Возврат

Тем вечером ему было особенно мерзостно. На Ад опускались сумерки, все в округе заполонила багровая мгла. Радиодемон стоял под окнами отеля, размышляя о последних событиях. Взгляд его был направлен в беспросветное небо, и кто знает, что он там собирался разглядеть - то ли едва пламенеющуюся крохотным угольком надежду, то ли преследовавшее его уже многие годы тошнотворное чувство безысходности. Радиодемон потянул носом. Под окнами стоял лёгкий аромат специй. Он неплохо смыслил в кулинарии и, следовательно, смог распознать в этом многообразии запахов бадьян, мяту и слабую нотку базилика. Интересное сочетание. Также стоит заметить, что и слух у Аластора был развит очень даже неплохо, и еле различимые шаги в полуосвещенной кухне он сразу заслышал. -О, не ожидал тебя здесь увидеть. Падший поднял глаза и безучастно посмотрел на новоприбывшего собеседника. Отложив что-то в сторону, Люцифер слегка отряхнул руки и подошел к окну. - Ты не будешь против, если я перемещусь внутрь?- Аластор оперся локтем об узорчатое стекло и многозначительно вскинул бровь. Люцифер лишь пожал плечами, словно он и не был удивлен нежданному гостю. Облако кровавого дыма, и вот уже Аластор стоит возле короля Преисподней и рассматривает помещение, в котором они находятся. Основной свет был выключен, лишь слабо горела лампа над столом для готовки. Его захламляли всевозможные упаковки специй, рассыпанная мука и столовые приборы. - Что это? - Радиодемон жестом указал на содержимое противня. -Курица, - сухо ответил Люцифер. Откуда падший достал в аду курицу, Аластору приходилось лишь гадать. - Но почему ты здесь? Никогда бы не подумал, что повелитель всея ада станет мариновать курицу, кхем,- он попытался изобразить смех, но получилось больше похоже на несуразное кряхтенье. - Захотел сделать Чарли сюрприз. Она как раз скоро должна вернуться. Аластор с недоумением посмотрел на собеседника. Он всегда удивлялся столь искренней привязанности Люцифера к дочери. Королю было плевать на чужие просьбы, страдания, он мог убить любого, кто был бы ему хоть малость неугоден. Люцифер был равнодушен ко всему миру, даже к самому Аластору, но когда дело касалось его ненаглядной Шарлотты, ситуация принимала совершенно другой оборот. Казалось, привязанность к ней - единственное светлое, что было в нем. - Полагаю, Чарли крайне обрадуется такому приятному сюрпризу. Если тебе нужна помощь... - Не стоит, я уже закончил, - падший не спеша взял в руки противень и приоткрыл разогретую духовку, через несколько секунд курица оказалась аккурат в ней. Люцифер закрыл дверцу и взглянул на часы. На самом деле, Аластору никогда не импонировала Шарлотта Магне. Хоть со стороны она и казалась прелестной девчушкой, просто ангельским созданием, но (он сам не мог понять, что именно) было в ней что-то отторгающее. Эти блестящие глаза, приветливая улыбка, мелодичный и манящий голос - все это было словно умелая, но явно отдающая фальшью, игра. Радиодемон взглянул на падшего. Тот даже не соблаговолил вымыть от муки руки, так и стоял в своей белой рубашке с засученными рукавами и слегка испачканных жилетке и брюках, смотря при этом куда-то в пустоту. Будучи перфекционистом, радиодемону было эстетически неприятно на это смотреть. Быстрый взмах рукой, и одежда правителя ада стала абсолютно чистой, как и вся поверхность стола, продукты переместились на свои места, а посуда была уложена к раковину. - Я же сказал, что в твоей помощи не нуждаюсь, - Люцифер непринужденно наблюдал за проводимыми Аластором манипуляциями, - меня раздражает, когда кто-то, особенно такое ничтожное создание, как ты, ставит себя на один уровень с Властителем Преисподней, мне стоит лишь пожелать, и от твоей жалкой душонки и следа не останется. К чему все эти визиты и разговоры? Если ты не заметил, твоя персона мне совершенно не интересна. Аластор лишь широко улыбнулся на замечание собеседника. Его всегда восхищало, как Люциферу удавалось, ничуть не меняя темпа речи, так