Ваша звездочка byunbunny

      Есть такое выражение «С глаз долой — из сердца вон». И именно это и происходило с Чанелем, когда он садился в вагон метро по утрам, ведь там его привычно ожидал таинственный незнакомец. Точнее, уже не незнакомец. Вот и сейчас Бэкхен едва заметно улыбнулся, приметив вошедшего Пака.       Чанель с улыбкой подошёл к нему.       — А Вы меня в тот раз заставили лишнюю станцию проехать.       — В смысле? — улыбнулся Бэкхен.       — Выскочили, а я станцию свою прослушал. Пришлось возвращаться потом.       — Неужели Вы были так увлечены разговором? — хихикнул Бэкхен.       — Да. Мой слух будто реагировал только на Ваш голос, — улыбнулся Чанель.       — Ох, как пафосно. И что же мы будем делать дальше, когда Вы таки узнали, как меня зовут? – с милой улыбкой поинтересовался Бэк.       — Может, если Вы не против, мне тоже стоит представиться?       — Может, — мурлыкнул Бэкхен. — Буду знать, как зовут того, кто постоянно подглядывает за мной.       — Пак Чанель, — представился Чанель. — Не хотите отметить знакомство стаканчиком кофе?       Бэкхен с хитрецой взглянул в глаза новому знакомому.       — Вы флиртуете со мной?       — Нет. Приглашаю перекусить, — Пак повел плечом. А потом мотнул головой. — Хотя кому я вру. Да. Флиртую.       Бэкхен заливисто рассмеялся, но потом вдруг замолчал.       — А почему Вы так уверены, что я такой же, как Вы?       — Потому что Вы сказали мне свое имя. Были бы не таким — давно бы прогнали.       Бэкхен улыбнулся.       — Тогда, у меня нет причин отказать Вам.       — Когда Вам удобно? — Пак не смог не ответить на эту улыбку.       Бэк посмотрел на наручные часы.       — В принципе, у меня еще есть время до пар. Если Вы свободны, то можем сейчас.       — Хорошо, — кивнул Чанель. — Тут недалеко от следующей станции есть неплохая кофейня. Сходим?       — Давайте. Тогда, на выход?       — Да, — Чанель прошел с новым знакомым к дверям вагона.       — И давно Вы наблюдаете за мной? — поинтересовался Бэкхен, когда они вышли на ближайшей станции.       — В общей сложности где-то недели две, — с легкой неловкостью признался Пак. – И можно на «ты».       — Две недели? Ты настолько нерешительный или были другие причины твоего молчания? — рассмеялся Бэк.       — Я думал, что ты моё видение. Вот и вся причина.       Бэк с хитрым прищуром посмотрел на Чанеля.       — Употребляешь?       — Нет. Просто заучился.       — Я не обидел тебя? – тут же улыбнулся Бэк.       — Нет, — пожал плечами Пак. — Вполне нормальный вопрос.       — И какой же факультет настолько мучает, что появляются видения? — продолжил Бэкхен.       — Мехмат, — с усмешкой фыркнул Пак. — А ты откуда такой загадочный? Психология?       — В точку, — улыбнулся Бэк. — Люблю изучать людей и копаться в головах.       — И что же ты накопал на меня? — поинтересовался Чанель.       — Что ты очень упертый, — показал язык Бэкхен.       — Верно. И не обидно, — усмехнулся Пак. — Мы пришли.       Бэк обернулся, подняв взгляд на название кофейни.       — О, я бывал здесь несколько раз.       — Значит, меню тебе знакомо? – Чанель открыл дверь перед новым знакомым, пропуская его вперед.       — Да, — Бэкхен вошел внутрь, вдыхая приятный и привычный в таких местах аромат кофе. — Но я пробовал не всё. Да и раз ты позвал — может, посоветуешь?       — Тебя плотно накормить или кофе с десертом хватит? — уточнил Пак.       — Можно даже просто кофе, — улыбнулся Бэк. — Я не любитель плотных завтраков.       — Ну уж нет, — замотал головой Чанель, подходя к кассе. — Два моккачино, пирог с черникой и рожок с шоколадом.       — Надеюсь, это не всё мне? – с шутливым испугом распахнул глаза Бэкхен.       — Непременно все тебе, — с улыбкой кивнул Пак. — Займешь столик?       — Может, сбежать, пока ты не закормил меня, как моя бабушка? — Бэк заливисто рассмеялся, уходя к ближайшему свободному столу.       Бабушка-Чанель забрал заказ и, сев за стол, поставил перед Бэкхеном кофе и пирог.       — Угощайся.       — Спасибо, — улыбнулся Бэкхен, делая глоток кофе. — Обожаю моккачино.       — Вот это я угадал, — расплылся в довольной улыбке Пак. — А что по пирогу?       — Сейчас проверю, — Бэк осторожно отломил кусочек десертной вилочкой и закинул в рот. — Ммм... Ну... Как тебе сказать?       — Желательно, как есть, — ответил Чанель, ловя себя на мысли, что не может оторваться от рассматривания нового знакомого.       — Я думаю, это станет моим любимым десертом, — Бэк сделал еще один глоток кофе. — Спасибо, он очень вкусный.       — Не за что. Надеюсь, мы ещё сходим сюда.       — Всё возможно, — Бэкхен игриво улыбнулся. — Если снова поймаешь меня в метро.       — Кстати, где ты живёшь? — спросил вдруг Пак. — Мне кажется, мы совсем рядом.       — Мы за одним столом, — хихикнул Бэк.       — Я не об этом сейчас, — ответил Чанель довольно серьёзно.       — Ой, ой, осторожно, не спугни, — Бэкхен спрятался за чашечкой кофе.       Пак осторожно улыбнулся.       — Прости.       — Второе — отходчивый, — Бэк опустил чашку и отломил еще кусочек десерта. — Я живу недалеко от станции, на которой захожу.       — Сингиль*? — попробовал угадать Чан.       — Ах, какая проницательность, — с улыбкой кивнул Бэкхен.       — Я тоже сажусь там. Но, видимо, с другой стороны платформы.       — Какое совпадение, — Бэк закинул в рот последний кусочек пирога и допил кофе. — На пары?       — Да, я провожу тебя, — кивнул Чанель, поднимаясь.       — Вы так галантны, господин Пак, — хихикнул Бэкхен.       Чанель на это лишь улыбнулся. Лёд, похоже, тронулся.       Но Бэкхен не спешил близко подпускать к себе нового знакомого. Он то и дело ускользал, как иллюзия, или увиливал от ответов. И иногда Паку казалось, что это всё же видение. Чанель уже решил для себя, что воплотит его в реальность. И они будут вместе.       Только реальность снова напомнила о себе кое-чем другим.       «Чанни-ханни, у меня остались сироп и мороженое, с ними нужно что-то делать», — к сообщению была приложена фотография высунутого языка Банни, на который эротично стекал тот самый сироп.       Чанель глубоко вздохнул. Банни. Он и забыл. Стоит ли продолжать отношения с ним, если хочешь быть с другим?       Когда ответ не поступил в течение получаса, от Банни прилетело еще одно сообщение.       «Чанни-ханни, ты решил оставить свою звездочку? Неужели мне придется искать другого доктора с другой конфеткой? =( Твоя была такой сладенькой...»       И Чанель почти сразу ответил, что придёт. Просто задумался. О том, что в этого парня он тоже немного влюблен.       

