От начала до конца.

POV Никита

      Да, это был несомненно красивый поцелуй. Уж мы то с Владом знаем, как выглядит эффектный, я бы даже сказал кинематографический, поцелуй со стороны. Это был именно он. Его преимущество для актеров, не только в эстетическом удовольствие, но ещё и в потрясающих ощущениях. Приятно и смотреть и участвовать в нем. Тут тоже есть свои нюансы. Приятно целоваться с человеком с пухлыми губами, красивой внешностью и хорошим запахом изо рта. Это понятно и без моих разъяснений. Но вот, что я вам скажу, лучше всего, поцелуй с человеком, который вам нравится. Там уже не замечаются размер губ, разница в росте, да вообще ничего. Зубы, конечно лучше почистить, иначе впечатление будет подпорчено, но все же.       О нашем поцелуе нельзя сказать ничего плохого, ясно же, что целоваться мы умеем. Во-первых, мы были актерами. Во-вторых, любимцами девочек в популярном бойз бенде. Мы нагло пользовались всем, что нам полагалось, и отношение девочек не исключение. Мне теперь за это стыдно, но каждый, оказавшись на моем месте не упустил возможность. Но нам всем вскоре надоело это, поэтому мы быстро завязали.       Опять отошёл от темы поцелуя. Вам точно хочется знать подробности? Ладно, это было классно. Все, как в лучших фильмах. Мы не продумали ничего, но вышло даже лучше, чем ожидалось. Я говорю о том, как мы засняли его, а не о эмоциях. Ведь мы, всего лишь никто друг для друга…       Я подошёл к Владу со спины, он сидел за барной стойкой, напротив камеры. Начал поцелуй я, когда тот слегка развернулся ко мне. Он начался медленно и Влад аж оторопел, но я ткнул его за ногу, чтобы он что-то сделал с камерой для правдоподобности. Он развернул её, как будто незаметно для меня, чтобы скрыть поцелуй, а эфир продолжался. Часть обзора для зрителей была закрыта, но небольшой кусок ещё был виден. Он был направлен на диван, и это я успел заметить.       Я притянул его на себя, мы вышли из кадра. И шепотом, с огромной скоростью, я сказал ему прямо в губы. — Сейчас повалю на диван, а ты признаешься, что идёт эфир. Я просто встану и уйду, как будто обиделся. Ты сначала бежишь за мной, а потом вспоминаешь, что нужно выключить трансляцию. Усёк?       Влад проглотил ком и выдохнул мне в губы, горячим дыханием. Ответ понятен. Нужно было возвращаться в зону видимости. Я схватил Рамма за запястья и со смехом повалил его на диван. Я оказался сверху, а он припечатан мной и до сих пор в охапке моих рук. Со стороны был очень естественный вид, как будто я сижу у него на бедрах и удерживаю его запястья. На самом деле, я не был раскрепощен, да и Влад не собран, хоть и пытался играть уверенно, поэтому я старался не касаться его. Каким то образом, я все-таки опёрся ногами в сам диван и к телу бывшего друга не прикасался. — Ну вот ты и попался, Владик. Я уже и не хочу ехать в клуб. Останемся дома? — Кис, — как же давно я не слышал это прозвище. Когда-то, он называл меня так, остальные не поддержали его в этом, да и я бесился, но как теперь тепло от одного лишь «кис». Мое лицо расплылось в улыбке и я наклонился для ещё одного поцелуя, но воспользовался актерским трюком. Между наших губ был мой палец. Со стороны не видно, казалось, что я просто держу его за скулу. — Ник, я хотел сказать, чтобы ты не ругался сильно, но теперь… — Он ткнул пальцем в сторону телефона, — мы были в прямом эфире. Красавчик, для полной убедительности уточнил, ведь телефон для меня все ещё спрятан. Я как и хотел убежал в комнату, да хлопнул дверью так, что удивительно как она не разбилась. Рамм пошел за мной, а потом невзначай вспомнив про трансляцию, подошёл и выключил её. Без слов. Так как и надо, будто ему плевать сейчас на всех, кроме меня. Я нами горжусь. — Все, я выключил, выходи. — Да, Влад, по нам плачет наш так и не законченный актерский колледж. Хотя в какой то момент ты почти скис. Ничего, целуешься ты превосходно. Только привкус пельменей после нашего ужина...       