Кровь ведьмолова

Патрульная машина остановилась у клуба через минут десять. Охранник кивнул на Илью, да и тот сам уже спешил к патрульным. Он настолько обрадовался возможности оказаться в безопасности, что проигнорировал ощущение чего-то неправильного, странного. Лишь в машине, по сути в ловушке Илья вдруг понял, что совершил ошибку. — В какое отделение вы меня везёте? — спросил Илья. — Думаешь, ведьмолов, Тварь не доберётся до тебя там? — спросил патрульный, молоденький блондин с жидкими волосами и блеклыми голубыми глазами. — Кто? Как вы меня назвали? — удивился Илья. — Ведьмолов, — повторил спокойно и уверенно патрульный. — Как звать-то? Ты не знаешь, кто такие ведьмоловы? Да… Много всего интересного придётся тебе услышать. — Илья, — представился ведьмолов. Тени переглянулись между собой. Имя парня отложилось в памяти, не стремясь забыться. Блондинистый патрульный хмыкнул: имя ведьмолова дарило власть над ведмоловом. Именно поэтому никто не мог запомнить имя бабушки, ведь та значительную часть силы тратила на заклятие, что не позволяло не только вспомнить имя, но и не давало людям осознавать, что они не помнят, не знают её имени. — Илья, ведьмоловы обычно женского пола. Все твои родственницы были ведьмоловками. Ты ведь не мог не заметить, что твои родственницы странные. Просто не мог, — начал патрульный. — Я, кстати, Роман. — Замечал… Но кто такие ведьмоловы? — продолжил допрос Илья. — Это люди, имеющие сверхъестественные способности и ведущие охоту на других людей, имеющих такие же способности, — начал пояснения Роман. — Они – убийцы и ненавидят всех, особенно они против мужчин со способностями. Всех мальчиков, что рождаются у них, они убивают. Эта Тварь, что преследует тебя, послана одной из ведьмоловок – скорее всего вообще твоей родственницей. Тварь обычно выглядит как чёрный крупный кот, пока ей не прикажут найти и убить жертву. — А разве можно приказать, если ты умер? — нахмурился Илья. — Можно, — заверил тихо второй патрульный, впервые заговорив, — просто приказать Твари убить кого-то, как только ты умрёшь. Правда, Твари нужно взять след, чтобы найти добычу. — Я сам к нему пришел, — признал ведьмолов. — И что мне делать теперь? — Для начала, думаю, нам нужно кататься до утра, ведь Тварь не потеряет нас из виду, — кивнул Роман. — Днём Тварь сможет быть только котом… — Если это остановит Тварь, — с сомнением сказал второй патрульный. — Мы должны попробовать ему помочь, мы ведь для этого и пошли работать в полицию, — заметил Роман. В этой фразе Илью насторожило всё – он прекрасно понимал, что это ложь. Но он слишком устал, ноги невыносимо болели, и хотелось хоть ненадолго побыть в безопасности от Твари. С людьми – если патрульные были людьми, в чём ведьмолов уже сомневался – казалось безопаснее. Илья не заметил, как задремал, хотя, казалось, ситуация должна была лишить его сна не на одну неделю. Но теперь, когда кто-то ещё озвучил вслух те странные и страшные вещи, что он видел и чувствовал; когда появилось объяснение, пусть даже сказочное, невероятное – стало легче. Самым страшным для Ильи было потерять разум, потерять себя, потерять связь с реальностью. Перспектива быть разорванным Тварью казалась не такой страшной. Что-то с глухим стуком упало на крышу машины – и ведьмолов мгновенно проснулся. — Илья, готовься, как только Тварь заберётся в авто, мы остановимся и покинем транспорт, — ровно сообщил Роман. — Держись так, чтобы между тобой и Тварью были мы. Убить её, к сожалению, мы не можем, но можем задержать. Тот кивнул, внутренне готовясь бежать. Порезанные о стекло и сбитые о камни ноги после покоя, казалось, болели ещё сильнее, и даже представить, что придётся на них бежать, было невыносимо. Кровь стучала в висках. — Мы почти у больницы, беги туда, ведьмолов, — ровно сказал второй, безымянный патрульный. — И не пытайся нам помочь, чтобы не происходило. Не оглядывайся, не размышляй, просто беги. — Спасибо, — запоздало сказал Илья. В этот же момент заднее стекло разбилось, и в машину прыгнул кот, на сидение рядом с Ильей. Ведьмолова оглушили выстрелы, и он замер, зачарованный идеальным в своей тошнотворной отвратительности зрелищем. Кота рвало пулями, отбрасывало назад, а он не умирал, он перерождался в нечто совсем другое, чуждое этому миру, чуждое любому здравому созданию. Илья не понял, когда остановилась машина, даже не понял, кто стрелял в машине, а кто вытащил его за воротник и грубо напомнил: — Беги! Только тогда ведьмолов смог собраться и побежал к больнице, уже не отводя взгляд от двери, не смотря под ноги, не оглядываясь. Он слышал стрельбу, знал, что их могут убить из-за него, но Илья хотел жить, хотел просто остаться в живых и оттого бежал. И лишь за дверью больницы ведьмолов остановился. Тут было светло, тут было много людей, привлечённые выстрелами, они стояли в холле и со страхом смотрели на Илью. — Мне… Нужна помощь, — произнес ведьмолов, не узнавая свой голос: тусклый, глухой, хриплый. — Я вижу, пойдёмте, — взял его под локоть высокий брюнет в халате врача. — Я вас осмотрю. — Максим Леонидович, — позвала врача обеспокоенная медсестра, — стреляют. — Звоните в полицию, — кивнул тот с невозмутимым видом. — Вы же сами понимаете, что именно так и следует поступить.