Всего-то нужно было сказать "Люблю".

Мирта. Смешно, правда? Сижу тут под деревом и кидаю ножи в воображаемую Диадему. Представляю себе ее лицо и кидаю нож прямо в глаз, моргаю и вижу, что убила ящерку, попав прямо в горло. Диадема по дурацки смеется, приставая к Катону. Тот конечно ее обнимает и пытается что-то отвечать, но я вижу усталость в его глазах, хоть он и смеется вместе со всеми. Я не смеюсь, я вообще сижу в стороне от этих идиотов и Катона. Чертов Марвел травит байки, а его землячка развесело над ними смеется, добавляя глупые комментарии, над которыми потом ржут все. А вот и еще один не смеющийся. Пит Мелларк разлегся слегка вдалеке, положив руки за голову, и изредка моргая, пялится на сидящую на ветке Эвердин. Ловкая сучка, смогла сбежать от нас, только долго ей там не просидеть. Она ранена, и мы сидим вокруг ее дерева, готовые с радостью ее принять, всадив пару ножей в тело. Стрелы, которыми Диадема с горем пополам пользуется, ее не достают, а Катону не залезть, он пробовал. Ну, не водятся у нас дома деревья, точнее не лазаем мы по ним, все по канатам и сеткам. Завидую я им, влюбленные.. Может и смогут сказать пару нежных слов друг другу перед смертью. А меня даже этого лишили, да и смысла не будет, ничего не услышу в ответ. А если и услышу, умирать станет только больнее. А умру я, только передав Катону корону победителя 74-х Голодных Игр. -Нууу.. Ты куда?- раздается наиграно писклявый голос. -Пойду проверю окрестности, Диадема. Скоро вернусь. -я оборачиваюсь и вижу, как Катон с облегчением отцепляет от себя руки Диадемы и направляется в мою сторону. Я снова думаю о Мелларке и Эвердин, какая судьба была бы у них, не попади они сюда? Поженились бы? Родили детей и жили счастливо, точнее, как все? А у нас с Катоном? Ведь ему уже 18, пережив эту жатву, он бы никогда не попал сюда. А я бы не пошла, в нашем дистрикте тренируют для Игр. Если бы я постояла в толпе, куча девчонок рванули бы в добровольцы, но я словно знала, что выберут именно нас. Рука ложится мне на плечо и я поворачиваю голову. Я и так- то ниже его на три головы, а теперь еще и сижу. Его двухметровый рост и тусклый свет костра не дает мне рассмотреть его лицо, только я и так знаю, что он нагло улыбается. -Мир, иди к огню. -Я пойду с тобой. -мгновенно вскакиваю я на ноги, собирая разбросанные ножи. Мне хочется его поцеловать, но карты раскинуты, сценарий выучен и пьеса началась..