Уроки математики.

— Нет, ну я просто не могу в это поверить! — Ты можешь быть немноооожечко потише? Тога цокает недовольно языком, но всё-таки замолкает. Уперев локти в стол, она прикладывает сложенные биноклем руки к лицу и гудит, крутя кистями, будто настраивает четкость. Но настраивай, не настраивай этот воображаемый бинокль, а факт остается фактом: эти два идиота занимаются абсолютно не тем, чем следовало бы заниматься двум влюбленным в кафе. — Нет, ну вы сами можете в это поверить? — снова не выдерживает Тога, не убирая рук от лица. — Они сидят вдвоем в кафе, за одним столиком, со сладостями и кофе, почти касаясь плечами, пока их лица в десяти сантиметрах друг от друга, и… решают сраную математику! — Да тише ты! — шипит Шуичи. — Иначе они нас точно заметят, и даже твой парик не поможет. Тога недовольно фыркает, но опускает руки, смахивая с лица длинные темные синтетические пряди. Шуичи и Джин напротив нее вовсе сидят в бейсболках и темных очках. Тенко очень четко обозначил, что категорически против идеи Тоги, чтобы они приходили для моральной поддержки. Даже прибегал к угрозам. Но не все так просто. Потому что как только он ушел, Химико быстро обозначила «идею Тоги два точка ноль»: прийти в маскировке пораньше, занять обзорные места и во что бы то ни стало организовать личную жизнь Шимуры. Тога как чувствовала. И вот они здесь. В парике, очках и бейсболках. Заняли угловой столик за перегородкой, пока Тойя и Тенко сидят через несколько мест от них. И действительно решают математику. С книжками и конспектами. Все как положено. Если ты не на свидании! — Нет, ну я просто не могу на это смотреть, — снова трагично вздыхает Тога, закрывая ладонью глаза. — Это вызывает у меня физические страдания. Не оборачивайтесь, вы что, дураки?! Ладно, я не буду спрашивать, почему Тодороки не проявил решительность и не зажал Тенко если не в школьном коридоре, то хотя бы здесь. Потому что мы все, кажется, крупно ошиблись на его счёт, обманувшись репутацией и карьерой спортсмена. Но почему Тенко сейчас, например, не положит голову ему на плечо? Он ведь умеет хитрить. Ну же, Шимура, изобрази усталость от математики! Или они давно уже могли хотя бы подержаться за руки, потянувшись за одной и той же книгой! Разделить одну конфету на двоих! Или якобы нечаянно соприкоснуться коленями. Или… — Тога, но мы же не в фанфике, — качает головой Джин. — Здесь не так все работает. — Здесь оно никак не работает. Здесь они решают математику! И заставляют меня страдать. Джин, ты слышишь, что они говорят? Бубаигавара, кряхтя, чуть отодвигается назад и наклоняется вбок, закрывая глаза и стараясь игнорировать посторонние шумы. Тойя сосредоточенно смотрит в учебник по математике, стараясь воспроизвести в памяти то, что ему вчера весь вечер объяснял Сако. Что-то смутное вертится на языке, но Тодороки не уверен, что это правильно, поэтому молчит. Тенко мешает ложечкой сладкий кофе и терпеливо ждет. Сердце нервно сбивается с ритма от любого движения Тойи, сидящего рядом. Что-то внутри так и просится придвинуться ближе, уткнуться носом в его плечо. На таком маленьком расстоянии легко можно уловить тонкий запах его одеколона. А еще заметить трогательные бледные веснушки. Хотя казалось бы, идеальнее быть не может. — Так, ладно, — решив, что молчать больше нельзя, внезапно выпаливает Тойя, заставляя Тенко вздрогнуть. — Смотри вот. Чтобы получить ответ, нужно сначала преобразовать вот эту часть. Для этого нам нужно подставить сюда вот это… Эм… нет, подожди. Другое. Вот это! И тогда должно получиться. Понимаешь? — Точно? — робко спрашивает Тенко, подняв глаза, но, столкнувшись со взглядом Тойи, тут же уткнув их обратно в книжку. — Эм… Вроде да. Давай попробуем. Шимура кивает и принимается переписывать задание из учебника, попутно думая, как бы так намекнуть Тодороки, что ничего подставлять не нужно, и преобразование происходит совсем по-другому. Шуичи предупредил вчера, что Тойя двоечник по математике. Поэтому Тенко был