Фестиваль "Дружбы" для врагов.

Рыжеволосый Рон и хмурый Блейз только отошли от ребят, и стали искать сразу же озеро или какой-то водоем для ловли рыбы. Ребята решили для начала пройти вдоль магического барьера, заодно узнают периметр своего местопребывания. Уизли шел немного покачиваясь, ведь недавно у Джорджа и Фреда был день рождения, и естественно на нем было много огневиски, сливочного пива и конечно же эльфийского вина, которое глава семейства Уизли раздобыл у важных эльфов магического мира, что было сделать довольно сложно и Артур потратил на это немало денежных средств. Рон как говорилось выше, шел покачиваясь, из-за того, что не пришел ещё полностью в себя после большого пира и много выпитого элитного алкоголя, смешанного с обычным сливочным пивом, который мог позволить себе практически весь магический мир. В итоге, вышла смешанная бурда, дающая в голову не слабо так. Забини не обращал на это внимания, так как был уже наслышан о «вечеринке» Уизли, а также чувствовал резкий запах перегара, исходящий от рыжеволосого недоноска, как его и его семейство называют все слизеринцы. На самом деле, Блейз был неплохим человеком, просто его семейство, такое же, как и семейство Малфоев — древний род чистокровных волшебников, богатый и аристократичный. Представители таких родов — кичатся своей чистокровностью и старательно вымарывают из своего родового древа всех, кто эту чистокровность «предал». Также как семейство Блек вычеркнуло Сириуса. К сожалению, мать Блейза осталась одна и уже несколько лет является «черной вдовой». У неё было семь мужей, и последний из них, и являлся, как раз таки отцом Блейза. Мальчик воспитывался, как и все дети чистокровных волшебников: с детства ему прививали аристократичность, манеры, холодный взвешанный ум, умение отвечать и говорить с апонентом обо всём чём только можно и конечно же — нелюбовь к маглорожденным, полукровкам и тем кто их поддерживал. С последним Блейз не справлялся, хотя никто даже не догадывался, что мальчик очень добрый и просто напросто не может ненавидеть человека за то, что он родился в другом мире. Но из-за статуса он не мог показывать свои настоящие чувства и мнения обществу, к тому же все сейчас на его маме и ей нужно держать лицо их семейства. Блейз единственная опора для неё. Они шли вдоль барьера, молча, никто из них не знал, как говорить им, они оба из разных миров. Но раз это задание, то им нужно его выполнить и хотя бы попытаться поговорить. Первым к такому выводу, на удивление, пришел Рон. И потому заговорил первым: — Слушай, а как мы будем рыбу-то ловить? — спросил он, кстати, очень важный вопрос. Увидев, вздёрнутую бровь, он продолжил — Ну у нас же нет ни удочек, ни лески, ни приманки. Блейз выслушав его, остановился, призадумался. — Ну для начала давай найдем место где будем добывать рыбу, потом на нем соорудилм себе удочки из подручных средств, может что-то сделаем, с помощью, магии, — поймав теперь вздёрнутую бровь Рона, Блейз невольно цокнул языком и продолжил — Небольшие заклинания здесь разрешены, это было написано в письме от Макгонагалл, тупица. — Эй, гадкий змей, ты совсем охерел, что ли? — начал возмущаться Рон, при этом, подходя ближе, к темноволосому. Блейз не остался в долгу и тоже стал подходить ближе, в итоге они встретились друг с другом лбами, и стали стоят, упираясь головами друг в друга и прожигать дыры. Оба парня пыхтели, как паровозы, пар прям таки исходил из их носов и ушей. Рон покраснел от злости, ведь Блейз — чистокровный гадкий слизеринец, который, как и все слизеринцы станет «пожирателем», и именно из-за этих предрассудков Рон и ненавидел весь факультет Слизерина. Блейз же, как говорилось ранее, просто обязан вести себя так — ненавидеть гриффиндурков, и тех кто общается с полукровками и маглорожденными. Темноволосый вдруг почувствовал настоящий запах Рона, который был перебит до этого перегаром; смесь пирожков, которые подают в Хогвартсе на завтраке, старой одежды, пот, который выделялся у каждого человека и небольшой оттенок ванили. Этот аромат вызывал в душе Забини, что-то темное, одурманивающие, с таким он никогда раньше не сталкивался и это пугало парня. Рон же тоже унюхал истинный запах Блейза: мешанина из мускуса, древесины, нового белья, слегка отдающего лавандой и нотка корицы. У Рона этот