Стоп, как ты меня назвал?

Намджун, переодевшись в лохмотья, отлично вписался в большую толпу отбросов, которые стояли на окраине разросшегося поселения и чего-то ждали. Или кого-то. Он был слишком далеко от центра собрания, но до него доносились тихие разговоры собравшихся. «Менгон с ума сошёл», «Как можно было позволить омеге командовать?», «Я слышал, что у омеги есть ребёнок, от короля»… Последняя фраза очень заинтересовала альфу и он начал продвигаться ближе к центру. Чем ближе он подходил, тем громче становился голос, судя по всему, того самого омеги. Намджуну он показался очень знакомым, а когда сквозь спины людей он увидел человека, которому и принадлежал тот голос, то обомлел.  — Чимин, это ты? Это правда ты???? — альфа стремительно вышел из толпы, расталкивая людей вокруг себя. Чимин растерянно смотрел на отца. — Почему ты здесь? Ты же сейчас должен быть в замке, с Юнги и сыном!  — Нет, не должен. Менгон, я должен поговорить с отцом и подготовиться к поездке, закончи собрание без меня. — Чимин раздавал указания, совсем как альфа. — Давай поговорим наедине… — Чимин взял альфу за руку, толпа перед ними расступилась и они пошли в сторону красиво украшенной, явно детскими руками, палатки. Когда они оказались внутри, у омеги в объятиях сразу же оказался Джунг, подозрительно смотрящий на незнакомого альфу.  — Папа, это кто? Новый вождь? А почему ты его привёл сюда?  — Сынок, познакомься. Это твой дедушка, Намджун) — Чимин поднял маленького альфу на руки и подошёл ближе к отцу. — Это твой внук, Джунг-и. Ребёнок доверчиво протянул ручки к альфе, перелез к нему в объятья и начал ощупывать тому лицо.  — Большой деда… Деда Джуни, почти как я… У альфы чуть лицо не треснуло от улыбки и умиления, пока внук пытался оторвать ему ухо и пару клоков волос.  — Отец, я не хотел, чтобы ты узнал всё вот так… Но по-другому я не мог. Юнги прогнал меня, так как поверил в нелепейшее недоразумение. Я пытался всё исправить, но не смог… Поэтому… Я уже почти три года живу в Пустоши, Джунг родился уже здесь.  — Почему ты не приехал к нам? Плевать на Юнги, ты — наш сын. Мы бы приняли тебя, несмотря ни на что.  — Нет, я не хотел доставлять никому проблем. Он бы опять закрыл вас где-нибудь или ещё что похуже. Как видишь, сейчас у нас всё хорошо, я собираюсь вернуть народ Пустошей домой, завтра отправляюсь на встречу с королём. Намджун смотрел на сына и не узнавал его. Перед ним стоял уже не тот пугливый ребёнок, который только прибыл в новый мир и пытался в нём выжить. Омега вырос и отточил внутри себя несгибаемый стержень.  — Так не пойдёт. Ты должен сначала заехать к нам. Джин не видел тебя несколько лет, он столько раз порывался приехать, но у Юнги находилось куча отговорок в письмах. Завтра мы отправимся в наш замок, а затем подумаем, что будем делать дальше.  — Отец, мне неловко тебя просить, но… Моему народу нужна помощь… Многие из них болеют, запасы провизии у нас на исходе…  — Я тебя понял. Завтра же мы вывезем всех людей в ближайший город и окажем им помощь. Вечер прошёл довольно спокойно. Намджун играл с внуком, потом сам уложил его спать и ещё долго сидел у его кроватки, вместе с Чимином, слушая тихий рассказ о проделках маленького альфы. Утром Чимин объявил людям, чтобы они собирали свои скромные пожитки и готовились покинуть Пустоши, наконец. Толпа радостно кричала и скандировала имя омеги. Да, это был ЕГО народ. Джин выбежал из замка прямо в домашней одежде и сразу же бросился на шею мужа, как только тот слез с дарланга. Он не успел даже разглядеть повозку, которая была прикреплена сзади.  — Джун-и, я так соскучился. Что случилось в Пустоши? Они готовят восстание? Они хотят напасть на нас, да?  — Не переживай, милый, уже всё хорошо, я всё уладил. Точнее МЫ всё уладили.  — МЫ? Джин перевёл взгляд на повозку, из который вылез Чимин, а затем вытащил оттуда сына и поставил того на землю.  — Беги, обними дедулю Сокджина, мой хороший. Ребёнок осторожно посеменил в направлении старшего омеги, пока тот изумлённо смотрел на Чимина, не говоря ни слова. Джунг ухватился за штанину Джина и подёргал.  — Дедуля Джин-и… К"асивый дедуля, как папа к"асивый. — он ещё раз дёрнул штанину омеги и протянул к нему ручки. Джин подхватил его на руки и медленно подошёл к Чимину.  — Не думал, что Джун успеет заехать к Юнги, его не было всего один день. Чимин-и, я так скучал по тебе, мой хороший — Джин осторожно обнял сына, чтобы не прижать ценную ношу на руках. — Юнги так и не написал мне, кто у вас родился и как его назвали, что происходит у вас?  — Это Джунг, он у нас самый сильный в мире альфа, да, сынок? — Чимин мягко потрепал сына за щёчку и тот захихикал. — Папа, ты только не волнуйся, хорошо? Я уже три года, как расстался с Юнги и всё это время жил в Пустоши. Джин пошатнулся, но быстро пришёл в себя. Перехватил внука поудобнее и быстро направился в замок.  — Нам всем нужно как следует отдохнуть и обсудить способы убийства одного лживого короля. Через несколько дней Чимин всё же уговорил папу отпустить его на аудиенцию к Юнги, но тот строго настрого запретил брать с собой Джунга. " — Я не хочу, чтобы с моим внуком что-то случилось, пошёл этот Юнги подальше, он не заслуживает даже увидеть своего сына.» Чимин надел на раккула широкое седло из мягкой кожи, которое долго мастерил сам под пристальным надзором Диего. По бокам повесил мешки с припасами и большой мешок с палаткой и одеялом. Раккул в это время спал перед дальней дорогой. В это время один маленький альфа решил, что без его помощи папа не справится, залез в большой мешок и, убаюканный громким мурчанием Диего, благополучно там уснул. Чимин остановил Диего уже поздно ночью, решив остановиться на ночлег у небольшой рощицы с широким, чистым ручьём. Он полез в большой мешок за палаткой и громко закричал, ведь пальцы наткнулись на что-то мягкое, тёплое и явно живое. Джунг закричал в ответ и высунул голову наружу, сонно моргая.  — Сынок, ты как там оказался? Зачем ты туда залез? — Чимин вытащил ребёнка из мешка и посадил на траву.  — Папа хотел уехать совсем один. А если тебя кто-то обидит? Я всегда должен защищать папочку! — маленький альфа строго смотрел на Чимина снизу вверх.  — Ох, что же мне с тобой делать, родной? Придётся ехать обратно…  — Нет-нет-нет, папа! Я хочу с тобо-о-ой! — Джунг плаксиво всхлипнул и потёр глаза ручками.  — Боже… Ладно, ты поедешь со мной, но будешь слушаться папу, хорошо? Не баловаться и не убегать, понял? — Чимин развернул палатку, залез внутрь вместе с сыном, закутал его в тёплое одеяло и они почти одновременно уснули. Утром они вместе проснулись, позавтракали, сложили походный скарб обратно и двинулись в направлении фиолетовой макушки купола, которая уже виднелась на горизонте. Чем больше становился купол впереди, тем больше Чимин нервничал. Для начала он решил навестить старых друзей бет, ведь за всё это время они ни разу не виделись. Хонг встретил их громкими криками, подзатыльником для Чимина и нежными обнимашками для Джунга. Хосок просто злобно смотрел на омегу, пока тот наконец не обнял его и не извинился за столь долгое отсутствие. Оба беты были в диком восторге от маленького альфы и были совсем не против превратиться в нянек на несколько часов, пока Чимин отлучится в замок. Омега подошёл к стене и его сердце болезненно сжалось. Именно на этом месте он в последний раз видел Юнги… который отказался от него и их ребёнка… Подняв камень побольше, он, как обычно, швырнул его в стену, сел на землю, поджав ноги и облокотился спиной на лежащего раккула. Интересно, сколько они будут ждать на этот раз… Последние два года проходили для Юнги напряжённо. Слухи, доходившие из Пустоши начинали напрягать, поэтому он усилил охрану замка, отстроил несколько казарм и начал призывать для службы всех альф, достигших совершеннолетия, из окрестных деревень, вне купола. Тэхён всё так же сидел в темнице и встречал Юнги молчанием каждый раз, когда тот его навещал с новостями. Чонгук ежедневно приходил к воротам с уже подросшими детьми. Альфу он назвал Юонг, у него были янтарные глаза и уши такого же цвета, что и у Тэхёна, характер у него был боевой и слишком резкий для его двух с лишним лет. Омега Тэгук был обладателем ярко-голубых глаз и кипенно-белых ушек, которые он постоянно прижимал к голове. Эти двое приводили в восторг любого, кто оказывался в их компании. Даже грозные стражники на воротах встречали их улыбками и одаривали сладостями с королевской кухни. Юнги хотел уже спуститься к Тэхёну, но его остановил один из стражников, сказав, что некто, с раккулом под боком, сидит у купола и требует встречи с королём. У альфы внутри загорелись внутренности, как будто