готов, что много не стоит ожидать. Но ему нравилось, что Тодороки правда старается, хочет помочь. Это чертовски мило. Пожалуй, если у них все сложится, Шимура сам ему все объяснит с этой чертовой математикой. А пока стоит поблагодарить театральный кружок в начальной школе за то, что Тенко все еще ни единым словом не выдал, как же все-таки Тодороки тупит. Переписав условие, Тенко напряженно смотрит на него, а потом абсолютно невинно спрашивает: — А решать можно только одним способом? Или, может, можно еще как-то просто все это раскрыть и убрать лишнее? Тойя смотрит на задание, хмурясь и чуть гудя. Хоть убейте, память совершенно отказывается подсказывать, что вчера объяснял Сако. Но настоять на своем не хватает храбрости, поэтому Тойя кивает неуверенно: — Нуу… ты можешь попробовать. Так тоже должно получиться. Ты умеешь это делать? — Немного. Тодороки пристально следит за тем, как Шимура легко расправляется с заданием, и хочет провалиться сквозь землю. Остается только надеяться, что сам Тенко не особо замечает, что его наставник держится на честном слове и мольбе высшим силам. Иначе это просто позор на несколько поколений семьи Тодороки. Тойя вздыхает, разглядывая сосредоточенное лицо. Очень хочется протянуть руку и заправить за ухо темную прядь, свисающую на глаза. Хочется кинуть к чертовой матери эти учебники и конспекты и просто слушать, как Шимура что-то восторженно рассказывает. Неважно, что. Главное, чтобы он, как обычно, забавно корчил лица и махал руками, улыбаясь. Но что-то внутри мешает сказать ему правду. Поэтому Тойя, когда Тенко заканчивает с примером, сверяется с ответом, с облегчением поняв, что он правильный, и предлагает перейти к следующему заданию. — Ну что они там? — нетерпеливо шипит Тога, перевешиваясь через стол. Джин садится ровно, складывает под подбородком руки и многозначительно молчит. Химико выжидает секунд тридцать, а потом с тихим писком принимается трясти друга, из-за чего Бубаигаваре всё-таки приходится признаться: — Они решают математику, и Тодороки абсолютно точно не заслужил даже тройку. — Я так и знала! — восклицает Тога, и Шуичи, быстро перевалившись через стол, зажимает ей рот ладонью. — Йм им воим умью. — Тише ты, — ворчит Игучи. — Прекрати кричать. Надвинув на глаза козырек бейсболки, он медленно оборачивается, чтобы своими глазами посмотреть, как обстоят дела на передовой. Тойя водит пальцем по книжке, что-то бормоча, что, вероятно, подразумевает объяснения, а Тенко сидит рядом, подперев щеку ладонью, и смотрит на него с лёгкой улыбкой и плохо скрываемой нежностью в глазах. Повернувшись назад, Шуичи резюмирует: — Все ясно, Шимура мороносексуал. Я не слышу, о чем они говорят, но Тодороки выглядит так, будто на ходу выдумывает правила, а Тенко на него все равно пялится с таким видом, словно он гений. — Нет, ну я так больше не могу, — вздыхает Тога, укладываясь на стол. — Я сейчас сама встану и все порешаю. Я не уйду отсюда, пока они хотя бы за руки не подержатся. — Если так, то мы тут состаримся, — хмыкает Джин. Химико кисло поджимает губы и кивает. Аргументов против у нее нет. Надежды на светлое будущее, где она подружка жениха на гейской свадьбе — тоже. — А я так смотрю, вы не боитесь спалиться. Тога вздрагивает, когда рядом с ней кто-то садится, и быстро поднимает голову. Ацухиро улыбается кисло и ставит на стол чашку с ароматным кофе. — А ты что здесь делаешь? — хмурится Шуичи. — И кто бы вообще говорил! — кивает Джин. — Ты сейчас просто зашел в дверь, сделал заказ и сел за стол. И даже лицо не пытаешься закрыть! У нас хотя бы маскировка есть! — Это куда естественнее и вызывает меньше подозрение, чем ваш прикид а-ля герои Марвел вышли погулять, — фыркает Сако. — Выглядите так, будто собираетесь грабить банк, но перед этим решили перекусить. Такая компания очень бросается в глаза, хочу я вам сказать. — Тогда почему ты к нам подсел? — щурит недовольно глаза Тога. — У вас отличный столик для обзора. К тому же, думаю, нам стоит скооперироваться