явно переменить настроение разговора. Король мог осудить демона на смерть, разорвать на куски, и при этом ни один мускул на его лице не дрогнул бы. - Впереди еще целая вечность, возможно, когда-нибудь ты изменишь свое отношение ко мне, - он уже не пытался ничего предпринять, изменить ход событий, исправить неизменное. Аластор смирился, что Люцифер такой. Однако почему-то хотелось побыть здесь чуточку дольше, запечатлеть в памяти во всех подробностях его силуэт, голос, запах. Даже учитывая, что они бессмертны и впереди их ждут бесчисленные десятки, а может и сотни лет, Аластор почему-то все равно отчаянно цеплялся за эти мгновения, которыми его удостаивал владыка ада, за каждую секунду, проведенную с ним. Радиодемону казалось, что вот-вот картинка перед ним треснет и реальность рассыпется на тысячи осколков, забирая с собой этот миг, все те мгновения, когда они были вместе, их редкие встречи, короткие диалоги, отрывистые реплики, его золотые волосы, бледную кожу и эти глаза. Аластору было бесконечно больно смотреть в них, хотелось уничтожить себя, уничтожить весь мир, все то, что принесло этим глазам разочарование, боль и сделало их такими пустыми. Был ли Люцифер когда то счастлив? Наверное, да. Еще тогда, до падения. Возможно, он даже улыбался... Аластор отдал бы все, чем он обладал - силу, власть, свою душу - лишь бы падший улыбнулся. Улыбнулся по настоящему, не оскалив зубы, растягивая в стороны уголки рта, нет, искренне улыбнулся, чтобы его глаза вновь ожили. - Кажется, ты здесь задержался, - из раздумий Аластора вывел столь знакомый и приятный его угасшему сердцу голос. - Да, в принципе, я всего лишь на минуту заглянул, не прощаюсь,- слегка поклонившись королю, Радиодемон растворился в кровавой дымке. *** Подойдя вплотную, Люцифер смерил Аластора взглядом. Его беспристрастное лицо не выражало ни единой эмоции. - Уже второй раз за этот месяц. Я сегодня не расположен никого принимать,- он провел фарфорово-бледной кистью руки по набалдашнику своей трости,- но раз ты здесь, что ж, проходи. Радиодемон уже давно заметил, что замок правителя Преисподней совершенно пуст, хоть и чисто убран. Люцифер не держал прислуги, предпочитая одиночество. Лилит с мужем не жила, впрочем, их брак был лишь фикцией для поддержания порядка в аду, хотя сама демонесса ни сколько не участвовала в процессе правления. Они прошли в огромную роскошную гостиную, в которой каждый предмет интерьера был заботливо подобран лично Люцифером. Усевшись в кресло, падший взял в руку непонятно откуда материализовавшийся, бокал вина, и, пригубив красную жидкость пригласил Аластора сесть напротив, что тот послушно выполнил. Глубоко вздохнув, Люцифер откинулся на спинку кресла и прикрыл пурпурные веки: - Ну, выкладывай, зачем пришел и что же такого важного хочешь мне рассказать, - падший поднял руку, давая знак говорить. Ох, эти прекрасные запястья, длинные тонкие пальцы и сводящий с ума, отдающийся звоном в ушах голос. У Люцифера были безумно красивые золотистые волосы, сегодня​ слегка растрепанные, несколько непослушных прядей спадали на фарфоровую кожу лица. Рубашка падшего была слегка расстегнута, тем самым оголяя белоснежную шею и идеальный изгиб ключицы. - Я хотел поговорить о твоей дочери. Ее идея с искуплением просто абсурдна, тебе стоит прекратить это. - Почему же? Ей это так нравится. И притом, в скором времени Чарли сама поймет, что сея затея бессмысленна, а пока что пусть развлекается. С какой стати тебя это беспокоит? Я приказал приглядеть за ней, а не вдаваться в подробности возможности реализации ее проекта, пусть даже той и вовсе нет. Откровенно говоря, Аластор не просто считал план Шарлотты глупым, его конкретно бесило все это, а если точнее, непосредственно то, чего он не мог понять. Людей в принципе обычно раздражает то, что они не в состоянии понять, вот и здесь радиодемона раздражало, что он не мог в полной мере понять истинные намерения принцессы ада. Хотя зачем её так называть? К чему