг.       - Да, брат-владыка, - сказала Тильмаэн.       - Твоя сестра, - вкрадчиво сказала Инвенфэ, - имеет право любить кого пожелает.       - Но тогда ее ребенок- метис! - воскликнул он, - и станет таким же, как ты! Разве что без твоего могущества.       - Ну тогда я забираю ее с собой. - Инвенфэ забрала у него из рук младенца и исчезла в тумане. Так и закончился первый раздор среди алари. Великое горе постигло владык и владычицу Тильмаэн. Эдгар так и не простил сестру, и отправил ее в изгнание. Это очень опечалило народ, но владыку было не переубедить. Ааливэ тоже был за свободу.       - Раз в изгнании мои сестры, - сказал он, - Я пойду за ними. И ушел в добровольное изгнание. А маленькая Тириэль так и росла у Инвенфэ. Тильмаэн и Ааливэ скитались, так и не смогли найти друг друга. Ни друг друга, ни Инвенфэ...