Можно всё

Так жарко и тесно в шелках постельного белья...хотелось выпутаться, почувствовать белой кожей солнечные лучи и прохладный весенний воздух, прогнуться, разминая затекшие за время сна мышцы. Кроули, едва приходя в себя, пробуждаясь наплывами, вдруг ощутил, что худая ладонь его, будто обладая собственной волей, скользит медленно по его же груди, животу, оглаживает острые косточки бёдер и наконец останавливается, обхватывая пальцами член. От неожиданности демон распахнул янтарные глаза и заглянул под одеяло, приподняв край. Рука, которую он едва чувствовал, будто отлежав, времени зря не теряла: она уверенно двигалась вдоль его эрегированного органа, чуть сжимаясь и надавливая там, где это было приятнее всего. Кроули шумно выдохнул и зажмурился, опустив одеяло. Что за чертовщина, Люцифер побери этот каламбур?! Он не планировал самоудовлетворяться с утра, и даже если это случилось спросонья, как объяснить то, что ладонь его не слушается и продолжает..ох... Он низко застонал сквозь зубы, прогибаясь и инстинктивно толкаясь в крепко сжатые пальцы. Возбуждение туманило и без того неясный разум; сейчас демон желал лишь одного - чтобы это сладкое напряжение внизу живота разрешилось звучным оргазмом. Движения ладони становились резче, и с наплывами удовольствия Кроули казалось, что он слышит чей-то шёпот... - О да... - горячо прошептал Азирафаель. Демон дрогнул и открыл глаза, ошалело осматриваясь и шумно дыша. Он кончил резко и быстро от неожиданности, услышав ангельский голос, однако никаких ангелов вокруг не наблюдалось. Серые стены комнаты вдруг ощутимо стали давить на него. Кроули машинально вытер испачканную семенем руку о простыни и подошёл к окну, медленно моргая. Змеиные зрачки сжались в тонкие щелки: демон напряженно озирался вокруг. Неужели голос Азирафаеля ему причудился? Быть не может! Или, чего лучше, демон словил белочку или иного пушного зверька, и теперь имеет удовольствие ловить разнообразные бредовые галлюцинации вкупе с нарушением мелкой моторики. От этих мыслей Кроули ухмыльнулся и покачал головой. Мало ли какая дурь с похмелья привидится, и как поведёт себя сонное тело. Не больше, чем эротический кошмар. Демон наконец отошёл от окна и направился в душ, мановением руки очищая постель и заправляя её. В другой руке уже уместилась едва зажженная сигарета. Кроули медленно затянулся, чувствуя горечь на языке, и прикрыл глаза от наслаждения. Преимущество быть демоном - можно курить прямо в душе, и твоя сигарета всегда будет дымить и не истончаться с каждой секундой, пока ты сам того не пожелаешь. И не говорите, что вы об этом не мечтали. Выйдя из душа, Кроули запулил сигарету в окно. Она приземлилась точно на лысину консьержа, который вышел за кофе; возмущённый вскрик и едва заметный аромат паленой кожи заставили демона улыбнуться на четверть миллиметра шире. День обещал быть удачным. Кроули щёлкнул выключателем старого радиопроигрыввтеля и включил кофеварку. Диктор бодро вещал о последних столичных новостях, на часах была четверть пополудни. Нервный, почти истерический звонок телефона застал демона допивающим вторую чашку крепкого кофе. Он ругнулся, поморщившись, но к телефону не встал. В конце концов, какой наглец смеет отрывать его от утреннего моциона? Телефон звякнул в последний раз и переключился в режим автоответчика. - Кроули, добрый день... это Азирафаель, - из динамика послышался чуть хриплый и взволнованный голос ангела. - Нам нужно поговорить. Автоответчик щелкнул, отключая завершившийся звонок.