в этом вопросе. Не поймите меня неправильно: я очень люблю и уважаю Тойю, но мне также очень хочется, чтобы он уже прекратил двадцать четыре на семь бормотать мне о том, какой ваш друг милый. Пусть ему и бормочет. Или, быть может, вы все еще считаете, что они разберутся сами? Тога высоко приподнимает брови и снова смотрит на столик, за которым устроились Тойя и Тенко. Тодороки что-то сосредоточенно объясняет, тыкая пальцем в учебник и помечая ручкой на листочке, а Шимура только растерянно моргает и часто кивает, когда на него поднимают глаза. Но стоит только Тойе отвернуться, Тенко сразу болезненно складывает брови домиком, явно размышляя, как навести своего репетитора на правильный ход мысли. Безнадежно. — Не разберутся, — почти синхронно вздыхают друзья. — Вашему другу стоит дать Оскар, — усмехается Сако. — Он так профессионально изображает, что у Тойи действительно получается объяснять математику. Я бы уже давно ему этой книжкой по голове дал. Я знаю, какой он может быть. Мы ради этой встречи вчера с ним три часа сидели над книжками. — Они такие дураки, — качает головой Тога. — Хоть бы за руки подержались. Столько возможностей было. Я просто не могу на это смотреть. — Давайте подождем, — просит Шуичи. — Еще не вечер. Мне честно не очень хочется вмешиваться в чью-либо личную жизнь. Ну не могут же они быть такими тупыми. Сако сербает кофе, но никак не комментирует это высказывание. Достаточно того, что он сам знает — могут. Спустя еще полчаса обсуждения математики, Тойя поворачивается к Тенко и спрашивает с плохо скрываемой надеждой: — Ну, может, на сегодня все? Тебе что-нибудь понятно? — Да, конечно, — улыбается слабо Шимура. — Спасибо тебе большое. Ты… замечательный педагог. — О, спасибо, — неловко смеется Тодороки, взъерошивая волосы на затылке. — Просто ты очень сообразительный. Тебе… еще нужно с чем-нибудь помочь? Я могу. Сказав это, Тойе сразу же хочется удариться головой о стол. Может он, ага, конечно. Тенко приподнимает брови, невольно улыбаясь чуть шире из-за щекотного чувства в груди. От Тойи исходит странная энергетика, наполняющая теплом, к ней хочется тянуться. Может быть, он и не понимает, что несет полную чушь, но он явно старается и хочет помочь. Это так трогательно и забавно. И, кажется, он хочет еще провести вместе время… — Было бы здорово, — кивает Тенко. — Может быть… более ранние темы? По математике. И почему не попросить хотя бы научить играть в волейбол, чтобы не мучить самого себя? Загадка. — Да, конечно, — тут же поспешно соглашается Тойя. — Тогда, может быть, в понедельник? Здесь же. — Хорошо. — Круто. — Ага. Эм… ну… я пойду? — Да, конечно. Мы здесь уже часа полтора все-таки сидим, хах. — Да, точно. Тенко неуверенно встает и начинает скидывать в рюкзак свои книжки и конспекты. Тойя торопливо помогает ему, выпаливая: — Ты доберешься до дома сам? — Само собой, — без задней мысли отвечает Тенко, но тут же прикусывает язык. В глазах Тойи отражается едва уловимое разочарование, а щеки розовеют. Осознание приходит мгновенно и въедается сожалением. Тойя хотел его проводить. Черт. Но и сразу же менять свое мнение ведь будет глупо? Как же сложно… — О, о, о, они собираются! — взбудоражено шепчет Тога, дергая Джина за рукав. — Что они там говорят? — Да тише ты, не слышно, — отмахивается Бубаигавара, откидываясь назад и прислушиваясь. — Так… Эм… Они договорились встретиться в понедельник. — Свидание? — пискнув, восторженно спрашивает Химико. — Не, — неловко качает головой Джин, и девушка заметно скисает. — Математику решать. — Прости, господи, — обреченно вздыхает Сако, приложив ладонь ко лбу. — Ну за что мне такой друг… — Ооо, тихо-тихо, — шипит Джин. — Кажется, Тойя сейчас предложит проводить его до дома… А не… Тенко сказал, что сам доберется. — Да за что мне такой друг?! — не выдержав, восклицает Тога. — Я так больше не могу. Я вот настолько близка к убийству! Химико поднимает руку, сложив указательный и большой палец в кольцо. Сако чуть наклоняется и