Любитель чёрного

***

— Пёс, так ты с нами или остаёшься в единственном экземпляре на этаже? Как там Антонин говорит? Kak tri topolia na pluishihe? Только ты ещё и один, — раздался хоть и слабый, но всё же ехидный голос Беллатрикс. — Валите отсюда, мерзкие Пожиратели, — хрипло просипел простуженным голосом наш внутрипартийный засланец Света. Практически Ленин в ставке Керенского. — Я виноват в смерти друга, не поймал предателя… Да-да-да. Вернее, бла-бла-бла… Опять на него накатило. Я подплыла к открытой решётке и засосала… Приятно-то как и вкусно, прям пицца «Четыре сыра с дополнительным много-мяса-ингредиентом»… Воющий Блэк над телом молодого мужчины — тёмное отчаяние. Рыжая девушка на полу детской, волосы рассыпаны по ковру, будто всполох осенних кленовых листьев — горе от потери младшей сестрёнки. Маленький мальчик с кровью на лице, которого так не хочется отдавать гиганту, но наставник повелел, поэтому в голове мутится от противоречия — злость на неправильный приказ, что заставляет бросить сына, но перебороть его невозможно — душит обет. Питер убегает, кричит что-то типа: «Я был шпионом, Сири! Альбус велел привести Лорда в засаду!» — но в глазах темно, а приказ заставляет догонять друга. Взрыв — боль отката за нарушение обязанностей магического крёстного, значит, крестник в опасности. Я допила последние эмоции и облизнулась. Угу, поняла я уже, что попала в Дамбигад. Уж слишком эти «злобные Пожиратели» не походят на каноничных моральных уродов и подонков, скорее на диссидентов, попавших в жернова раздела власти. Всю верхушку древних богатых тёмных кланов — в тюрьму, а на их имущество наложила лапу победительско-светлая сторона. Ну и ладно, я ведь тоже тёмная тварь, так что мы в одной телеге тащимся. Поэтому я подплыла к Руквуду и прошелестела: «Блэка забрать. Он нужен. Его подставил Дамблдор. Можно с его помощью свалить белобородого». Августус тут же кивнул, подозвал Амикуса, и они вдвоём подхватили здоровенного худющего пса, в облик которого скользнул Сириус, прежде чем потерять сознание. Отперла я двери ключами, которые позаимствовала у надзирателей после ужина. Вся дежурная смена так и находилась в столовой. Когда резко забираешь много плохих воспоминаний, у пациента случается фейно-паралитический шок на несколько часов. Состояние, словно мефедроном обожрался: хочется активно возлюбить ближнего во всех смыслах — от физического до церебрального. В общем, вышли мы в вечерний сумрак: я и семеро козлят, в смысле, дементор и его выводок худющих обросших арестантов плюс один пёс. Направились к лодкам. Выбрали грузовую, в которой прибывают на остров всякие гуманитарные делегации, типа министр Магии & Co. Тощие как фестралы Пожиратели и их анорексичная супермодель-предводитель очень просто уместились в корыто, предназначенное для перевозки пяти сиятельных лиц (по весу чуть более полутонны, прям мини-грузовой лифт). Завели шарманку, то есть обычный такой лодочный мотор, и, как Ливанов с Соломиным в «Сокровищах Агры», двинулись по воде, только не в поисках катера («а-а-а, с чёрной, с чёрной трубой, а не с синей»), а в объятия матушки-Свободы. На берегу все замялись, не зная, куда двигаться дальше. «Проблемы, товарисч?» — по-русски обратилась я к Долохову. Тот уже не дёргался, привыкнув за время подготовки к побегу к странному демону-русофилу. «Нам есть где укрыться на первое время. Вот только место это в Уэльсе, не знаю, выдержит ли путь Алекто — она очень плоха», — неуверенно ответил Антонин. Я посмотрела на дрожащую маленькую даму, которую держал на руках здоровенный Мальсибер; на трясущуюся Беллатрикс в объятиях мужа; на чёрного пса, лежащего у ног обессилевшего Руквуда, который тут же по-простецки свалился рядом и опёрся спиной на тощий собачий бок. «Аппарировать сможете? — уже по-английски обратилась я ко всем беглецам. — Палочки выдам, подберёте подходящие». Все тут же приободрились, и даже Блэк поднял свою кудлатую морду. Я залезла в мешок, достала вязанку (не могу подобрать другого слова) волшебных палочек, которые нашла в бесконечных заброшенных подземельях и заваленных/запертых арсеналах и кладовых Азкабана. Все, даже самые слабые, подобрали себе артефакт. Пусть те и не подходили идеально, как купленные или изготовленные на заказ, но ими можно было колдовать, а для волшебников это самое главное. — Спасибо, э-э-э… — замялся Антонин. — Как тебя хоть зовут-то, кореш? — Не надо меня звать, я сама прихожу куда мне надо, — прошелестела я в ответ. — А как ты нас найдёшь? Или… — Долохов немного смутился, хоть эта эмоция на его обросшей грязной роже выглядела довольно забавно. — Ну, вдруг нам понадобится с тобой связаться. Так что хоть патронуса тебе пошлю. — Ну, если так уж необходимо имя… — задумалась я, — зови меня Бланш Дюбуа. — Э-э-э… это ваше родовое дементорское имя? — охренел Антонин. — Типа, вы — французская стая? — Нет, идиот, — прошипела я в ответ. — Это в честь коллекции Джона Гальяно, за которую он получил приз «Лучший дизайнер года» в одна тысяча девятьсот восемьдесят восьмом году! — Это не тот, который мокрых баб на подиум выпускал? Я в газете у грязнокровки-охранника видел! — Не баб, а манекенщиц! — возмутилась я от такого невежества. — Такова была концепция показа, взгляд гения на своё творчество! — Увидев остекленевшие глаза неподготовленного к такой информации «реального мужЫка», я только вздохнула и махнула рукой. — В общем, не забивай себе голову, это для тебя — любителя старинных бабушкиных мантий — слишком сложно. — И вовсе они не бабушкины! — попытался возразить Долохов, но сразу же успокоился под моим демоническим горящим взглядом. — Это просто сюр какой-то, арестант и дементор спорят о моде сразу же после побега. Спасибо, друг. Ещё свидимся.

