Возврат

- Никогда бы не подумал, что буду рад снова проснуться здесь,- произнес радиодемон сразу, как открыл глаза. Непривычно было вновь видеть и иметь возможность произносить членораздельные звуки. Ощущения, полученные от многочисленных увечий, до сих пор не покидали аловолосого. Дабы убедиться, что все в порядке, он встал и подошел к зеркалу. Пошатнувшись и потеряв равновесие, Аластор оперся о край кровати. От чего-то в ушах сильно гудело, а перед глазами плясали бесчисленные пестрые блики. В прошлые разы было иначе. Переведя дыхание и восстановив ориентацию в пространстве, радиодемон таки доковылял до зеркала. Оно было под два метра высотой и позволяло владельцу в полной мере разглядеть все детали своего отражения. Многие демоны не любят пользоваться зеркалами, ибо те напоминают им об их истинном обличии и необратимости совершенного, однако Аластор придерживался другого мнения на этот счет. Его никогда не пугала своя нечеловеческая сущность - пепельного цвета кожа, уши, оленьи рога, которые, кстати, поначалу очень мешались. Также были небольшой хвост и копыта, которые он тщательно прятал за одеждой, как то уж чересчур это было. За последние годы, он настолько привык к своему телу, что и вовсе перестал замечать эти нюансы. Вглядевшись в свое отражение, радиодемон убедился, что всех полученных им ранее ран как будто и не было, что, собственно, вполне логично. Аластор слегка оскалился, наверное, это было что-то на подобии гримасы радости, все таки у него появился еще один шанс спасти... И тут он вспомнил. Вспомнил, что сотворил. Ему всегда было плевать на чужие смерти, почему же сейчас все так изменилось? С чего это вообще Аластор должен спасать Люцифера? Он же один из многих тысяч демонов, пусть даже и очень могущественный. Люцифер же падший ангел, идеальное сознание, даже близко не стоящее с жалкой человеческой душонкой. Однако не только эти мысли беспокоили Аластора. Он никак не мог понять, почему Люцифер не убил его сразу же? Радиодемон ведь уничтожил​ самое дорогое для падшего существо - Чарли, тот ведь души в ней не чаял. Любого другого Люцифер мгновенно бы разорвал на куски, ни секунды не раздумывая, но тогда... Аластор знал, каково это - убивать. Ты начинаешь чувствовать колоссальную силу и власть в своих руках, тебе кажется, что ты способен повелевать самым невероятным и непостижимым в этом мире - человеческой жизнью. Но, смотря на падшего, нельзя было сказать, что он получает удовольствие от данного процесса, огня алчного наслаждаения происходящим и предвкушения скорого возмездия не горело в его глазах. В них была одна лишь ненависть и боль. Прервавшись в своих размышлениях, радиодемон вспомнил, что он совершенно не задумывался о том, что будет делать дальше. Ему необходимо спасти Люцифера, но как? Если Аластор ликвидирует Чарли, падший узнает об этом и ситуация повторится, однако бездействовать тоже нельзя. Аловолосому ужасно хотелось увидеть его, пусть падший и не помнит, что произошло, но все же... От чего-то сейчас радиодемону особенно сильно хотелось побыть рядом с ним. Возможно, причиной этому была вина за содеянное, которая до сих пор терзала Аластора, а может, банальное непонимание и отчаяние, медленно подкрадывающееся к сознанию радиодемона. В текущий момент он просто вслепую дергает за рычаги, ожидая, что случится и не зная, кончится ли этот кошмар, когда ему удастся спасти Люцифера... *** Во дворе поместья Магне был сад из роскошных розовых кустов, единственных в аду. Аластор подошел к одному из них. Взяв в руку кроваво-красный цветок, радиодемон наклонился к нему. Роза источала мягкий приторно-сладкий аромат, просто немыслимый для данного места. Казалось, что эти кусты вовсе не отсюда, как-то уж чересчур они контрастировали с мертвой почвой и ландшафтом Преисподней. Выпустив из ладони цветок и повернувшись, Аластор ненароком задел соседнюю ветку. С нее упало несколько роз. Радиодемон не хотел оставлять данную оплошность неисправной. Сделав взмах рукой, он создал на их месте новые, однако они оказались отличными от прежних цветов. Эти розы не пахли. Аластор попытался снова, опять все то же. Они выглядели точь в точь как настоящие, но не имели никакого запаха. Демоны не способны создавать жизнь, они лишь могут материализовать бездушную оболочку, цветы, что создал аловолосый, были прямым доказательством​ этого. Иногда Аластор жалел, что больше никогда не сможет быть живым, не сможет ощутить дуновение ветра, почувствовать аромат свежей травы, увидеть, как под светом фонарей блестят снежные сугробы или как массивные волны бьются о скалистый берег. Хоть падшие ангелы и создали в аду мир, подобный земному, в насмешку над творением Отца, однако это было лишь жалкой копией, неудачной попыткой подражания. Тем, кто тянется ко тьме, не суждено создать что-либо прекрасное. Радиодемон еще раз бросил взгляд на цветы: жаль, все-таки, что он испортил такую красоту. *** Радиодемон постучался в массивные двери жилища короля Преисподней. Люцифер появился не сразу, возможно, он был чем-то занят: - Опять ты. - Послушай, мне очень нужно с тобой поговорить, это крайне важно. - Я так понимаю, на своих ошибках ты не учишься, - король раздраженно посмотрел на аловолосого,- говори здесь, и если я не сочту эту новость значимой, а твой визит оправданным, я сломаю тебе все конечности так, чтобы ты и доползти до дома не смог. Как бы там ни было, а пугать он умеет. - На сегодняшнем ужине Чарли вознамерилась убить тебя, я пришел, что бы предупредить об этом. - Совсем рассудок утратил? Зачем ей делать это? - Вот именно это я и желаю с тобой обсудить. - Здесь нечего обсуждать, - падший собирался было уже скрыться за громоздкими дверьми, однако Аластор поспешно добавил: - Я хочу предложить тебе пари. *** Люцифер принял радиодемона в своем кабинете, находиться в гостиной совсем не хотелось. Падшему очень​ нравились различные сделки и споры, особенно его заинтересовало подобное предложение от Аластора. В правителе Преисподней проснулась жажда азарта. - Все предельно просто: я знаю, что должно произойти - Чарли попытается убить тебя. Я говорю "попытается", потому что на этот раз ты будешь знать о ее действиях и не позволишь совершить задуманное. Если все случится именно так - я выиграю, а если же все это ложь - победителем будешь ты. - И что я от этого получу? Что мне даст выигрыш? - Любое желание. Падший скептически посмотрел на собеседника: - Но мне ничего от тебя не нужно. - Уверен? В чем смысл этого спора? Аластор ведь и так выполнял любые прихоти короля, разве что... - Ты уйдешь. - Что? Люцифер встал из-за стола и направился к шкафу у дальней стены. Достав оттуда бутылку какого-то напитка, он повернулся к аловолосому: - Ты стал чересчур близок со мной и Шарлоттой, ни один из служащих мне демонов не достигал этого. Именно поэтому я и хочу, что бы ты исчез, мне неважно, что ты будешь делать дальше. Вот мое желание​. По-видимому, падший был уверен в том, что предположения радиодемона не верны. Вернувшись обратно​ к собеседнику, он умело открыл сосуд и налил его содержимое себе в бокал: - Доволен? - Вполне. Откровенно говоря, Аластор был слегка шокирован подобным решением Люцифера, однако, разве это имеет значение в данной ситуации? - Но с чего ты решил, что мы с тобой сблизились? Люцифер, оторвался от употребления напитка и, посмотрев на радиодемона, проговорил: - Я ведь говорил уже. Ты считаешь, что способен испытывать человеческие чувства, пологая, что то, чем терзают себя люди, существует и в аду. Ты все никак не можешь понять, что, оказавшись здесь, безвозвратно утратил свою душу, ее больше нет, есть лишь грех. Теперь нас окружают нескончаемые тьма и страдания - то, чем нас благодушно, - падший ехидно усмехнулся, - одарил Создатель. - Ничего подобного я не считаю, не забывай, что я один из сильнейших демонов, мне не пристало тешить себя подобным. - Ты даже сам не представляешь, насколько жалок, - Люцифер сделал еще один глоток из стеклянного бокала и, отведя взгляд куда-то в сторону, добавил, - именно поэтому я и хочу, что бы ты ушел, я устал от твоей уверенности в том, чего нет и никогда не было. Именно в этот момент Аластор понял, чем все это время был движим - отчаянием. Он понимал, что это конец и что его история уже давно написана, поставлена заключительная точка, а книга убрана на дальнюю полку, куда уже никогда не заглянут. Все, что у людей есть - это пустые страницы жизни, которые они в праве исписать так, как им угодно. Не известно, что выйдет в итоге - невероятный роман, завоевавший внимание публики, или же неказистый рассказик, к прочтению которого никто и не притронется. Аластор желал вершить судьбы других людей, хотел быть творцом их историй, но