запах вызывал аналогичные чувства, как у Блейза. Только в отличие от темноволосого, Рон знал это чувство, охватывающее всех людей в момент вожделения, момент отдачи чувств, момент объединения двух тел и это очень пугало мальчишку. Он как никогда захотел быть в чей-то власти, отдаться кому-то полностью и это настораживало. Вспышка. Одна секунда. Озарение. Блейз отодвинул прядь рыжих волос, находящихся всегда в беспорядке, заставляя сердце парня забиться в бешеном ритме. Во взгляде всегда такого серьезного, собранного, холодного слизеринца, мелькнула нехарактерная нежность, и не удержавшись рыжеволосый потянулся первым к его губам. Он касался трепетно, столь манящих, пухлых губ, в этот миг. Рон не замечал, ни ветра дующего в лицо, ни пение птиц. Он как-будто застыл, в этой секунде. Старший начал тоже принимать активное участие. Его язык смело и даже бесцеремонно проник в рот младшего. Оба парня перестали чувствовать напряжение, возникшее в начале, и полностью отдавались такому греховному, дьявольскому искушению. Губы Рона были слегка сухими, но боже такими сладкими, спелыми и сочными, как вишня. Блейз уже начал думать, что он просто ест плод вишни, а не целует заклятого врага, с другого факультета. Вдруг темноволосый парень оторвался от губ младшего, окинул последнего томным прожигающим взглядом, и подхватил его под зад, расположив в своих руках пятую точку «друга» или «любовника» сейчас он не задавался этим вопросом, он только чувствовал и наслаждался. Рон в ответ на такое откровенное, интимное действие сложил ноги за спиной парня и уткнулся своим пунцовым лицом в сгиб шеи и плеча. Он провел носом по изгибу и слегка прикусил жилку, на что второй издал стон. Блейз с Роном на руках подошел к ближайшему дереву и прижал спиной к нему рыжего. Он продолжал держать одной рукой упругую ягодицу Рона, гладя и интенсивно пощупывая её, вторую руку парень переместил на бледную шею рыжего. Рон же покрылся алыми пятнами не только на лице, но и на шее, это факт умилял Блейза, ведь всегда такой бойкий, упрямый гриффиндорец, вдруг стал нежным, смущающимся и покладистым мальчишкой. Они сталкиваются взглядами. Ещё одна искра. Буря чувств. Безумие, которое плескается в глазах. Блейз с новой силой начинает целовать рыжика, проникая языком во влажный сладкий плен рта младшего. Он очерчивает языком кромку зубов, проходиться шершавой плотью по небу Рона, на что получает стоны и руки впивающиеся в темные, чуть отросшие волосы. Рон отвечает с упорством, пытаясь показать всем видом, как ему сейчас хорошо. Их языки сплетаются в ритмичном танце ча-ча-ча. Низы животов наливаются теплом и жаром, исходящим изнутри. Это тепло не обжигает, а только согревает, как кружка чая в снежную бурю у камина. Это наваждение длиться около 20 минут, но парням, кажется, что прошла целая вечность, и в то же время это был лишь миг. Они отпрянули друг от друга, с припухшими губами. Глаза в глаза и вот уже Блейз стал целовать нежную мочку уха Рона, на что тот мог лишь сладостно стонать. Казалось язык Блейза был на всем лице, ушах и шеи. Вдруг темноволосый стал посасывать кожу Рона на шее и ключицах, на дня три там точно останутся следы их страсти. Блейз остановился и стал разглядывать свою работу, любуясь фиолетовым цветом на бледной шее мальчишки. В эту же секунду они остудили пыл и отошли, отвернувшись друг от друга. Блейз стал поправлять галстук, который съехал из-за хватки рыжика, Рон же поправлял рубашку, пытаясь скрыть следы и пригладить свои волосы, которые стали ещё беспорядочнее, чем были. Оба парня были смущены. Рон дотронулся руками до ещё искусанных, припухших, хранящих вкус корицы, оставленный устами Блейза, губ. — Ну чтож, кхм, мы так ещё и не нашли место для рыбалки, — начал насторожено старший — пошли уже найдем его, и поймаем рыбу, а то нас точно кинуться искать остальные, — договорил всё-таки скомкано темноволосый. — Д-да, отличная идея, — ответил, пытаясь скрыть смущение рыжик. Ребята продолжили свой путь, несмотря друг на друга, идя по разные стороны дороги. Шли так минут двадцать, пока Рон не увидел водопад. — Ого, Блеееейз, там водопааад, бля, какой он крутой, — затароторил рыжик. — Ага, ты что водопада ни разу не видел? — сказал парень, смотря на Рона, как на ребенка. На эти слова мальчишка лишь заалел ушами