***

Вся компания аппарировала с тихими хлопками. Через пару минут на пустынном побережье осталась только я с огромным чёрным псом. «Ну что, страдалец, — подхватила я на руки Блэка. Хорошо, что я нереально сильна, и вес хоть и худющего, но всё же тяжёлого пса для меня как пушинка. — Полетели к маменьке домой?» Увидев недовольную страдальческую морду и щенячьи просительные глазки, я только рассмеялась суперзлодейским смехом. Нечего по помойкам шариться, как в каноне, и жрать объедки и крыс. Сейчас я тебя доставлю к строгой маман, подлечу мозги, разберусь, что там с обетами «наставнику Альбусу», а потом и в Хогвартс наведаюсь. Совсем недавно я обнаружила в себе новую опцию «обратное проворачивание мяса в мясорубке». То есть всё, что я когда-то выпивала у пациентов, я могу выливать в другого несчастного. Захочу — счастливыми воспоминаниями отоварю, захочу — кошмаров подкину — за долгие столетия в моей демонической тушке собралось бесчисленное количество сезонов сериалов самых разных жанров. «Ходячие мертвецы», «Санта-Барбара» или «Игра престолов» нервно курят в сторонке, со своими неинтересными ужасами и наивными интригами. Так что всем достанутся бонусы и подарки от летающего думосброса, никого не пропущу, вот такой я справедливый йольский кот. А уж с моими способностями ходить сквозь любую преграду я стану персональным Фредди Крюгером для всех особо отличившихся героев. Ну, а пока нас ждёт «London is the capital of England, the capital of Great Britain, and the capital of the United Kingdom». А в этой столице — старый магический дом на площади Гриммо, где сходит с ума без подпитки одинокий ворчливый эльф, а в холле пылится живой портрет гордой аристократки, которая так и не дождалась при жизни возвращения в особняк своих сыновей.