наследники тому, кто бессмертен? Аластор усмехнулся своему неозвучеенному замечанию и вновь посмотрел на Люцифера: тому, казалось, данная беседа не приносила никакого удовольствия. - Так что же именно тебя не устраивает в идее Чарли? Вряд ли тебя волнует впустую потраченное время, все-таки у тебя его бесчисленное количество, - падший подался вперед, натянув на лицо издевательскую улыбку. Что именно? Вот на этот вопрос Аластор и не знал ответа. Кажется, он недавно говорил с Чарли о чем-то подобном. Если ему не изменяет память, это было на прошлой неделе. Они пересеклись в одном из многих коридоров отеля. Девушка бежала куда-то с бумажной волокитой, а радиодемон просто бесцельно бродил по этому не шибко то новому и ухоженному зданию. -Дела? - Дела, - по внешнему виду Шарлотты можно было с уверенностью сделать вывод, что ей необходим отдых. Аластор подошел к девушке и аккуратно взял из ее трясущихся ручек стопку каких-то журналов: - Пойдем, я заварю нам чаю,- его не особо заботило физическое состояние девчонки, но раз уж он обязался ей помогать... Чарли послушно кивнула и направилась вслед за радиодемоном в направлении кухни. Чай показался Шарлотте неимоверно вкусным, но было ли так на самом деле или же это сказался на ней крайне загруженный день и полное отсутствие отдыха, кто знает. - Это, конечно, не мое дело, но если хорошенько подумать и здраво оценить ситуацию, - Аластор внимательно посмотрел на девушку,- ты ведь и сама понимаешь, что твоя затея не увенчается успехом. Чарли возмущенно поставила кружку на стол, слегка расплескав ароматный напиток, и сказала: - Ну конечно! Все вы так думаете. Само собой, вы привыкли жить в бесконечных страданиях, все больше и больше утопая во грехе. Демоны полагают, что существующий порядок является единственно возможным и, следственно, единственно верным. Они даже не представляют, как сильно ошибаются! - Но ведь тебе не удалось их вразумить, лишь единицы согласились на проживание в отеле, и то, скорее из-за того, что оно бесплатно, а не из-за желания искупления. Как же ты собираешься осуществить задуманное, поделись со мной сим гениальным планом, - Аластор медленно покрутил в воздухе длинным пальцем, явно давая понять, что он крайне скептически относится ко всему происходящему. - Да, сейчас они меня не слушают, но кто сказал, что я выложила все карты на стол? Мы играем вслепую, соответственно, никто не имеет представления о том, какие козыри у противника. Противника? По-видимому, Шарлотта существенно переоценивает свои силы. Впрочем, это даже забавляло Аластора, такие отчаянные, но безрезультатные попытки достичь желаемого. Радиодемон в удовольствии закатил глаза, представляя, как он разрывает эту девчонку на куски, а она цепляется на крошечную надежду выжить, рыдает, молясь о пощаде. Да, наблюдать за ничтожностью других - это прекрасно. Однако он не мог себе этого позволить. Люцифер очень дорожил своей дочерью и в случае, если с ней что-то случится... Этого нельзя допустить, Аластор не поступит так с ним. - Неужто у тебя на руках четыре туза? - аловолосый насмешливо оскалил зубы, - или же ты припасла козырь в рукаве? Чарли замялась, отведя взгляд в сторону, девушка как то неуверенно ответила: - Возможно да, а возможно и нет, в любом случае, блеф, если он и есть, раскроется лишь по завершении партии,- на этих словах она встала из-за стола, скомкано попрощалась и, взяв оставленные бумаги, быстро удалилась. Казалось, Чарли что-то крайне беспокоило, а данная беседа лишний раз напомнила девушке о своих переживаниях. Но что это могло быть? Возможно, ответ на этот вопрос помог бы радиодемону прояснить сложившуюся ситуацию. - Я не знаю, - честно ответил Аластор на ответ Люцифера, - не знаю, но уверен, что сие действо чревато последствиями, если, конечно, - он многозначительно посмотрел на падшего, - ты не пресечешь это. - Я не собираюсь ничего "пресекать"- насмешливо передразнил его Люцифер, сделав очередной глоток алкоголя. - Да как ты не понимаешь? Я больше не хочу в этом участвовать! -Это был приказ, а не просьба. -Мне наплевать. -Ах, значит, наплевать?!