прищуривается, глядя на этот жест, а потом несколько растерянно замечает: — Но твои пальцы соединены. — Вот именно! Шимура Тенко, ты издеваешься надо мной или что? Химико ударяет ладонями по столу и подскакивает на ноги. Шуичи и Джин синхронно хватают ее за предплечья, надеясь удержать и усадить на место, но беспощадная машина убийств уже запущена, ее так просто не остановить. Сако же, напротив, подхватив свою чашку, отодвигает ноги чуть вбок, чтобы девушка могла выйти. От своего имени, произнесенного на все кафе, Тенко вздрагивает и чуть подпрыгивает на месте, резко оборачиваясь с широко распахнутыми глазами. Всем видом он похож на человека, которого застали с поличным. Только непонятно, за чем именно. Но резко становится очень стыдно. Химико сдергивает с себя парик, кидая его в Сако, и решительно вылазит из-за стола. Шимура удивленно вскидывает брови, заметив и остальных из своей компании, и спрашивает: — Тога? Вы что здесь делаете? Я запретил вам приходить! — Лично я иду тебя убивать! — кричит Тога. Малочисленные посетители нервно на нее оглядываются. — Это еще за что? — напряженно интересуется Тенко, медленно отступая назад и оборачиваясь на дверь. Ничего хорошего разъяренный вид Химико ему не сулит. Надежда только на то, что он бегает быстрее нее. — Да за то, что вы тут полтора часа сидите и решаете сраную математику, — переходит чуть ли не на ультразвук Тога. — Вместо того, чтобы целоваться, обниматься или хотя бы держаться за руки! А ну стоять, куда пошел?! Прежде, чем Химико успевает договорить, Тенко круто разворачивается и срывается на бег. Тога возмущенно ахает и мчится за ним. Тойя, все это время молча наблюдавший за происходящим, растерянно моргает и поворачивается к подошедшему Ацухиро, спрашивая: — А ты что здесь забыл? — Слежу, чтобы ты не облажался, — сдержанно отзывается Сако, но тут же отвешивает другу подзатыльник, говоря уже на повышенных тонах: — А ты все равно облажался! Какая математика? Еще и снова предложил занятия. — Ай. Давай без насилия. Я просто не знал, как ему предложить еще раз… эм… Привет. Вы его друзья? — Ага, — кивает Шуичи кисло, окидывая Тодороки осуждающим взглядом. Больше он ничего не говорит, но это и не нужно. И так ясно, что он разочарован в данной ситуации. Тойя неловко смотрит в сторону и обращается уже к Бубаигаваре, который выглядит более нейтральным: — А вы не хотите ему помочь? Кажется, эта девочка настроена серьезно. — Почему бы тебе самому не пойти и не помочь ему? — с нажимом говорит Сако. — Ой не, — отмахивается Джин. — Если уж Тога решила его убить, тут только один вариант: смириться, что у нас больше нет друга. Пойду, соберу его останки. — Эм… — ошарашенно бормочет Тойя, наблюдая, как мрачно поплелся к выходу Бубаигавара, словно действительно собрался на похороны. — Тенко rip, — кивает Шуичи. — Вы странные, — хмурится Тодороки. — А ты — дурак! — снова отвешивает ему подзатыльник Сако. — Какая математика! Он отличник! — И мороносексуал, — вклинивается Игучи. — А ты тут сидишь и позоришься. Еще и второй акт этого спектакля предложил. Тебе самому за себя не стыдно? Я тебе что вчера сказал? Заходишь в кафе и решительно отказываешься от звания репетитора. А что сделал ты? — Объяснял математику? — неловко предполагает Тойя, вжимая голову в плечи. — Объяснял математику! — всплескивает руками Сако. — Господи, за что мне это? — Да ладно, нормально все вышло, — приосанивается Тодороки, стараясь принять уверенный вид. — Он поблагодарил меня и сказал, что все понял. — Конечно, он понял. Он отличник! — И мороносексуал, — повторяет Шуичи. — Так, все! — хлопает в ладоши Ацухиро. — Я тоже не могу это больше терпеть. Сейчас же иди и сделай то, что у тебя получается лучше, чем математика: примени свое спортивное телосложение и спаси его от побоев той девчонки. — Только помни, что Тога ходит на борьбу и носит с собой нож, — как бы невзначай роняет Игучи. Сако и Тойя синхронно поворачиваются к нему, удивленно вскидывая брови. Тодороки нервно