и щеками. Блейз удивлено уставился на него, понимая, что попал своими словами в точку. — Да, водопад и впрямь крутой, из него вытекает большое озеро, так что там точно есть рыба. Пошли, — ответил темноволосый. Мальчишки дошли быстро. Рон стал искать палки, которые подойдут на роль удочек, а Блейз пытался наколдовать леску. Рыжеволосый паренёк шустро залез на дерево и отломал две подходящие ветки. Он уже начал спускаться, как вдруг оступился и упал на сырую землю. Старший парень, услышав шум и громкий возглас, обернулся и увидел падающего Рона. Он сразу же подбежал к нему. — Рон, ты как? Что, где болит? Давай я осмотрю, — быстро сказал темноволосый. В его голосе отчётливо слышались нотки паники и волнения за Рона? — Да, ничего страшного, просто оступился и упал с дерева, пока лазил за — на этом моменте Рон подобрал палки, которое упали рядом с ним — этими «удочками». — У тебя кровь, Рон, — очень обеспокоено сказал Блейз и стал вытирать своим рукавом кровь рыжика со лба и руки. Оторвав в конец рукав, своей дорогущей кофты, он перебинтовал руку Рона. Сам же Рон был в диком смущении. И когда Блейз дообработал раны лишь сказал: — Ты кофту порвал, она наверное дорого стоит, я тебе потом отдам за нее. Блейз уставился на него, как на Снейпа, который не задавал им домашку 2 дня подряд, то бишь — очень удивлённо. — Ты совсем больной что ли? — наоорал на рыжика старший — мне одежда никогда не будет дороже других людей и их здоровья, — очень хмуро произнес слизеринец. — С-спасибо, — заикаясь, ответил красный Рон. Блейз не выдержав, поцеловал такого прекрасного гриффиндорца, но не так как до этого, а более нежно и трепетно. Этот поцелуй был лишь мимолётным целомудренным прикосновением губ ребят, но он весь был пропитан нежностью и заботой, исходящей от слизеринца. Оторвавшись от уст рыжика, Блейз, дрожащим от волнения голосом сказал: — Ты меня напугал, не делай так больше, пожалуйста. Обняв до конца старшего, Рон произнес: — Хорошо, не буду. Пойдем уже отловим эту рыбу и вернёмся в лагерь. — Да, конечно, отличная мысль, — ответил Блейз, при этом помогая встать Рону с земли. Ребята, закончив с приготовлениями, стали ловить рыбу, что выходило у них дивно, видимо водоем очень хорош. Наловив большое количество рыбы, они стали возвращаться в лагерь. Никто из них не говорил и это устраивало обоих. Тишина, возникшая между ними была очень уютной. Блейз робко протянул свою руку к руке Рона, коснулся ее кончиками пальцев и ощутив, что рыжик делает тоже самое, уже смелее схватил его руку в свою. Подходя к лагерю они услышали крики и ор своих компаньонов. — Ты, грёбаный кусок дерьма, — это вроде как был голос Поттера. — А, ты, вонючий гриффиндорец, золотой мальчик, герой лишь, потому что, Темный Лорд, тебя не прикончил, — о, а вот это уже был голос Малфоя. — Тебе, какая разница?! Завидно что ли?! А вот оно что, устал быть сыном пожирателей? — Закрой свой вонючий рот, гриффиндурок, — наорал в ответ слизеринец. Блейз и Рон уже зашли в лагерь, положив рыбу на траву около своей палатки, и теперь смотрели на это шоу. Вдруг раздается грозный голос Гермионы: — Заебали уже, придурки, не прошло ещё и дня, вы уже ссоритесь! Вы думаете, это никак не повлияет на баллы, я уверена на 98%, что повлияет, и не дай Мерлин так и будет я вас лично повешу! — Ого, не знал, что такие заучки, как ты, Грейнджер, могут ругаться, — зло выплюнул Драко. — Заткнись! — только и сказала Гермиона. — Окей, давайте не будем ругаться и пожарим рыбу? А то мой желудок уже сам себя скоро съест, — сказал рыжик. Ребята молча стали работать: Гермиона и Панси стали чистить рыбу, Рон и Гарри готовить котел для еды и воду, а Блейз и Драко разводили костер. В итоге, все уселись около костра и ели рыбку, сохраняя тишину. После, не сговариваясь, разошлись по палаткам, спать. **************************************************** — Хей, Минерва, Альбус. Вы мне должны по 10 галеонов, первыми поцеловались Узел и Забини, — раздался грубый голос, в тишине кабинета директора, школы чародейства и волшебства — Хогвартс. — Снейп, зараза такая, — сказала профессор Макгонагалл, протягивая монеты в руку Северуса, — змеюка. — Согласен с Минервой, — ответил директор, также протягивая монеты, — змеюка. Снейп на эти заявления только гаденько ухмылялся, забирая выигрыш.