Окровавленные кеды

      В этом мире не существует истины. Любой может стать и Богом, и Дьяволом. Но именно ты, как обычно, оказался посередине, ты не знаешь, что плохо, а что хорошо. Ничтожество. «Не стоит себя винить. Начнешь винить себя — не сможешь трезво мыслить, и тогда другие будут решать за тебя, тогда проще просто сдохнуть.» — говорила мне бабушка, моя покойная бабушка. — Прости, ба, - проговорил тихий голос.       Сегодня погода была довольно ветреной, но это не помешало бы мне совершить задуманное. Лёгкий ветерок развивал мою чёлку кровавого цвета. Да, наверное кто-то скажет что у меня всё ещё впереди и незачем так отчаиваться. Но нет, я уже всё решил, мне больше незачем жить в этом страшном мире. А ты просто улыбнись, смочи горло колой и сделай вид, что никто не умирал. — А знаете, самое интересное, что он и драться то толком не умеет, - говорил мистер Джонс, - Пусть против него пятеро, или семеро школьников, он никогда не пытался сбежать, понимаете? - директор улыбнулся. Создав неловкую паузу, он продолжил. — Я не буду наказывать вашего сына, миссис Уэй, это ведь не он начал драку и молодец, что защищался. — Спасибо вам, мистер Джонс, но мы всё-таки рассмотрим вариант другой школы для него.       Возможно, у меня всё же остались хорошие воспоминания, чёрт, конечно же, они есть. Когда бабушка учила меня рисовать, это было так давно. Я нарисовал страшного монстра, обитающего у меня под кроватью, а она раскрасила его в розовый цвет. Больше я не боялся монстров. Она всегда меня поддерживала, даже когда родители отвернулись от меня. Но её больше нет. Теперь она где-то там на небе. Где скоро окажусь и я. Мне больше нет смысла жить. Да, именно так. Мои мысли прервал телефонный звонок. Взяв трубку, на другом конце провода послышалось тяжёлое дыхание. — Фрэнк? - начал я. — Джерард! Где ты? Я зашёл к тебе, а от тебя и след простыл! Твоя мама сказала, что ты наверное гуляешь, ну так где ты? - громко говорил он, а дыхание его постепенно срывалось. — Фрэнки… Я.. — Джи! Нам нужно сдать этот проект к завтрашнему дню! А уже полвосьмого, мне же к десяти дома нужно быть, чёрт! - продолжал он. — Фрэнк, я не приду домой. — Да почему? — Прощай, Фрэнки. — Чт… - я отключился.       И вот я снова подставляю окружающих меня людей. А ведь он ничего плохого мне не сделал. Да и Фрэнки часто поддерживал меня, но я всегда не обращал на него особого внимания. Я просто тварь. Мразь, которая не подпускает к себе людей из-за неприязни к себе. Я ненавижу себя и меня ненавидят все остальные. Вот так лучше.  — Эй, Джи! Ты снова зависаешь в этом заброшенном классе? — Что тебе надо? — Почему ты всегда такой грустный? — А что весёлого-то? — Не знаю, например, наша с тобой дружба! Он приобнял меня и я смог выдавить из себя фальшивую улыбку. Я больше никогда не смогу улыбаться по настоящему.       Вот так я отпускаю все мечты. Улыбаюсь, хотя уже почти… Ведь по ощущениям я один живой, а другие мертвы, эмоции переполняют меня, бабочки захватили живот. Общество считает, что суицид - это грех, но я так не думаю. Люди думают, что во всём виноват интернет и социальные сети. Нет, во всём виноваты люди, родители. Я никогда не чувствовал любви от них и никогда не чувствовал себя по настоящему живым... Жую новейший бабл-гам в паре ультрамодных кед, взбираясь по лестнице вверх, чувствуя приближающийся ком в горле, но меня больше это не волнует, я больше не хочу чувствовать. Никому больше не понадобятся мои жалкие чувства. И я терпел столько лет, чтобы наступил этот момент… Ты на крыше.       Один шаг. Один шаг — и ты летишь вниз. Те мгновения, за которые ты долетаешь до земли — они кажутся тебе вечностью.       Ты летишь. Летишь навстречу своей смерти. И ты уже понимаешь, что все твои проблемы решаемы. Все, кроме одной — ты уже летишь с крыши.       Твои родители спокойно сидят дома, пьют чай. Твой брат сидит на верхнем этаже, играя в какую-то видеоигру со своим лучшим другом. Никто не подозревает. Твоей маме на телефон приходит одно сообщение «Ваш сын мёртв». Глаза потихоньку наполняются слезами. «А что я сделала не так?» задаёт она себе один и тот же вопрос. Уронив телефон на белый ковёр, она бежит в соседнюю комнату, чтобы сообщить всё твоему отцу. Отец медленно встаёт с кресла. «Почему?» задаёт он себе вопрос. — Мама, что происходит? - твой младший брат решил проверить что за шум. — Майки, милый, оставайся дома, мы сейчас приедем, - она принялась долго целовать его макушку, убеждаясь, что он здесь, её второй сын. И теперь единственный.       Розовый "Орбит" рядом с парой окровавленных кед, из наушников доносятся последние аккорды любимой песни, в глазах темнеет, туманный взгляд направляется куда-то в небо. А на губах застыла улыбка. И даже если б небеса мне дали ещё шанс, я б снова побежал наверх по этажам. И камнем вниз с крыши дома, не звоните мне, уже недоступны мои номера. Недоступны мои номера…       Ты думаешь, что наконец избавил других от постоянной занозы в заднице, но это не так. Твоя мать записалась к психологу и ходит на утренние сеансы. Она не понимает, почему ты так сделал. Теперь она винит во всём себя. Отец больше не спит, он лишь видит ночные кошмары — ты, в луже крови, в своих любимых чёрных кедах, которые отец так не хотел тебе покупать, теперь они в крови. Твой брат поссорился с лучшим другом, теперь он не выходит из своей комнаты. Майки больше не носит тех цветных футболок с рисунком различных мультфильмов или сериалов. Твой брат всё ещё не может поверить, что тебя больше нет. Фрэнк приходит к тебе на могилу, разговаривает с тобой, говорит, что его всё так же обижают в школе и не хватает такого же стеснительного Джерарда, что сидел с ним за одной партой на химии. Эти слова телефонного автоответчика до сих пор в его голове «Абонент временно недоступен, попробуйте перезвонить позже, позже, позже, никогда.» Ваша смерть - это всегда испытание для других, жалеть о ней будете не вы, а кто-то другой. Вот так ты думал, что убил себя, а убил всех.