Чтобы заполнить неловкость, после столь щепетильной сцены, я говорил не переставая. — Что за трюк с пальцем. Могли бы сразу так сделать. — Он не работает в случаях, когда это не просто чмок. Тем более там вблизи все видно было бы. От нас требовался именно такой поцелуй, чтобы никто подумать не мог, что отношения фальшивка. Да и вообще, я специально не затрагиваю эту тему. Все, мне надоело. — Вали тогда. У меня из-за тебя проблем навалом. — Спасибо мне скажешь ещё, за то, что от тёлок наглых тебя избавил. Я пошел, все-таки мне правда лучше поехать домой.       Открыть дверь Рамма было просто, я выбежал вниз и не стал ждать лифт. Удивительно, но он побежал за мной, матерясь предложил хотя бы такси подождать, но на отказ начал беситься ещё больше. Не привык, что у него на поводу не идут.

***

      Район у Влада неплохой, элитный я бы сказал. До шлагбаума от подъезда идти минут пять. На территорию дома таксист заехать не может, поэтому пришлось идти именно туда. Там то и заканчивается местный Беверли Хиллз и начинается самое настоящее Чертаново. Так как выезд ночной, такси было не по всем точкам, а значит стоять на улице ещё минут 10 точно. Пустая будка охраны, спокойствия не добавляет. Если бы я остался у Влада хотя бы на 5 минут, то никогда бы не узнал, что четверг в больнице номер 5, это день киселя…       Два бомжа, иначе и не назовешь, подошли к этому шлагбауму. Заходить на территорию они не решились, тем более зачем, если стою я, парень у которого можно попросить на бутылку. — Парень, — хриплый, такой пропитый голос и совсем опухшее лицо, — эй, пацан. Дай на еду. Два дня не ел. Как же… — У меня нет.       Второй бомж был агрессивнее. У него были порваны голосовые связки, и мои уши уже не выдерживали. — Как же, нет у него. Из этих домов люди без денег не выходят. Либо по хорошему, либо выворачивая карманы. — Деньги на карте, отвали. — Ты не понимаешь, браток. Есть хотим, изголодались. Телефон тогда отдавай.       Да где ж этот охранник, он тут должен круглосуточно стоять. Неужели отлить ушел именно в этот момент? — А не жирно ли тебе, еды покупать по стоимости моего телефона? Сильно голодный, пойдем в магазин я куплю тебе булку. Да только она тебе не нужна. Ты ж бухать хочешь.       В последнее время я очень прямолинейный. Агрессивный? Нет, просто они заслужили такого отношения. — Сопляк!       Одной из бутылок, которую они хотели сдать, тот бомж, который был враждебнее ударил меня по голове. Больно зараза. Но, кажется мне повезло, если можно так сказать в этой ситуации. Охранник, отлив вернулся на пост, а эти Чип и Дейл сбежали. — Парень, ты как? — пузатый тряс меня за руку. Да кто так делает вообще? — Тошнит, голова болит и все кружится. — Что же делать? — вот паникер блин. Я даже в этом состоянии посмотрел на него исподлобья. — В скорую звони.       