***

Летели мы недолго. Уже той же ночью я увидела скопление огней на горизонте. Приятно, единорог их забодай, после долгих месяцев на отдалённом дауншифтинговом курорте вернуться в лоно цивилизации и окунуться в суету большого города. Летели мы по карте. Ну нету у волшебников никакого навигатора, или я его у надсмотрщиков не нашла. Так что просто спёрла глобус Великобритании (шучу, конечно, обычную бумажную карту со стены библиотеки), и мы вполне себе спокойно добрались до столицы. Кстати, надо бы озаботиться какими-нибудь магическими компасами, или дементорскими портключами, или научиться демонической аппарации. Как я поняла, у этого тела очень много скрытых резервов, так что мне их ещё изучать и изучать. Но это всё потом. А пока мы долетели до нужного дома, который без лишних вопросов появился перед своим блудным хозяином и с лёгким скрипом отворил старинную дверь с чуть облупившейся краской. Я влетела внутрь, так и не спуская пса с рук. Навстречу мне выполз дряхлый домовик. — Д-демон… — пролепетал напуганный ушастик. — Э-эльф… — передразнила я его таким же блеющим голоском. — Чего обмер, нерадивый дух? Не видишь, барину плохо? Готовь комнату для больного, и на обед ему нужен куриный бульон и укрепляющие зелья! Деньги есть? — увидев, что домовик отчаянно замотал головой, я грозно прошипела в лучших традициях отвязной гопоты: — А если найду? — Но издеваться над и так перепуганным беднягой было не в моём стиле, поэтому я просто достала несколько галеонов из своего бесценного мешка и протянула их ушастику. — Купишь продуктов на первое время, а у аптекаря спросишь зелья для тяжело больного, истощённого от голода мага. Да переодеться не забудь, а то твой родовой герб тут же всем выдаст, что хозяин вернулся домой — тут же набегут желающие вернуть его в Азкабан. Мы, типа, в бегах. — Слушаюсь, благородный демон. Кричер всё сделает, как приказывает спаситель негодного хозяина Сириуса… — начал было домовик, но я решительно пресекла его гнусные инсинуации. — Никакого негодного хозяина, наследник Сириус был под воздействием магических клятв и обетов, но теперь я его приведу в порядок. — Это правда? — раздался голос со стены, где на каком-то нарисованном пейзаже замерла дама в чёрном платье и с веером из слоновой кости в руках. — Мадам? — прошелестела я и чуть склонила свой капюшон, обозначив приветствие. — Можете называть меня Вальбургой, тёмный демон, — присела в реверансе вовсе не сумасшедшая леди древнейшего и благороднейшего рода. — Хорошо, Вальбурга, я повторю: ваш сын был под принуждением много лет, возможно, ещё со школы. Я пока не так углубилась в его воспоминания, но со временем доберусь и до первопричины. А пока ему требуется лечение, безопасность и полный покой. — Кричер, — обратилась дама к эльфу. — Делай всё, что прикажет темнейший гость. А за наследника и его здоровье отвечаешь головой. — И уже обращаясь ко мне: — Вам что-нибудь требуется для удобства? Семья Блэк в моём лице счастлива предложить своё гостеприимство спасителю последнего представителя рода. — Ничего не надо, Вальбурга, — заверила я её. — Возможно, я потом отправлю Кричера кое-что купить для меня, но в смысле услуг мне пока ничего не нужно. Только просмотрю в вашей библиотеке — есть ли какие-нибудь записи о нашем виде демонов. — Есть, — тут же заверила леди, — фолиант с воспоминаниями Разидиана о его контракте с дементорами и об их, то есть вашей, природе и способностях. Там очень подробно всё описано, всё же это он вас призывал из иного плана и магический договор заключал исходя из своих знаний о вас. Так что прошу вас не стесняться и чувствовать себя вполне свободно в нашем доме. А ваши затраты возместит Сириус, как только ему станет лучше. Деньги в домашнем сейфе есть, просто он недоступен домовику. — Не волнуйтесь, Вальбурга, — прошелестела я. — Перед увольнением из Азкабана я забрала жалованье с процентами за пятьсот лет, так что несколько галеонов меня точно не разорят. Прошу вас привлечь вашего предка Финеаса Найджелуса, я вскоре отправлюсь в гости в Хогвартс, где учится крестник вашего старшего сына. Надо там немного порядок навести, поэтому надеюсь на помощь директора Блэка. Леди заверила, что сегодня же все многочисленные нарисованные предки-шпионы начнут трудиться на благо рода и исполнения мести, начав доставлять сведенья изо всех помещений, куда имеют доступ. Вот же… магический RSIS*. Но мне это только на руку. Так что можно пока заняться самым главным в моём положении попаданца — великой и всемогущей летающей Мэри Сью — самопознанием и самосовершенствованием. Ну и ещё немного сменой гардероба и стиля, раз уж с красотой у меня не сложилось. Кризис модной индустрии начала девяностых должен вот-вот заставить моего любимого дизайнера покинуть Лондон и перебраться в Париж. Возможно, с моим вмешательством Британия не потеряет талант Гальяно, а я стану его магической Анной Винтур.**