***

      — Привет, — мурлыкнул Банни, открывая дверь.       — Привет, — Чанель был немного мрачным и задумчивым. Но любовнику улыбнулся. — Как ты?       Но от проницательности Банни ничего не скрылось.       — Эй, Чанни-ханни, что за кислый вид? Конфетка невкусная попалась? — томно пробормотал он в самые губы Пака. — Или капризки рассыпались? Может, мне стоит порадовать тебя? — тонкие пальцы опустились к ширинке.       Пак улыбнулся чуть шире и поцеловал любовника в уголок губ.       — Всё хорошо. Начнём?       — Сегодня еще одно исполнение твоего желания, — мурлыкнул Банни. — Разрешаю залить меня сиропом и есть с меня мороженое.       — Что-то сладкого не хочется, — с легкой неловкостью признался Чанель. — У тебя есть ещё идеи?       Банни надул губы и чуть отошел.       — Мой Чанни-ханни не хочет сниматься сегодня?       — Хочет, все хорошо, — Пак улыбнулся и сжал ягодицы любовника. — Просто и у меня иногда бывает все плохо. Мне совсем нельзя погрустить?       — Сначала говоришь, что всё хорошо, потом, что плохо. Чанни-ханни, давай сегодня просто поедим мороженое? — Банни обнял своего гостя за руку и лег на его плечо. — Ваша звездочка умеет не только трахаться, но и слушать.       — Нет, — Чанель коснулся поцелуем лба Банни. — Давай не будем разочаровывать подписчиков. В конце концов, ты же не мои излияния слушать собирался.       — Тогда я могу подарить тебе расслабляющий секс, — томно прошептал Банни на ухо Паку. — Мои пальчики будут разминать твою спинку, твою шикарную крепкую задницу, твои широкие плечи... А когда ты перевернешься, твой стояк будет упираться в мою попку, а я буду на нем ерзать и ласкать язычком твои сосочки...       — Ммм, заманчиво, — Чанель потянулся к ширинке любовника, начиная ее расстегивать. — Но я тоже буду ласкать своего мальчика. Как в первую встречу...       Но Банни выскользнул из рук Пака и пальчиком поманил его в спальню.       — Чанни-ханни, у меня есть масло...       — Ох, ты решил меня поджарить, малыш? — Чанель обнял любовника со спины и накрыл ладонью пах.       Банни застонал.       — Лучше ты меня поджарь.       Пак уложил парнишку на кровать и начал покрывать поцелуями стройное тело.       — Чанни-ханни, — прошептал Банни, млея от поцелуев, — дай мне тридцать секунд.       — Конечно, — Чанель остановился и перелег на спину.       Банни пулей вскочил с кровати, отодвинул штору, включил свет и запись на камере.       — Так на чем мы остановились? — мурлыкнул он, заползая обратно на кровать подобно кошечке.       — Иди ко мне, я приласкаю тебя, — Пак притянул любовника к себе, чмокнув в губы.       — Но разве это не зайчик должен тебя приласкать? Мой гость печалится, его нужно развеселить... — Банни поцеловал Чанеля в шею.       — Я тоже хочу приласкать зайчика, — надул Пак губы.       — Ах, и как же нам быть? — Банни встал коленями по обе стороны от лица Чанеля.       Тот провел кончиками пальцев между ягодиц любовника.       — Вот ты и ответил на свой вопрос.       Банни тихонько застонал и тут же склонился над ширинкой Чанеля.       — У нас тут конфетка просится наружу. Я сниму обертку? — он чуть обернулся к Паку.       — Конечно, зайчик, — Чанель тем временем развёл ягодицы любовника и провел по сжатому колечку мышц языком.       — Оххх… — Банни задрожал, но всё же попытался расстегнуть джинсы Пака и неслушающимися руками вытащить оттуда член.       — Расслабься, — Чанель прикусил одну из аппетитных половинок перед его лицом. — Главное сейчас — ты.       — А как же твоя печалька? — Банни тихонько взвизгнул от укуса, но тут же лизнул головку уже давно стоящего члена.       С губ Пака слетел тяжёлый вздох.       — Переживу.       — Пупсик, я не могу этого так оставить, — Банни повилял попкой и одним движением полностью накрыл член Чанеля губами.       Тот захрипел, невольно сжимая ягодицы любовника.       — Банни...       — Ваша звездочка и мечта, — Банни начал усердно двигать головой, добавляя ласки и руками.       — Я не про то, — усмехнулся Чанель, возвращаясь к ласкам языком и усиливая напор.       — А про что же? — Банни с чпоком выпустил член изо рта и снова накрыл его губами.       — Про то, что ты слишком хорош, — ответил Пак, крепко обхватив член любовника.       Тот застонал, но ласк не прекратил.       — Разве слишком?       — Конечно, — Чанель шлепнул Банни по ягодицам.       — Тогда, может засадишь в мою попку? И все печальки пройдут...       — Присядешь сам? — предложил Пак.       — С удовольствием, — мурлыкнул Банни. Осторожно переместившись к бедрам своего гостя, он без какой-либо растяжки со стоном сел на член.       — Поработай сегодня сам, детка, — Чанель погладил любовника по изящной спине.       — Я излечу твою печаль, — Банни начал раскачиваться на члене, сидя спиной к Паку.       Тот смотрел на спину любовника и понимал, что больше он так не хочет. Мечтать об одном, спать с другим... Любить обоих. Но в то же время, Бэкхен ведь может уйти. А Банни он нужен вообще только для секса. Выходит, надо быть одному?       — Чанель, что с тобой? — Банни не выдержал, словно кожей чувствуя, что что-то не так. Он слез и сел рядом.       — Почему ты остановился? — спросил Пак.       — Потому что я всё чувствую. Я же вижу, что нет отдачи, — Банни вздохнул. — Скажи, что тебя волнует?       — Это не важно, — Чанель сел на постели и потёр лицо ладонями. — Мне лучше уйти, да?       — Чанни-ханни, — Банни выключил камеру и взял Пака за запястья, — мне нравится секс с тобой, но насиловать твою душу я не собираюсь. Секс не всегда выход.       — Сейчас это не выход, а скорее, работа. И я должен ее выполнить.       Банни мягко улыбнулся и, вздохнув, нежно поцеловал Чанеля.       — Я даю тебе отгул. Не нужно насиловать себя, если нет желания.       Пак кисло улыбнулся.       — Прости, что все так.       — Сделать тебе чай, Чанни-ханни?       — Боже, не заставляй себя грузиться моими проблемами, — с неловкостью рассмеялся Чанель, поднимаясь с постели. — Я просто пойду. А этот день мы забудем.       — Чанель, — Банни поднял глаза, взглянув на своего гостя, — у тебя появилась пара?       И Пак предательски вздрогнул. По двум причинам: Банни словно прочитал его мысли. А ещё Чанель сам не знал ответ.       — Нет. Не появилась.       Банни улыбнулся.       — Ты говоришь неправду.       — Она правда не появилась, — покачал головой Пак. — Я просто познакомился с парнем в метро. Он красивый, добрый, загадочный. Но я для общения с ним слишком тупой.       — Чанни-ханни, если ты влюблен, незачем молчать, — Банни замотался в покрывало. — И мой тебе совет: вместо сомнений — сделай.       — Я и так сделал. Я познакомился. Но чувствую себя так, будто он хочет от меня избавиться.       — Задай ему этот вопрос, — улыбнулся Банни.       — Не, — Чанель лишь махнул рукой. — Я лучше с тобой останусь. А тот... Ему нужен кто-то другой. Лучше меня.       Банни поднялся и посмотрел Паку в глаза.       — Откуда тебе знать, что происходит в чужой голове?       — Иногда многое можно понять по общению, зайка, — вздохнул Чанель. — Пойду я.       Банни кивнул.       — Иди, Чанни-ханни. И найди в себе силы признаться. Ты ведь смог отправить мне свою конфетку, — мурлыкнул он следом.       — Потому что ты не любишь меня, — усмехнулся Пак. — И никогда не полюбишь.       Взяв вещи, Чанель переоделся в ванной и вышел в прихожую. Банни вышел к нему тоже уже переодетым, но всё же с улыбкой на губах.       — А любви и не должно было быть. Это лишь образ, о котором ничего не знают.       Пак посмотрел на Банни как-то странно. Словно сквозь него.       — Хочешь сказать, если бы тебя вдруг заинтересовало что-то кроме моего члена, ты снял бы маску? И открыл свою реальную сущность?       Банни наклонил голову набок и снова улыбнулся.       — Ты шикарный, Чанни-ханни. Всё, что тебе нужно, это быть собой.       Чанель усмехнулся.       — Но речь шла не обо мне.       Пак мотнул головой и покинул квартиру. Может, Банни и прав. Надо быть смелее с Бэкхеном. Но почему при одной мысли о том, что с «его зайчиком» в это время будет кто-то другой, так сжималось сердце?