сглатывает, а Ацухиро неловко добавляет: — Ну, значит, очень осторожно спаси его от побоев. Но себя тоже побереги. Мертвый друг все-таки хуже тупого. — Ты отправляешь меня к девчонке с ножом и навыками бойца? — Ну, а что ты хотел? Любовь требует жертв. Это жизнь. — Справедливо, — неожиданно согласно кивает Тойя и, подхватив свой рюкзак, направляется к выходу. Сако и Шуичи провожают его взглядами: удивленным и мрачным, и Игучи обреченно вздыхает: — Тодороки Тойя rip. — Это еще почему? — поворачивается к нему Ацухиро. — Потому что он сейчас тоже попадется под горячую руку Тоги. Думаешь, ему она эту тупость простит? О нет. Тога никого не прощает. И эти уроки математики явно стали для нее последней каплей. Тойя толкает дверь и замирает, не зная, с какой стороны подступиться к открывшейся сцене. Бубаигавара с явным усилием удерживает Тогу за талию, стараясь оттащить ее назад. Сама же Химико мертвой хваткой вцепилась одной рукой в рукав Шимуры, а другой безжалостно щипала его за бока и отвешивала подзатыльники, пока он пытался вывернуться и как-то защититься. Не очень, к слову, успешно. Когда Джин приподнимал Тогу в воздух, она умудрялась еще и пинаться, при этом не прекращая кричать, невзирая на опасливые взгляды прохожих: — Что значит ты не виноват?! Еще как виноват. Что за ерунда с «Сам дойду»? Ты сейчас вообще ходить не сможешь! Я об этом позабочусь. Будет он тебя в больнице навещать и апельсины чистить. — Ты бешеная! Хватит меня колотить! Сама будешь потом перед Ханой объясняться за мои синяки. — Я бешеная, а ты тупой! Я что, три дня зубрила химию, чтобы выиграть у тебя спор, ради того, чтобы ты с ним математику решал? Да я забью этим учебником сначала тебя, а потом его. Все нервы мне за неделю вытрепали. Ты ещё и согласился! Тебя-то самого не бесит его слушать?! — Ау, не бей меня по голове! Не бесит меня. Он милый и старается мне помочь! Мне это очень нравится. Это называется слоуберн. Джин, отбери у нее нож! Ты совсем, что ли, чокнутая? Люди смотрят. — Я тебя сейчас буду убивать по слоуберну! Математику он решает! А ну иди сюда, тупица! Джин, пусти меня! Я готова пойти на убийство. Тенко, наконец-то, удается вырваться из мертвой хватки подруги и отскочить в сторону, не позволяя ей с размаху себя пнуть. Развернувшись, он, дезориентированный, сразу же врезается лбом в плечо Тойи, который только решается сделать шаг вперёд, чтобы всё-таки защитить Шимуру от обезумевшей фурии с ножом, которая всего пару минут назад была миловидной крохотной девушкой. Тенко отшатывается и, поняв, кто перед ним, часто моргает, заливаясь краской. Внутри все трепетно подрагивает, отдаваясь щекоткой, и Шимура просто выпаливает первое, что приходит в голову, лишь бы не молчать: — Привет. — Привет, — тут же улыбается Тойя. — Ты в порядке? — Да, в полном, — стараясь отдышаться и скинуть с пылающего лица темные волосы, отзывается Тенко. — О, и второй вышел! — кричит Тога, повиснув на руках у Джина, размахивая ножом-бабочкой и агрессивно болтая ногами. — Тебя я тоже убью, гений математических наук, если ты сейчас же не возьмешь его за руку! — Мы знакомы три минуты, а ты мне уже угрожаешь, — опасливо бормочет Тойя. — Ты сейчас договоришься, и будет «Мы знакомы четыре минуты, а ты меня уже пырнула ножом», — вмешивается вышедший из кафе Шуичи, прежде чем Тога успевает ответить. — Там администратор говорит, что сейчас милицию вызовет, если вы не прекратите буянить перед входом и распугивать людей. — Без шуток, ребята, — кивает Сако. — Любовь, конечно, требует жертв, как и дружба, но сидеть за это я не готов. И штраф платить тоже. Так что давайте побыстрее свернем этот театр абсурда и разбежимся по домам. Джин отпускает притихшую Тогу, но в этом его ошибка. Ступив ногами на землю, Химико тут же подскакивает к Тенко и тыкает кончиком ножа ему в спину, угрожающе шипя: — Или ты сейчас же выполняешь проспоренное мне действие или я тебя пырну. Без шуток. Шимура пытается отскочить и спрятаться за спину Тойи, но Тога хватает