- Люцифер вскочил с кресла, уронив на мраморную плитку пола бокал вина, - Почему ты решил, что твои слова хоть что-то значат для меня?! Таких как ты сотни тысяч, и позволь тебе напомнить - незаменимых не существует! Радиодемон тоже поднялся, ему не нравилось такое положение дел. - Запомни! Уйдешь ты, придёт другой, мне подручного найти не сложно! Внезапно не отдающий отчета своим действиям Аластор схватил падшего за запястье и со всей силы повалил того на стеклянную поверхность стола, которая сразу же разошлась множеством мелких трещин: - Ты никогда не спрашивал моего мнения, плевал на каждое слово, что я говорил, но я все равно, слышишь?!- аловолосый сильнее сжал руку правителя Преисподней,- Я все равно делал все то, что ты мне велел. Да, я молчал, я молчал, потому что знал, что все это ничего не стоит, но все же... - Гребанный ублюдок! - Люцифер ударил собеседника коленом в живот, тем самым оттолкнув его от себя, - Как тебе вообще духу хватило на подобную дерзость?! - Я не договорил,- откашлявшись от неожиданного удара, продолжил Аластор. В его голосе больше не слышались те нотки сочувствия и преданности. Беспристрастность, как маска слетела с его безжизненно бледного лица. Он что-то еле слышно прошептал, и вот, сам не заметив, падший оказался в цепкой хватке тени радиодемона, от которой не так-то просто было высвободиться. Возможно, причиной такой замедленной реакции Люцифера была неожиданность этой атаки, а может - нежданность того, что ее совершит непосредственно Аластор. Крепкие путы тени оплели тело дьявола, не давая тому даже малость пошевелиться. - Мы ведь никогда нормально не разговаривали, ты никогда не слушал, не хотел слышать меня. Ты всегда уходил от ответа, унижал и прогонял меня, грозился уничтожить... Ты никогда не доверял мне свои чувства, - аловолосый медленно провел тыльной стороной ладони вдоль четко очерченной скулы падшего. Аластор никогда не прикасался к нему. Все эти годы. Ни разу. Он просто не мог. Он бы не позволил себе. Это было бы неправильно. Но сейчас... Кожа у Люцифера оказалась действительно как фарфор, такая... Аластор не смог бы сказать ничего более точного, чем "хрупкая". Вдруг послышался треск, а затем, через долю мгновения, радиодемон почувствовал сильный и, кстати, весьма болезненный удар по голове. Оказалось, пока Аластор наслаждался красотой своей "жертвы", та уже успела высвободиться из лап тени и вмазать своей тростью по черепу радиодемона, повалив того на пол: - Кажется, ты забываешься, - перед ним уже стоял не апатичный, безэмоциональный падший ангел, а настоящий властитель ада, сеющий смерть и страдания. Глаза Люцифера сузились, на лице появился безумный оскал, а взгляд наполнился дикой ненавистью и желанием чужой крови. Падший с силой ударил Аластора под ребро, тот же прошипел какое-то проклятье в адрес дьявола, вокруг послышался звук радиопомех. Люцифер нагнулся к уху Аластора и еле слышно прошептал: «Ты просчитался», после чего сделал какое-то движение рукой в воздухе, и демон почувствовал, что он намертво прикован к холодному мраморному полу. Возможно, зря он это все начал, возможно, это было ошибкой... И когда это он стал таким импульсивным... Аластор ведь всегда четко градировал своих соперников на тех, кого он может с легкостью сокрушить, и тех, кого лучше не провоцировать, однако последних ему практически не встречалось, за исключением, конечно... - Почему ты всегда молчишь, почему не можешь высказать, что тебя так тревожит?!- хрипящим голосом воскликнул радиодемон,- ты можешь сколько угодно убивать, но это не заглушит то, что тебя снедает! Поверь, уж я-то знаю! Неужели ты не хочешь ничего изменить?! Неужели ты...!