По ту сторону зеркала. Зеркало Войны.

Попасть в купальню старост не удалось ни на следующий день, ни даже через неделю – приходилось отбиваться от так и не уехавшей Риты Скиттер, желавшей поковыряться в ране грязными ручонками, от всех сострадающих и сочувствующих, а еще были уроки и да – репетиции. Получилось только через две недели после возвращения. Купальня старост поражала – и роскошью, и разнообразием средств для мытья. – Красиво живут.. – Да уж.. Может, и нам.. потом старостами стать? – Если получится – и захочется. Так, вода.. вода.. Придется выкупаться. – Тогда раздеваемся и полезли. Наполнив ванну пеной и водой и раздевшись, забрались оба и, обхватив яйцо, кивнув друг другу, нырнули с ним в воду. В воде яйцо издало не визг – а немного визгливое.. пение! Ищи, где наши голоса звучать могли бы, Но не на суше — тут мы немы, словно рыбы. Ищи и знай, что мы сумели то забрать, О чем ты будешь очень сильно горевать. Ищи быстрей — лишь час тебе на розыск дали На возвращение того, что мы украли. Ищи и помни, отправляясь в этот путь, — Есть только час, потом пропажи не вернуть. Вынырнув и отдышавшись, посмотрели друг на друга. – Ты понял что-нибудь? – Следующее испытание – в воде. Придется нырять. Ты умеешь? – Немного.. Крестный.. много уделяет внимания физической форме. Кто у нас в воде живет? – Русалки. Гриндиллоу. – Весело… И только час… – Час – это немало, если понять, что делать. – Искать что-то украденное. – Или – кого-то. – Придется очень постараться… – Ты сможешь, Гарри. Я уверен в этом. Посидев еще в теплой пенной воде, стали выбираться – загадку они разгадали, делать больше тут было нечего. На обратном пути чуть не попались Филчу с его кошкой – но пронесло. А кого-то нет.. Теперь предстояло обдумать, как им действовать и что использовать на втором испытании. – Когда будет проходить второе испытание? – В конце февраля – начале марта. – Чудесно. Да здравствует двухсторонняя пневмония в качестве бонуса… – Ну даже если не она – приятного мало. И как я помню из условий – опять чары и зелья. – Бодроперцовое лишним не будет. – Тогда.. Как в прошлый раз? – Именно! Я и Невилл займемся зельями –а вы с Гермионой поищите что-нибудь про русалок и всех, кто может жить в Лох-Блат. – Мы еще посмотрим, что можно придумать, кроме Головного пузыря! – Да, точно. Северус снова пустил их в лабораторию и сам варил какие-то доработанные зелья – индеец в Больничном крыле все еще поправлялся. Невилл еще прошерстил все справочники по Гербологии – и нашел еще вариант погружения под воду – жабросли. – Это надежней – у тебя будет час с небольшим, это лучше даже, чем Головной пузырь. Чары могут отказать – а эта штука нет. – Согласен. Что у нас с зельями? – Это вотрешь в кожу перед погружением. Хотя бы за пару минут – будет не так холодно. А это Улучшенное Бодроперцовое – действует сразу и более сильно. К ним подошел профессор Принц. – Мистер Лонгботтом, а вы не думали о персональном Ученичестве? У меня.. – Профессор.. это большая честь… – Подумайте, Лонгботтом. Хорошенько подумайте. Вечером, после ужина, в гостиной Слизерина они собрались вчетвером. – Вот. Русалки и тритоны считаются псевдоразумными – с ними можно договориться. А гриндиллоу – условно-разумные, но речь понимают. – Брррр… Придется с ними столкнуться. – Как у вас успехи? – Мы будем действовать зельями – Невилл вспомнил про жабросли, и мы сварили зелье, которое не даст мне замерзнуть насмерть. – Круто! А чары? – Палочка намокнет. – Но гриндиллоу опасны! – Придется рискнуть. -Нет. Ты не будешь рисковать. Погоди.. Драко поднялся и сходил к своим вещам. Достав кое-что, он вернулся к друзьям. – Вот. Возьми. – Это.. – Отец подарил мне его год назад. Это наш.. семейный… На нем гравировка.. она повторяет надпись на Родовом мече. – Ты знаешь, что она значит? – Это какой-то древний девиз.. что-то вроде "храни его рука держащая" или что-то вроде. Я же говорю – древнее что-то. – А выглядит как новенький… – Ну.. делали его не люди – так что… – Спасибо, Драко. Теперь.. ну если не смогу победить – то хоть уцелею. Юный Малфой кивнул. В этом случае тренировка не могла помочь – только везение. И крепкое здоровье. *** Нарцисса стояла у окна и смотрела в пасмурный вечер. Если бы она умела молиться – она бы молилась. Но молиться она не умела – ни тогда, ни теперь. Как – КАК МОЖНО было настолько погрузиться в самое дно низости и мерзости, чтобы отдать приказ УБИТЬ ДЕТЕЙ?! Зазвенела и дрожала люстра. – Нарси… – Я спокойна. Но я прихожу в бешенство от одной мысли, что этот старый паук… Стольким испоганил жизни. – Он еще заплатит за это. – Сполна. – Я скучаю… – Придется подождать –пока не сотрем полностью. Кто знает… – Дело ведь не только в этом…Ты.. так и не простила меня до конца. Нарцисса промолчала. – Я виноват перед тобой, Нарси.. – Я не знаю, смогу ли я вообще когда-нибудь снова целиком и полностью доверять тебе, Люциус Малфой. Пока я не сотру с твоей руки Метку – ноги моей в общей спальне не будет. – А как же.. – Ты был ранен, и это была необходимость. Тьму нельзя насадить – ее можно лишь выпустить на волю. Нарцисса чуть кивнула и пошла к двери. Люциус шагнул было за ней и даже протянул руку, чтоб удержать, но замер. Холодный и твердый голос эхом прозвучал в ушах. "Тьму нельзя насадить…можно выпустить на волю.." И он остался стоять, опустив голову.