его за воротник и дергает на себя, издавая какие-то странные недовольные звуки гремлина. Нервно сглотнув, Тенко поднимает глаза на Тодороки, лицо которого отражает крайнюю степень удивления и растерянности. Ему явно как-то хочется вмешаться в ситуацию, но наличие в руках Тоги ножа заставляет задуматься, как это сделать. Укусив себя за губу, Шимура быстро выпаливает: — Проводишь меня до дома, чтобы Тога меня не зарезала? — Да, конечно, — сразу же кивает Тойя, но Химико рычит и отвешивает Тенко подзатыльник, восклицая: — Нет, не это! Ты должен сказать другое! Я химию не для этого учила. Давай! — Ребят, я все понимаю, — вмешивается Сако. — Но полиция… — Вот видишь, Тога! — мгновенно хватается за это Тенко, повернувшись к подруге. — Ты нас всех подставляешь своим неприемлемым поведением! Поэтому не придуривайся! Пойдем домой. Завтра решим этот вопрос. На свежую голову. Тога широко распахивает глаза, и ее лицо снова отражает гримасу ярости. Она делает глубокий вдох, явно собираясь сорваться на ультразвук в своих возмущениях. Так выглядит масштабная катастрофа. Хуже падения метеорита. И у Тенко нет ни малейшего сомнения, что вслед за криком в ход пойдет и нож. Поэтому он резко разворачивается к Тойе и, прежде чем хоть какие-то зачатки здравого смысла и страха успевают его остановить, выпаливает на одном дыхании: — Ты мне нравишься. Как парень. Повисает пауза. Резко развернувшись к Химико, Шимура испуганно шепчет: — Ну вот, теперь я хочу умереть прямо сейчас. Ты довольна? Тога выдыхает, остывая так же быстро, как и закипела, и кивает, как ни в чем не бывало, игнорируя нарастающую панику друга. Губы растягиваются в самодовольной улыбке. Ну вот другое дело. Всего-то потребовалось вызубрить химию за два года, поспорить с Тенко, неделя времени и немного угроз ножом. И математика. Мелочи какие. Шимура до боли закусывает внутреннюю сторону щеки, чувствуя, как пылает огнем лицо, и замирает, словно зверек в опасности. Сердце стучит так, что точно должна вся улица слышать. Из-за этого в голове пульсирует. Мысли скачут одна за одной. Наверняка это прозвучало глупо. И выглядит он сейчас жалко. Щеки, наверняка, покраснели пятнами. Дурацкая особенность. И после беготни с Тогой он совершенно точно взъерошенный и запыхавшийся. Хочется провалиться сквозь землю. И вообще, насколько правдоподобно выглядит признание, когда в тебя тыкают ножом? Сердце сейчас точно остановится от волнения. Никогда, никогда в жизни и ни при каких обстоятельствах нельзя спорить с Тогой. Можно ли превратить свою жизнь в еще большую катастрофу? Уши горят. Тойя так долго молчит. Как поднять на него глаза? Он ведь такой классный. Зачем ему признания от тревожного взъерошенного мальчишки из параллельного класса? Который еще и краснеет пятнами! Наверняка он вызвался помочь с этой чертовой математикой не потому, что Тенко ему интересен, а потому что он просто очень хороший человек. Боже, почему нельзя просто провалиться сквозь землю? Все так смотрят… Тойя высоко поднимает брови, не в силах даже выдохнуть. Слова Тенко звенят в ушах. Нравишься… Значит, никаких сомнений. Как же ему, наверное, тяжело было это сказать. А Тойя даже не может себя заставить что-нибудь ответить. Горло как будто закладывает. Хочется просто сделать шаг вперед и прижать к себе. Но как Тенко отреагирует? Он и так выглядит очень взволнованным и напуганным. Но он такой милый, когда смущается… И просто очаровательно краснеет. Хочется коснуться губами этих ярко-алеющих щек. Они кажутся мягкими… Сако недовольно прищуривается, уловив, что Тойя, кажется, окончательно завис, погрузившись в свое фантазирование и любование Шимурой, поэтому слегка пихает его в спину, цокнув языком и сказав: — Ну и чего ты молчишь, дурак? — А, эм… я… — бормочет Тойя, кинув сначала быстрый взгляд на друга, а потом снова повернувшись к Тенко. — Эм… понятно. Тенко удивленно поднимает брови, чувствуя, как сердце болезненно падает куда-то вниз, разбиваясь, и закусывает губу. Горло сдавливает. Тога