Мы слишком долго ждали

Балы, что устраивала семья Майклсон, всегда были роскошны. Они славились своей щедростью на хороший фуршет, отличной музыкой, дороговизной декора, изобилием всего золотого и вычурного. Приглашались на эти балы только близкие и самые доверенные люди, вампиры, оборотни, ведьмы, гибриды… Никто не был обделен вниманием семьи первородных. За весь вечер каждый из них успевал пообщаться с каждым приглашенным гостем: обсудить насущные проблемы сверхъестественного мира, искусство и политику - обычно это было прерогативой Клауса и Элайджи; беседы о последних тенденциях в модном мире вела Ребекка, а Кол создавал всем нужный настрой, он был своеобразным шутом семьи Майклсон, который своими шуточками мог заставить искренне улыбаться даже Клауса. Хоуп – его дочь, была украшением всех балов, ее любил каждый и не потому, что ее отец всемогущий вампир-гибрид, внушающий страх каждому, кому стоит упомянуть только его имя, а потому, что она была олицетворением его человечности. Окончив школу Сальваторе, она вернулась в свой родной дом, в Новый Орлеан, чтобы быть поближе к отцу, ведь кроме него, у нее больше никого не было. И несмотря на весь тот ужас, что он порой творил, она любила его потому, что знала, что он не потерян для этого мира. «Человека, способного любить, еще можно спасти.» - Когда-то ей сказала директор ее уже бывшей школы, мисс Форбс, Кэролайн Форбс. Оказавшись в школе, Хоуп долго не могла понять, почему лицо директора кажется ей таким знакомым, пока не вспомнила, что именно ее лицо она видела на всех портретах, созданных отцом, и так бережно оберегавших им. И она сразу поняла, что эта женщина была далеко не на последнем месте в списке приоритетов ее отца. Убедилась она в этом, когда Кэролайн и ее дочери помогли разрушить ее личное проклятие и, таким образом, она спасла ее жизнь, и жизнь отца. В тот день, он видел ее в последний раз, а после он закрылся от всех и больше никого не подпускал к себе, кроме дочери, разумеется. И вот сегодня, очередной бал, на который ему так не хочется идти, но Ребекка так неистово настаивает на его присутствии, ссылаясь на то, что сегодня прибудет один важный гость. Ему давно стало все-равно на всех этих лживых лицедеев, считавшихся «близкими». - Послушай, Ник, если ты не спустишься сегодня к гостям, ты пропустишь все веселье. – Все не унималась сестра. - Ребекка, что должно такого произойти сегодня, отчего мое присутствие так важно на этом треклятом балу? – Ситуация начинала немного выводить его из себя. - Когда наденешь смокинг, так любезно приготовленный мной, и спустишь свою задницу вниз к гостям, тогда и узнаешь. – Еще немного и Ребекка могла выйти из себя, но она не могла. Ей надо было постараться вытащить его сегодня из своей студии, где он в очередной раз предавался воспоминаниям о девушке из Мистик-Фоллс, изображая ее в миллионный раз на холсте. Увидев недоверчивый взгляд брата, она попыталась придать своему лицу выражение спокойствия и уверенности. – И это не обсуждается, Ник. – Сказала она, затем вышла, хлопнув дверью и оставив его одного. Немного поразмыслив, он все-таки оделся и вышел к гостям. Вечер уже был в самом разгаре, отовсюду были слышны оживленные беседы. - Ну вот, молодец, Ники. – Весело проговорила Ребекка, подходя к нему. – Ты сделал правильно, что присоединился сегодня к нам … - Но вдруг, она заметила, как брат резко напрягся и, почти перестав дышать, смотрел только в одну сторону. Ребекка, лукаво улыбнувшись, последовала за его взглядом, и увидев Кэролайн, шепотом проговорила ему в ухо: "Ты так и будешь стоять, как будто в твое сердце кол вставили, Ник?" – Он не сразу понял, но встрепенувшись, перевел взгляд, полный недоумения, на сестру. В это время, Кэролайн чувствовала практически то же самое. Потому, что в одночасье вся уверенность куда-то улетучилась, как только она переступила порог дома Майклсонов. Она не сразу увидела Клауса, лишь потом, когда почувствовала на себе чей-то столь пристальный взгляд. Он был идеален в этом смокинге, цвета ночи. Как всегда идеален, как тогда, много лет назад на конкурсе «Мисс Мистик-Фоллс», когда было их первое своеобразное свидание, если это можно было так назвать. Чего греха таить, в костюмах он выглядел чертовски сексуально. Она здесь, подумал он. Она так близко, она рядом. Он не мог поверить в это. За считанные секунды преодолев расстояние, он оказался напротив нее. Она нисколько не изменилась, все такая же, излучающая свет. Кэролайн ласково улыбнулась ему, и он потерялся в этой улыбке, в этих глазах, цвета лазурного неба. - Прошло много лет, Клаус, я знаю. Но я здесь, на пороге твоего дома. И я прошу тебя вручить мне этот мир. Если твое предложение в силе, я готова, как никогда прежде, принять его…