По ту сторону зеркала. Зеркало Войны.

За неосмотрительность и риск своей головой Снейп назначил всем троим отработку у себя в подземельях – чистить последствия уроков Зельеварения, пока он проверяет эссе от разных курсов. Несмотря на сомнения Гермионы, это оказалось не так ужасно – нудно и трудно, но под ироничные комментарии профессора работа шла веселей. К троице "страдальцев" на добровольных началах присоединился вскоре и Невилл – он считал себя виноватым, что все так вышло – ведь он написал записку. Глядя на четверку друзей, Северус испытал теплое чувство ностальгии… … Вот Мародеры – Сири, Джейми, Рем и, кажется, Питер, как же они друг друга звали? Точно… Бродяга, Лунатик, Сохатый и Хвост. Их анимаформами – из-за того, что Ремус был оборотнем и бегал волком, были олень, пес и крыса. Увы – Петтигрю, будучи крысой – крысой и остался. К сожалению, его подлую натуру никто так и не распознал – пока не стало слишком поздно. Предателем посчитали Сириуса – хотя им оказался Питер… Вздохнув и прогнав воспоминания, вернулся к проверяемым эссе. Закончив, собрал все пергаменты в стопки и, подхватив их, кивнул дружной четверке: – Всё, на сегодня свободны. Мисс Грейнджер, мистер Лонгботтом, уведомите родителей, что рождественские каникулы – хотя бы часть, вы проведете в Малфой-мэноре. Вы уже и так.. увязли по макушку. Кивнув и отпустив детей, отправился к себе писать обстоятельное письмо Малфоям. Им всем предстояло многое обдумать. Первое – это Уизли. Что им, паразитам, надо? Второе – "чудесная" новость, что Гарри – седьмой крестраж. В свете этого становилось понятным многое. Но мальчишку следовало защитить, выучить и воспитать как наследника Рода – и Дамблдор не получит ни кната, ни клочка пергамента из наследства мальчика. Еще чего! А еще чудесный профессор Квиррелл. От которого у Гарри болит голова и шрам. И та сладковатая вонь разложения, что чувствует он сам, находясь рядом с этой чесночной выставкой… Квиррелл, что не так с тобой? А еще... Много чего еще. Само письмо на случай, если его перехватят, содержало в себе экстракт недовольства некоторыми крайне нерадивыми учениками, которые лезут куда не надо и совершенно – ну совершенно просто отбились от рук. В строках были спрятаны намеки на приватный разговор. Вручив письмо мрачной сове-сипухе, отправил ее в Малфой-мэнор. Как-то незаметно наступила зима, в перерывах между занятиями дети играли в снежки, строили крепости, ему прибавилось работы – варить Бодроперцовое, Укрепляющее и другие зелья для Больничного крыла, поскольку дети простужались и простывали – хорошо еще крестник написал родителям, и Нарцисса прислала целый тюк клубков, спицы и подробную инструкцию по вязанию носков, варежек и шарфов с шапками. Так что его змеюки звенели спицами, утепляя и себя и мальчишек. Близилось Рождество. Две недели каникул и праздник для тех, кто по тем или иным причинам оставался в Хоге. За день до каникул – когда замок почти пустел и оставались лишь те, у кого не было возможности уехать, Гермионе и Невиллу пришло по письму – на дорогущей бумаге, темно-зелеными с серебряной искрой чернилами. Принес их огромный филин и благосклонно позволил себя погладить Драко. – Это Гомес Адамс, папин филин. Гермиона хихикнула, вспомнив фильм про странноватую семейку. – О, смотрите.. Герб семьи Малфой.. – Папа писал. Открывайте! Гермиона сломала печать и начала читать: "Юная мисс Грейнджер, Вас приглашают посетить на рождественских каникулах Малфой-мэнор и весело и познавательно провести время с Вашими друзьями. Все расходы по Вашему проживанию возьмет на себя наша семья. С уважением, лорд Люциус