ахает и, всплеснув руками, возмущается: — Это еще что за реакция? — Понятно? — угрожающе шипит Сако, прищурив опасно глаза. — Ты что, издеваешься? Что еще за «эм, понятно»? Где признание? А ну быстро сказал ему правду! Тойя — Признание? Эм… Да, точно. Я должен признаться, что я… эм… абсолютно не разбираюсь в математике. — Чего? — кисло спрашивает Ацухиро. — Не это призание. — Я заметил, если честно, — совсем тихо бормочет Тенко, кусая губы. — Ничего страшного. Мне… наверное надо идти. — Так, никто никуда не идет! — командует Сако, заметив отразившуюся в глазах Тойи панику. — Скажи ему нормально! — Что? Я и так нормально говорю. Может, вы нас оставите? — Нет, — синхронно мотают головами Тога, Джин и Шуичи. — Ты его уже расстроил! — Так, знаешь что? — строго вздыхает Ацухиро. — Они правы. Тебя оставь одного — ты еще больше дров наломаешь. Что дальше? Предложишь ему физику решать вдвоем? Я больше не собираюсь это терпеть! Это невыносимо! Как можно быть таким тупицей? Окей, если ты не умеешь разговаривать словами через рот, и считаешь свою реакцию нормальной, я просто перешлю ему нашу переписку. — Чего? — тут же восклицает Тойя, резко разворачиваясь и видя, что друг шарит в карманах. — Не смей! Он пытается выхватить у Сако телефон, но тот ловко уворачивается. Одной рукой он ищет в поиске нужную фамилию, а другой удерживает на расстоянии Тодороки. Немного помедлив, Джин делает шаг вперед и помогает Ацухиро уворачиваться от Тойи. — Так, например, вчерашнюю можно. — Я убью тебя! — Или то, что ты мне писал в среду. Или даже две! Чего мелочиться-то. — Я думал, ты мне друг! — Я не дружу с тупицами. Ты мне полгода мозг сношаешь на тему того, какой он милый и все такое. А как появился шанс, так что ты сделал? Сказал «понятно»? Предложил уроки математики? Ты меня разочаровываешь. — Но не переписки же! Это нечестно. — Какая реакция, такие и меры противодействия! Отреагировал бы нормально, я бы не пытался сейчас раскрыть тебя. Бубаигавара, держи его сильнее. И не надо выталкивать меня на проезжую часть. — Его тяжело держать. — Ну так волейболист же. О, я нашел его страницу. Милая фотка, Шимура-кун. Ты ведь можешь сейчас зайти к себе на страницу? — Могу… — растерянно отзывается Тенко, часто моргая. Реакция Тойи на риск раскрытия переписки вызывает недоумение. Что он там написал такого своему другу, что сейчас буквально готов вместе с ним рухнуть под колеса машины, лишь бы это не стало общественным достоянием? И погодите-ка… Полгода говорил, что Шимура милый? Боже… — Ацухирооооо! — почти что воет Тойя, пытаясь дотянуться до заветного телефона, но Сако ловко заскакивает на заборчик около дороги и поднимает руку, не позволяя. — Ну имей совесть! Переписки — это слишком. Я же там себя не контролирую. Ну не надо. Я тебе больше ничего не напишу, если ты это сделаешь! — А мне больше и не надо. Я уже все, что хотел, заскринил. — Еще и заскринил! — Это жизнь. Я умею собирать компромат. О, последняя фотка уже загрузилась. Не толкай меня под машину! Ты сам виноват в этой ситуации. Нормально реагировать надо. — Я могу нормально реагировать. Я просто растерялся! — Ну так и отреагируй нормально, пока я не отправил ему этот позор, который даже мне читать было стыдно! Я требую нормального признания! Мы все требуем! Быстро выдохнув, Тойя сразу же поворачивается к Тенко, который чуть вздрагивает и смотрит перепуганными широко распахнутыми глазами, и выдает: — Ты мне тоже нравишься. Очень. Ты милый. Вот. Привет. Всего пару секунд. Ноющее чувство в груди отпускает, и его заменяет щекотное волнение. На губах невольно растягивается дрожащая улыбка. Сглотнув, Тенко с тихим смешком отвечает: — Привет. Тойя улыбается, неловко взъерошивая волосы на затылке. Сердце, кажется, бьется быстрее, чем во время тренировок, а лицо розовеет, выдавая смущение. — Уиии, ну наконец-то, — приложив к щекам ладони, протягивает Тога. — Я думала, это никогда не случится. Я буду называть вас ТодоШиму! Или ТодоТен? Как лучше