Вот так я и оказался в больничке. Из фразы медсестры небольшое сотрясение, я услышал только «наконец то отдых» График у меня все равно загруженный. Электрофорез, гимнастика, полдник. Даже не знаю как за всем угнаться. Я вдруг почувствовал себя в санатории, ведь моя задача была просто отдохнуть. Вот моему соседу по палате, Саше, повезло куда меньше. Его тоже ударили, да только горящей бутылкой, все лицо в ожогах, но жить будет, а медицина сейчас на таком уровне, что сделают лучше чем было. Правда лицо его полностью в бинтах, у нас с ним в планах заснять видос про мумию и Тутанхамона. Весёлый он пацан, оптимистичный. Мы с ним тут все время вместе, только вот сейчас с ужина один ползу. Ему снотворное вкололи. Зайдя в палату, я застал потрясающую картину. — Ник, прости меня пожалуйста, что не остановил тебя, когда ты уходил. Если бы я не вел себя, как козел, то все было бы хорошо и мы просто сидели у меня. Я же не хотел всего этого, да у меня ближе человека, чем ты может никогда уже и не будет. Мне сказал доктор, что ты в порядке, но ты весь в бинтах, почему. Эти отморозки так сильно тебя побили? Ты же никогда не был хрупким, видимо они были очень сильные. Как же наверное было страшно… Ты тоже хорош, знаешь меня, как никто другой. То, что я за тобой просто вышел, уже говорит об особом отношении к тебе. Ты же мне самый близкий друг, чтобы не случилось. — Владик, на посмертном одре потом мне речь скажешь. Чего хотел? Факт признания твоей козлиной натуры меня радует. Ты хороший философ.       Я взял с тумбочки яблоко и начал есть, облокотившись на дверь. Я ожидал смены в поведении Рамма. Легко ему было говорить это Саше, который в отключке валяется. А мне это повторить? Почему я даже не удивлен его поведению. Да это же как 2×2. Я изначально чувствовал, что он тот же Рамм, как бы он не играл, я видел его. Мы друзья, какими бы не были. Помутнение на фоне той бабы из письма, бывает, но наша дружба должна была перенести такую встряску. — Рамзес, пауза затянулась. Я даю тебе ещё пять секунд, чтобы опять нарядить маску отстраненного и холодного Владика. Давай, ещё три, два… Досчитать я не успел, он подошёл ко мне и просто обнял. — Я думал из-за меня, ты там лежишь весь в бинтах. — Знаешь что, злой Рамм так себя не ведёт. Давай я тебе помогу что ли. «Сотрясение мозга? Да было бы что сотрясать». Вот, просто повтори и снова начнем нашу игру. Теперь я противный в нашей паре. — Прости, — все что выговорил он Соси сраку, вредная девка из письма, настоящая дружба побеждает. Наконец и до Рамма дошло.       В тот день, а точнее вечер мы с Владом сидели на моей койке и болтали. О многом говорили, он все же был сдержан, я его понимаю, видимо та ведьма, сильно зацепила Раммзеса. — Как мне не хватало тебя такого, ты даже представить себе не можешь. В какой то момент, я даже поверил, что ты стал утырком. Прокололся ты на некоторых улыбках. Твою настоящую я не спутаю. — Сопливо звучит, не находишь? — Рамм рассмеялся. — Да, вот эта настоящая. Не то, что та. Кстати, Раммчик. Я тут второй день лежу, мне зарядку только сегодня принесли, телефон заряжается. Ничего не знаю по поводу нас. Что там? Все бурно обсудили наш поцелуйчик? — последнюю фразу я сказал каким то странным голосом. — Фурор. Трек прослушивается куда больше раз, в СМИ только наши фотки. В комментариях, под выпуском PRОновостей Тимана заткнули. Мы в шоколаде. Яна, даже придумала как из твоего сотрясения сделать шоу. Завтра придет репортёр, с нами интервью запишут. Тебе нужно будет каких нибудь бинтов накрутить на голову, вон как этому. — Уже так бесит моя морда? — Ты слишком шумный для больного! Я пошел. Все также от вопросов уходит, но теперь я выдохнул, он такой же простой и весёлый парень, единственный, с кем я мог делиться секретами и не переживать о них. Это снова мой лучший друг Влад Рамм.