он кипятка хлебнул. Некто с раккулом… Чимин? Но что ему здесь делать, спустя столько времени? Юнги отправился к заветной стене один, отказавшись от сопровождения стражи. Приближаясь к пустырю он почувствовал, как внутри него, как будто от долгого сна, проснулся внутренний альфа и протяжно заскулил, почуяв истинного совсем близко. Арка открылась, Юнги подошёл ближе к парню, что почти что лежал на раккуле и тихо вздохнул. Да, это был Чимин. Уже без розовых волос, но пшеничные ему шли гораздо больше. В остальном омега ничуть не изменился. Те же пухлые губы, мягкие, аппетитные щёки, стройное тело, манящие к себе, сочные бёдра… Юнги сглотнул и перевёл взгляд на умиротворённое лицо спящего омеги. Он сделал ещё шаг и тут же наткнулся на рычащего и скалящегося раккула, который молниеносно перегородил ему путь.  — Диего, успокойся! Он пришёл просто поговорить, так ведь, Юнги? — Чимин уже вполне бодро стоял рядом с животным и ласково гладил его по боку. — Ты пришёл один?  — Да, я решил, что нам стоить поговорить без лишних ушей… Так… Как твои дела?  — Серьёзно? Хмммм… Дай-ка подумать… Когда мой муж выкинул меня из дома, я начал жить в Пустоши… Родил ребёнка в Пустоши и продолжал жить с ним в Пустоши до недавнего времени… Как ты думаешь, как у меня дела?  — Чимин, ты пришёл сюда, что бы пожаловаться мне на жизнь? Если отец твоего ребёнка не смог обеспечить для вас лучшие условия для жизни, то…  — Отец моего ребёнка — самый тупой альфа на свете. Ты действительно до сих пор считаешь, что я смог бы тебе изменить? Ты был и остаёшься единственным мужиком, которому удалось переспать со мной, учитывая, что я вообще считал себя самым натуральным натуралом, пока жил в своём мире. — Чимин сам не заметил, как перешёл на крик. — Знаешь что, Мин Юнги?! Да пошёл ты!  — Если это всё, что ты хотел мне сказать, то мне действительно стоит уйти… — Юнги уже развернулся, но его остановил грозный рык Диего. — Приструни свою шавку.  — Рот свой приструни. Я, вообще-то, к тебе по делу пришёл. Я два года собирал народ по всей Пустоши и сейчас они находятся в надёжном укрытии. Им нужны их города, которые твой отец силой забрал у них.  — Нет.  — Но это же их собственность!  — Ты не расслышал? Я сказал НЕТ. — Юнги подошёл к омеге почти вплотную, даже не обращая внимание на рычащего раккула. — Мне плевать на отбросов из Пустоши. Если бы не они, мой папа был бы жив. Мы приезжали с отцом туда не просто так. Нам нужно было одно растение, которое сохранилось только в одном экземпляре и росло у древнего вождя в горшке, представляешь? Он отказал нам! Мой папа умер через пару месяцев, всё это время он мучился от непрекращающейся боли во всём теле. Я возвращался потом на место этого лагеря, но тамошние отбросы часто кочуют с места на место, так что мне не повезло… Я лишился самого дорогого человека из-за сраного цветка! Я ненавижу Пустоши и всё, что с ними связано, так что возвращайся к своим отбросам. Если к вечеру ты ещё будешь на территории королевства, я прикажу тебя казнить. — Юнги скрылся за стеной. Чимин ещё несколько минут стоял на месте, переваривая информацию. Когда он подъехал к хижине, Хосок быстро вышел ему навстречу.  — Джунг и Хонг легли отдыхать, не разбуди их. Как всё прошло?  — Ужасно. Он отказал мне в моей просьбе, но я его понимаю в некотором смысле…  — Может мне стоит попробовать? Их прервал громкий гул военного рога. На горизонте показалось многотысячное войско, которое тёмной тучей приближалось к стенам купола. Чимин и Хосок не сговариваясь запрыгнули на Диего и помчались в сторону армии. Как оказалось, это было войско Намджуна, который отправился следом за сыном, чтобы помочь в переговорах.  — Чимин, я думаю, что теперь Юнги станет посговорчивей. — они уже подъезжали к хижине после разговора с альфой. На крыльце их ждал плачущий навзрыд Хонг, заламывающий руки. Хосок соскочил на землю, даже не дожидаясь, пока раккул остановится.  — Почему ты плачешь? Ты поранился? Где Джунг? — Хоби пытался заглянуть в лицо бете.  — Я… я проснулся… а его… его уже не было рядом… я искал его по… по всей округе… его нигде нет… Чимин… я так виноват… я должен был следить за ним… Омега ворвался в спальню и увидел только смятую постель и записку, лежащую под кроватью, совсем незаметную, в которой была короткая фраза: «Отбросы или сын? Выбор за тобой.»