Как говорят, два шиппера - пара.

Вот оно — самое начало ленты вара… Или же это всё-таки её конец? Ну, смотря как смотреть. — Самый древний пост, — восхищённо протянула по слогам Жъжъжъжъ. — Привет из будущего! — Привет из будущего, — сразу же после подруги повторил Стадо князiв. Котик поднял глаза на подругу с хитрой улыбкой. Жужжащенькая подмигнула младшему, мол, начинай первый. — Жужестадо канон, — не долго думая воскликнул котик. — А Водогоко кано-онище, — ещё громче прокричала светлая кошка. — Но Фактафель каноничнее, — перебил подругу Князёныш. — Вот и нет, Фактойотафель и Вольновиноцап канонища. А ещё эль Виноцап лалка, — кошка улыбнулась и начала орать"СТРАШНО ПРАВДИВУЮ ИСТОРИЮ». — Самый каноничный канон — это Мейсашка, — заявил Стадо. Так как кот пел, как он считает, не очень красиво, чёрный не стал подпевать, а просто слушал Жужжащенькую, которая продолжала орать ту же самую песню. Вспомнишь солнце — вот и лучик: на их крик явились все упомянутые в шиппингах, а также ещё пара левых анонимов. Главные шипперы были этому очень рады, но зря. — Цап, давай их сожжём, — холодным голосом, с равнодушием на лице спросил Мейсон у друга-антишиппера. — А потом съедим, — согласился рыжий. Коты вдвоём накинулись на кричавших — Мейсон на Стадо, а Львиноцап на Жужжащенькую. Шипперы оглушительно завопили и стали вырываться, но, к сожалению, коты были намного старше и сильнее их. — Лалкоцап-Львинолалка, пусти меня, — умоляющим и дрожащим голосом прошептала Жъжъжъжъ, когда увидела, что Стадо уже связан, а Мей направляется к ней с верёвкой. — Нет, Цап. Держи её. За свои слова надо отвечать, — перебил Мейсон. Он связал Жужу, пока Львиноцап крепко держал её за лапы, прижимая к земле, а после привязал к Князёнышу. Лентовцы в это время не обращали на бедняг внимания, они развели огромный срач из-за пипозы, скинутой каким-то анонимом по имени Госпожа Пипоза. Мейсон и Львиноцап утащили парочку подальше. Полосатый чиркнул сразу тремя спичками, чтобы лучше горели и… Несладко пришлось обоим, но вдруг Цап толкнул локтём товарища-антишиппера. — Я решил, что не буду их есть. От страха мясо становится жёстким. Давай не будем этих лалок мучать, — тихо проговорил рыжий. Мейсон озадаченно на него посмотрел и лишь фыркнул. «Заслужили». Но вдруг он улыбнулся и быстро потушил огонь землёй. Чёрно-красный что-то прошептал на ухо Львиноцапу и тот с такой же зловещей улыбкой кивнул. Коты подняли бедных шипперов на руки и куда-то потащили. — Куда вы нас тащите? Что вы хотите сделать? За шо? — тихо запротестовал Стадо. — Узнаешь, — коротко ответил Мейсон. — Но можете попрощаться. — Жужа, я тебя люблю, — дрожащим голосом прошептал пятнистый котик, — И тебя, Мейсон! А Львейсон канон! — Львейсашка, — «поправила» Жужжащенькая. Антишипперы промолчали, только ускорили шаг. И вот перед ними показалась Ленторека, широкая и глубокая. В некоторых местах на ней были оборудованы пляжи и места для ловли рыбы, но большая часть этой речки была глубокой сразу от берега, который находился высоко от неё. Коты поставили связанных шипперов у края достаточно высокого обрыва, под которым были камни и река бежала быстро. Мейсон кивнул Львиноцапу и тот с радостью толкнул Жъжъжъжъ. Последнее, что в один голос прокричали шипперы было «Львейсашка канон».

***

Жужжащенькая еле как выбралась из воды на четырёх лапах на пологий, заросший низкой травкой берег и упала мордочкой в песок. Вся мокрая и обожжёная кошка откашлялась водой. Теперь она точно решила, что не будет больше шипперить Мея…