I'm still here...

— Доброго вам утра, мой космический пришелец, — усмехнулась Люси, что сидела на столешнице на кухне и пила крепкий кофе без сахара, смотря на растрёпанного и полуобнажённого Грея — Кофе? — Благодарю, — он облокотился на холодильник и стал наблюдать за девушкой, попутно массируя заспанные глаза. Да, он спал, что уже было для него весьма необычным. Пусть и полчаса, но спал. Спал рядом с этой невероятной девушкой, которая, надев его футболку, колдовала рядом с кофейником и соблазнительно двигала бёдрами, будто специально дразнила. Хотя… Да, дразнит, чертовка. Посмотри на эту картину со стороны — так и не скажешь, что скоро в их жизни появится ад, но пока у них лишь приятно тянущая нега, хотя оба из них отродья седьмого круга ада. — Чёрный, крепкий и без сахара — как ты любишь, — Фостер протянула Роберту глубокую кружку, наполненную чёрной и густой жижей, больше похожей на грязь — Только осторожнее — он очень горячий. — Не горячее тебя этой ночью, — как бы между прочим пробормотал Грей, останавливаясь у окна, что выходило на колодезный домик через заборчик — Какая же сила не даёт Оно убить меня прямо сейчас, или Билла, Изи или Тозиера? Остальных, пока мы нежимся тут и отдаёмся похоти? — Потому что я вас всех люблю. Вы дороги мне, — неожиданно сказала Люси, погладив мужчину по обнажённой спине — Мы ошиблись, когда считали, что моя ненависть к Пеннивайзу защищает нас от него, но нет. Я поняла это лишь спустя годы, когда потеряла всех вас… Мы так или иначе все любили друг друга — это спасало и спасает нас до сих пор. — Значит, ты любишь меня, — Роберт поставил кофе на подоконник и притянул блондинку к себе, гладя её по спине, животу и груди — Это многое объясняет… — Вырываешь слова из контекста, Грей, — она положила свои холодные ладони на его грудь, а потом соединила их у него за шеей — Но раз это работает, то это однозначно взаимно. Не так ли, солнышко? — Один-один, моя адская прелесть, — он отставил и её кофе в сторону, а потом, положив одну из ладоней на щеку Люси, поцеловал её, явно желая продлить наслаждение ночи. Она не сопротивлялась ни секунды, а потому легко обвила талию мужчины ногами. Он подхватил порождение зла под бёдра и усадил на кухонную тумбу, переходя на шею с полупрозрачной кожей и синеватыми венами. Под этой шёлковой кожей скрывался соблазнительный пульс, который так и манил к себе своей силой жизни. Люси, немного высвобождая своего внутреннего монстра, выпустила небольшие стилетообразные когти и провела ими по спине Грея — оба сразу же почувствовали тонкий запах крови. Мужчина уже терял контроль, но их милому наслаждению не суждено было получить завершение — телефонная трель прервала процесс на самом интересном месте. Вынужденные оторваться друг от друга, Люси продолжила пить кофе с нормальными ногтями, а Роберт поднял трубку с самым наисерьёзнейшим видом и сухим голосом, будто секунду назад он не был возбуждён и не был готов разрушить этот домик к чёртовой бабушке: — Грей, — услышав голос по ту сторону трубки, лицо сразу смягчилось, а сам он расслабился — И тебе доброго, Изи… Ладно, скоро будем, — тут он посмотрел на девушку, что выпила и его кофе — Белз сказала, что мы должны приехать в отель. — Без проблем, чудо моё, — она посмотрела на часы, а потом на Роберта — Я думаю, мы можем задержаться минут на двадцать? — Двадцать? — частица Оно подошла к девушке и погладила по бедру — Давай на тридцать… Пять? В отеле… — Я следила за Бауэрсом после того, как все выбрались из канализации, — рассказывала Люси, углубляясь в воспоминания по просьбе Уриса, который, кажется, видел вышеупомянутого неподалёку — Ты не убила его, Изи — его вынесло канализацией вместе с остальными детскими