Абраксас Малфой". Аналогичное письмо, но с обращением "Наследник Лонгботтом, Невилл Теодор Амадей Лонгботтом" и с большим количеством словесных кружев получил и Невилл. – Драко, но это неудобно. – Мама обычно говорит, что "неудобно спать на потолке – одеяло падает". Удобно, все удобно. Они вас утром тридцать первого декабря ждут. Вас ждет много впечатлений, правда-правда. – Ну раз ты так говоришь… Наконец вещи собраны, обещания писать розданы – и кареты едут в Хогсмид, чтобы затем толпа школьников села в "Хогвардс-экспресс" и отправилась обратно в Лондон. На вокзале всю четверку уже ждали. – Ой.. там Papa… – И крестный… – Что будет… – Ужас. И, посмотрев друг на друга, засмеялись. Но из вагона на перрон ступили два таких скромных ангела, что Нарцисса в пространство поинтересовалась: – Где мой сын? Верните мне моего мальчика! Драко засмеялся и тут же был обнят родными руками, вдохнул запах маминых духов – лаванда и какие-то травы, и понял, что он дома. – Так, а теперь, юноша, представьте нам ваших друзей, ради которых вы оба проявили чудеса героизма и самоотверженности. Драко выпрямился и с достоинством подвел сначала Гермиону, а потом и Невилла и представил их: – Разрешите представить моих соучеников. Это мисс Гермиона Грейнджер, а это Невилл Лонгботтом, наследник Лонгботтом. – Приятно познакомиться, мисс Грейнджер, наследник Лонгботтом. Сэр Невилл, благополучна ли леди Августа, ваша уважаемая бабушка? Гермиона, когда ее представили, присела в книксене, жутко смущаясь. Невилл, на ее взгляд, держался лучше – он-то привык к такому. – Благодарю, лорд Малфой, бабушка здорова и благополучна. Я отписал ей о вашем приглашении, она передает вам свою признательность за вашу заботу обо мне. – Передайте вашей дражайшей бабушке, что она воспитала достойного продолжателя рода Лонгботтом. – Благодарю, милорд. Расшаркавшись, наконец смогли разойтись. Малфои и Блэки аппарировали в Малфой-мэнор. Пока дети приводили себя в порядок после дороги и делились впечатлениями об увиденном, взрослые собрались в малой гостиной. Нарцисса показал лист бумаги, исписанный мелким, но разборчивым почерком. – Из меня тут Сметвик душу вынимает.. У него в Мунго родители Невилла лежат. Хочет, чтобы я попробовала их... в чувство привести. Пацана жалко – какой-то он.. затюканный. – Леди Августа.. своеобразная женщина, но верится, хотела для внука только блага. – Благими намерениями знаешь куда дорожка проложена? Он перед нами расшаркивался, а сам хотел сбежать куда глаза глядят. Что там случилось с четой Лонгботтомов? Белль? – Я случилась с четой .. Лонгботомов, – Белла смущенно терзала платок. – Я не горжусь тем, что сделала, Нарси. Но я была тогда просто в ярости.. я словно сошла с ума… – И что ты с ними сделала? – Вообще хотела только мужика, но Алиса попала под руку, а я не соображала от бешенства. А что.. Круцио, Энервейты…Фурункулус, Таранталлегра… – И.. было за что? – голос Нарциссы был неестественно спокоен. – Было, Нарси. Поверь – было. Святых и праведных не было с обеих сторон. Но в спину не били и Непростительными во всех подряд не кидались. А он шибанул какой-то темной дрянью в беременную. Ребенка не спасли… и Элена больше не смогла иметь детей.. Я видела их горе, Нарси. А этот… Я потом узнала, как он пьяный бахвалился – дескать, меньше Пожирательской мрази… – Я поняла тебя. Боюсь, леди Августе придется выбирать. Он ей кто? – Зять. – Ну значит будет Алиса вдовой. Люциус, не надо так смотреть. А если б в меня так – когда я носила Драко? А.. понял. Люциус лишь обнял жену, вдыхая запах духов от волос. Нарцисса прижалась к нему, ища тепла.