- размашистая пощечина оборвала фразу Аластора на полуслове. Лицо того было разбито в кровь, впрочем, это его не шибко беспокоило, в скором времени все равно раны регенерируются. Аловолосый поднял взгляд на Люцифера, тот, казалось, был просто в бешенстве, пальцы со страшной силой сжимали трость, рот был растянут в животном оскале. - Не стоит ставить меня на один уровень с остальными. На этот раз ты здесь жертва, и, спешу сообщить, жертва, которую я сожру с потрохами, - падший еще сильнее сократил дистанцию между ним и радиодемоном, теперь их разделяло буквально несколько сантиметров, - Твои действия не продуманы и хаотичны. Мне прям даже интересно, - Люцифер понизил голос, - что же такое абсурдное ты еще выкинешь? Аластор не смог бы с уверенностью сказать, зачем он это сделал, нет, это был не необдуманный шаг, он просто сделал свой ход, верный или нет - было уже неважно. Неожиданно подавшись вперед, радиодемон мягко коснулся губ Люцифера своими. Губы короля Преисподней были на удивление... Теплыми. В этот миг все вокруг показалось Аластору лишь страшным сном, чем-то таким туманным и далеким, и лишь это мгновение, эти губы были немыслимо реальными. Хотелось утонуть и захлебнуться в этом поцелуе, что бы это чувство пропитало все клетки тела, затронуло каждый нерв. Пожалуй, это ощущение было самое прекрасное за все время, проведенное в Преисподней... А может и не только в ней... - Достаточно абсурдно?- Аластор поднял затуманенные глаза на падшего. Прошел уже десяток секунд, они все так же молча смотрели друг на друга, никто так и не шелохнулся. Наконец падший, слегка отстранившись от чересчур близко находившегося демона, нарушил тишину: - Нет, - его голос вновь стал спокойным, а лицо приобрело безучастное выражение, - Ты чересчур сентиментален, когда-нибудь тебя это погубит. Видимо, ты до сих пор так и не понял, - Люцифер холодно улыбнулся, - В аду не существует любви, есть лишь страдания и боль, которые будут​ грызть остатки твоей души, пока и те бесследно не исчезнут. - Ты не прав. Выход всегда есть, просто порой мы не можем его увидеть, опираясь лишь на свое ограниченное мышление. Король усмехнулся: - Мне кажется или ты говоришь как Чарли? А ведь правда. Что он предлагает Люциферу? Выход? Да какой уж тут выход. Разве можно увидеть свет в беспроглядной тьме? Или это лишь иллюзия? Возможно, это попросту образ, который радиодемон материализовал в своем сознании, может, эта тьма действительно абсолютно черна... - Твоя дочь желает спасения грешников,- аловолосый еле заметно поморщился, - она хочет отправить их в рай, предполагает, что этот мусор человеческих душ там кому-то нужен. Но ты... - Ты ничего не знаешь обо мне,- казалось, в голосе падшего проступили нотки грусти, - я всего лишь неудачный экземпляр, ошибка, которую выкинули и о которой благополучно забыли, - Люцифер поднялся с пола. - Самаэль...- Аластор сам не понимал, что он собирается пробудить - воспоминания, сочувствие, понимание... Не стоило, наверное, этого говорить. - Не смей называть меня так!!- дико вскричал падший и, размахнувшись тростью, еще раз вмазал Аластору по лицу, раскроив тому в дребезги нижнюю челюсть. На белоснежную мраморную плитку пола хлынула фонтаном багряная кровь, а из глаз радиодемона непроизвольно полились​ слезы. Аловолосый истошно захрипел. - Никогда! Никогда не смей произносить это имя! Никто не имеет на это права, - Аластору показалось, что и по щеке Люцифера потекла прозрачная струйка, возможно, просто показалось, - Даже тот, кто дал мне его. Радиодемон и хотел бы что-то сказать, но за неимением возможности это сделать, просто в немом упреке уставился на падшего. - Я устал и не намерен больше говорить об этом и тратить время на такое ничтожество как ты. Ты просто жалок. Аластор почувствовал, что его тело освободилось от невидимых глазу пут. -Уходи прочь. И надеюсь, в ближайшем будущем мы не пересечемся... Зря он позволил своим эмоциям взять верх над происходящим, кто ж знает, во что в будущем выльется этот конфликт. Поднявшись с пола, радиодемон повернулся в сторону двери и, сопровождаемый кровавым следом и слегка хромая на левую ногу, пошел по направлению выхода.