трупами. После же его арестовали. Пытались судить, но признали невменяемым — ни один человек не поверит в клоуна-убийцу, если сам его не увидит, а показания Роберта и Беллы в тот день, медицинские заключения и прочее не сильно повлияли на решение судьи, а только на количество слов в строчке обвинения. Генри посадили в психушку. Но… — на этом моменте Фостер нервно сглотнула и нервно закусила губы — Именно в тот момент, когда полицейские вязали парня, я почувствовала, что с Пеннивайзом не покончено, ведь красные шары продолжали парить в небе Дерри против ветра ещё несколько недель. — А вы можете посмотреть, как этот сукин сын выбрался из психушки? — спросил Ричи, обращаясь к Люси и Грею. — Скорее всего, — произнёс мужчина и сосредоточился на своей ментальной связи с космическим демоном, от чего из его закрытых глаз, аки слёзы, стала струиться тёмная кровь — Оно проникло в клинику сначала в виде шарика, которого видел только Бауэрс, а после принял облик полусгнившего трупа Хокстеттера, отдавшего ему нож, убил охранника и нескольких смотрителей, а после с лёгкостью покинул территорию больницы, — он открыл глаза и стёр с лица кровь салфеткой, отбрасывая ту в корзину, что стояла в стороне — Дальше рассказывать нет смысла. — Значит, Оно само хотело вытащить Бауэрса. Но зачем? — Денбро, сидящий на диване, почесал подбородок — Считает, что нужны третьи руки? — Скорее всего, — начала молчавшая всё это время Беверли — Оно ещё слабо и чувствует, что мы не боимся его, а потому и вытащил эту сволочь. Пеннивайзу нужен хоть какой-то страх. — Через два дня начнётся большая ярмарка — иллюминация, огни, аттракционы… Попкорн… Чувствуете, к чему я клоню? — заявила новая «душа Дерри», заставляя всех вздрогнуть от понимания — Оно выйдет на охоту. Уже вышло, если говорить точнее, но не в полную меру — Адриана Меллона уже нет с нами. — Перешёл на взрослых с голодухи, — попытался пошутить Майк, но шутить никому не хотелось. Вечер… — С момента приезда я очень хотела поговорить с тобой, Билл, — сказала Люси крепкому мужчине, что шёл рядом с ней по улице — Я думаю, что смогу доверить тебе один очень важный для меня момент. Мне просто кажется, что ты из всего нашего клуба самый… Решительным, что ли? — Это так важно для того, что ты скажешь? — дёрнул бровью Денбро, засунув руки в карманы джинсов — Ты сама-то в порядке? Выглядишь не особо бодро. — Грей знает, что я скажу и, раз его тут ещё нет и он не помешал мне раньше, то он не возражает, — посмеялась девушка и завязала длинные белые волосы в хвост — Если Оно будет убито, то, скорее всего, я и Роберт тоже надолго не останемся. Мы связаны с этим монстром сильнее, чем брат с сестрой и мать с ребёнком. Просто… для нас важно, чтобы это кто-то знал и, если мы придумаем, как разорвать эту нить и при этом уничтожить Пеннивайза, то ты обязательно про это узнаешь. — А почему я, а не Изи? — выдавил из себя Билл после того, как с трудом переварил сказанное подругой детства. — Потому что ты влюблён в неё с детства — это для тебя дополнительный стимул, — выдала Люси, чем заставила мужчину зайтись глубоким кашлем — И то, что ты женат на своей Саре — не более, чем недоразумение, которое решится меньше, чем через… пару месяцев? Ну может три месяца. Не больше. — Ты так говоришь, будто знаешь это наверняка, — он попытался за смехом скрыть робость, но разве правду можно скрыть от «любовницы демона» — Ладно. Не смотри только на меня так. — Как «так»? — да, она издевалась. — Как на дебила… — Ну почему же дебила? Пока ты только на стадии дурачка. В доме Майка… — И как давно вы обсуждали этот план? — Грей, сидя на табуреточке, рассматривал особый сосуд для ритуала — Её идея? — Почему я слышу вопрос в твоём голосе, если ты