звучит? — Аллилуйя! — восклицает Сако, спрыгивая с заборчика и возвращая телефон в карман. — Но чтобы я еще хоть раз взялся за роль купидона! — Мне кажется, вы двое рано радуетесь, — бормочет Шуичи. — Гляньте на них. Они теперь зависли с этими тупыми влюбленными улыбками. Алло, земля взывает к космосу? Есть кто на связи? Ну вот, мы их потеряли! Тога отвлекается от своей радости и настороженно смотрит на то, как Тойя и Тенко просто стоят друг напротив друга, глупо улыбаясь и неловко глядя чуть в сторону, явно не собираясь самостоятельно делать последний шаг, который завершит эту мучительную любовную эпопею. Ну вот вечно нужно все делать самой! — Сейчас порешаем! — заверяет Тога и, недолго думая, безжалостно толкает Тенко в спину. Не ожидая этого, Шимура ойкает и заваливается вперед, теряя равновесие. Но лоб утыкается в теплую грудь, а сильные руки придерживают от падения. Сердце пропускает удар. Тойя так быстро отреагировал, подхватив его… — Извини, Тога дурочка, — бормочет Тенко, сразу же стараясь выровняться и отшатнуться, но Тодороки только широко улыбается. Он тянет Шимуру на себя, не позволяя испуганно сбежать, и сжимает в объятиях, утыкаясь носом в плечо. Тенко опасливо замирает, но разлившееся в груди тепло уже через пару секунд заставляет счастливо засмеяться и сомкнуть руки на широких плечах, сильнее прижимаясь. Как же много он думал об этом. И как же сильно хотел, даже не догадываясь. — Ты такой милый, — бормочет Тойя, улыбаясь. — Так красиво улыбаешься и смеешься. Давай встречаться? — Давай, — не раздумывая, сразу отвечает Тенко, довольно щурясь. Можно ли быть более счастливым? — Ну вот теперь точно все! — восклицает Тога, подскакивая к Сако и высоко поднимая руку. — Дай пять, напарник. Это я называю командной работой! Мы заслужили выпить! Ацухиро растерянно моргает, но все-таки неловко стучит по вскинутой ладони девушки. Какое странное чувство… Не медля, Химико также дает пять Джину и подскакивает к Шуичи. Но вместо того, чтобы отреагировать на Тогу, Игучи неловко бормочет, глядя в окно заведения: — Ребята, это все, конечно, здорово, и я рад за вас, но прямо сейчас сюда идет администратор кафе, и кажется, он в ярости! — О черт! — взвизгивает Тога. — Бежим отсюда! Не медля, она хватает одной рукой Джина, а другой — Тенко, и срывается на бег. От неожиданности Шимура отпускает Тойю, по привычке подчиняясь Химико, но тут же чувствует, что Тойя удерживает его за рукав, стараясь бежать рядом. Смех разрывает грудь, и сдержать себя невозможно. Такое легкое чувство вечной юности. Сако часто моргает, глядя вслед компании из пяти громко смеющихся подростков. Что за глупость? Но стоит двери кафе открыться, он решает, что гордость находится все-таки немного ниже в пирамиде приоритетов, чем нежелание сесть в тюрьму или платить штраф за хулиганство, поэтому Ацухиро тоже бежит, стараясь нагнать своих, вероятно, новых друзей. Тога сворачивает в какую-то подворотню, и они всей шумной компанией вваливаются в небольшой дворик. Тенко закрывает пылающее лицо руками и смеется, а Тойя сразу же сгребает его в объятия и, уже не боясь, целует красные щеки. Счастье переполняет до краев, расплескиваясь и заражая всех вокруг. — Боже, вы чокнутые, — тяжело дыша, бормочет Сако, забегая во двор последним и тут же оседая на землю. — Я слишком стар для этого дерьма. Я сейчас умру. — Тебе, как и нам, шестнадцать, — фыркает Шуичи. — В душе мне восемьдесят, — возражает Ацухиро, подняв указательный палец, но тут же обессиленно опустив руку. — И физически, кажется, тоже. — Судя по тому, как эти двое прилипли друг к другу, — замечает Джин, стараясь восстановить дыхание, — тебе придется привыкнуть к тому, что мы чокнутые. Выдохнув, Сако смотрит на то, как Тойя ласково гладит черные волосы своего теперь уже парня и целует его в щеки и кончик носа, и невольно улыбается. Это будет весело. Ну что ж, математика тоже может привести к лучшему. Особенно, если добавить к ней командную работу, угрозы ножом и немного шантажа.