и без меня знаешь ответ? — Хэнлон с невозмутимым видом листал какие-то книги, пока его гость недовольно закатывал глаза — Да. Её идея, с которой она пришла ко мне незадолго до общего сбора, хотя, я уверен, она Люси продумала всё раньше. А ты чего ожидал? — От неё? Или вообще? — эти саркастичные вопросы заставили Майка засмеяться — Не возражаешь, если я закурю? Просто меня прям трясёт от… Не злости… Скорее раздражения… — Могу даже выпить дать, — мужчина поставил стаканы и виски перед Греем — Люси оценила этот виски. Грей молчал. Он прекрасно понимал, чем Чудь чреват как для него, так и его милой пассии. Смертью это будет назвать слишком примитивно и в корне неверно. Погибнут их земные оболочки — просто тела — разумы же будут во власти великой Черепахи, которая и будет решать их дальнейшую судьбу. И если с Робертом — неким атавизмом Пеннивайза — всё понятно и он, как внеземное создание, продолжит существовать, то для Люси это может закончится полным уничтожением без даже самого жалкого шанса возвращения — её разум будет вечность вечностей скитаться по вселенной. И сама Фостер это прекрасно знала, а потому и не останавливалась, как и раньше. Зачем волноваться, если ничего нельзя изменить? Правильно? Правильно. Грей нашёл её на мосту через реку, сидящей в своём синем шевроле — точно таком же, на котором он до сих пор гоняет. Она смотрела на закат и, сжимая руль, плакала. Он не видел, но чувствовал, а потому просто сел на пассажирское сидение рядом. Они молчали так несколько минут, подбирая слова. Хотя, зачем им слова, если они способны общаться в мыслях? Наверное, для того чтобы кутаться в голоса друг друга, как в тёплые одеяла зимой. Такие, как Люси и Роберт, почти не чувствуют холода, страха, боли и прочего, а потому любые проявления эмоций, да и вообще чувств, очень ценят, ведь для них они очень редки. Потому они и вместе — находясь рядом, эти недолюди чувствуют всё, что может предложить спектр человеческих эмоций. И в особенности страсть, а с недавних пор и любовь. Ту самую, ради которой не жалко и умереть. — Я хорошо чувствую, что Оно готовится нанести удар — с каждым разом новый удар будет более жестокий, чем предыдущий. Совсем не долго нам ждать осталось, — наконец произнесла Люси, смотря на уже почти закатившееся солнце — Скоро польются реки крови. — Да хоть океан, — Роберт положил ладонь на руку девушки, всё ещё сжимающей баранку руля — Но это будет не наша кровь. Не кровь детей. А кровь этой проклятой паучихи, чьё сердце мы просто вырвем и раздавим. Я это вижу. — Я тоже, но я боюсь того, чего нам может это стоить. Я не готова отдать за это сестру… Да никого из вас я не смогу отпустить… Пеннивайз уже хотел забрать Уриса, но я забрала его. Меллона же я спасти не смогла. За эту победу мы заплатим большую цену. Часть Оно взял и пересадил Фостер с водительского места к себе на колени и прижал к тому месту, где у людей обычно сердце — понимал, что сейчас простая близость гораздо важнее интима, ведь оба пока живы и не хотят лишний раз страдать. Он уткнулся ей в волосы, которые, кажется, пахли чем-то древесным — это смутило Грея: «Ты была в лесу? У колодца?» — Да… Сама не знаю, на кой ляд я туда попёрлась — поняла, что просто надо, — Люси прижалась к его груди и обняла за талию — Не все трупы вынесло течением — гора всё так же высока и уменьшаться не намерена. — Представь, сколько бы невинных пострадало, если бы не вмешались тогда. И в этот раз погибнут люди, но не столько, сколько могло бы без нашего участия, — они посмотрела в глаза друг другу, а девушка даже попыталась улыбнуться — Ты ведь понимаешь, что я прав. — Хорошо… — согласилась она — Только если моё согласие повысит твою и без того завышенную самооценку.