вместо этого черкал повторяющиеся главы с бессмысленным и таким клишированным сюжетом. Люцифер прав, он жалок. - Однажды, будучи на Земле, я слышал притчу, - король Преисподней слегка подался вперед, опершись локтями о поверхность стола и скрестил фарфорово-бледные пальцы рук, - когда-то жила одна птица, которая желала преодолеть вершины самых высоких гор. Она считала всех остальных птиц не ровней себе, полагая, что именно ей уготован шанс пересечь неведомые границы этого мира. В один прекрасный день птица взлетела в небосвод. Поднимаясь все выше и выше, она всем сердцем верила, что эти крылья унесут ее в лучший мир. Вот уже птица смогла обозревать поля, леса, реки, озера, она торжествовала. Упиваясь своим величием, она направилась дальше, в непроглядную высь. Птица поднялась к вершине самой высокой горы. Она достигла того, о чем другие и помыслить не могли. Но вдруг подул сильный ветер и столкнул птицу с вершины. Ударившись о камень, она сломала крыло и, будучи больше не способной летать, начала падать вниз. Пока птица стремительно приближалась к земле, она сумела разглядеть всю ничтожность этого мира, она видела, как другие птицы парили неимоверно низко, но все равно думали, что этот полет возносит их к небесам. Они были так нелепы. Птица упала, разбившись насмерть и оставив после себя лишь лужу багряной крови. Многие впоследствии пытались преодолеть эту вершину, однако всех их сметал ветер, тот самый ветер, который не мог допустить, что бы кто-то приблизился к его величию. Ему нужно было, чтобы птицы, как послушный скот, летали у земли, слепо веря, что эти небеса - их место, счастье и предназначение. Сделав глубокий вдох, король откинулся на спинку стула и прикрыл пурпурные веки. - Но разве ветер мог допустить, что бы столь совершенное создание погибло? Птицы отличны от других существ - у них есть крылья, они единственные​, кто способен парить вместе с ветром. Остальные животные могут лишь ходить по земле и бесцельно смотреть вверх, гадая, каково же это - летать, - Аластор подошел к Люциферу и сел на край столешницы. - Таких птиц, как она, сотни тысяч, смерть одной ничего не изменит... - Это не так. - Что ты имеешь в виду? - Эта птица достойна парить, - у радиодемона словно ком горле встал, ему было чертовски сложно произнести это, - я все бы отдал, что бы она вновь взлетела, пусть у меня тоже нет крыльев, пусть я лишь жалкий звереныш, которому никогда не суждено подняться в небо... Я бы... На поверхность стола упало несколько прозрачных капель. Люцифер в недоумении взглянул на аловолосого. Он просто не находился с ответом. - Мои действия не смогут ничего изменить, но я просто не могу смириться с тем, что ты в это веришь... - Ошибаешься, - падший уже не пытался скрыться под маской безразличия, он просто говорил, кажется, даже искренне,- я давно уже разбился, зачем крылья тому, кого не существует... Почему ты плачешь? Аластор только сейчас заметил, что по его щекам текут слезы, он не знал, почему это происходит, но и не мог остановиться. От чего-то было невыносимо больно. Затем произошло то, чего аловолосый никак не мог ожидать, Люцифер встал и, подойдя, обнял его. - Прости, прости, что не могу спасти тебя, - радиодемон обнял падшего в ответ, ему захотелось сказать что-то тому, но он не мог подобрать правильных слов. - Я тебя не понимаю. Почему ты все это делаешь? Почему не перестаешь верить, даже когда надежды и вовсе нет...? Внутри Аластора что-то сломалось, он больше не мог, не мог бороться. Он всегда был таким сильным, он вершил судьбы других людей, решал, жить им или умереть, но сейчас... Радиодемон уткнулся макушкой в подбородок Люцифера и еле слышно проговорил: - Я сам себя не могу понять. Ему показалось, что хватка падшего стала крепче, и, взглянув на него, Аластор крайне удивился - глаза Люцифера были мокрыми. - Я говорил, что в аду не существует любви, так же как и сочувствия... Не сказав ни слова, аловолосый невесомо коснулся губ падшего своими. Было даже приятнее, чем в прошлый раз. Казалось, сейчас Люцифер и вовсе не против происходящего. Через несколько секунд падший ответил на поцелуй, он будто бы сомневался, стоит ли. Прижавшись плотнее к телу Аластора, король медленно провел языком по сухим губам демона, а затем проникнул им внутрь, сделав поцелуй более пошлым и интимным. Потом падший неожиданно впился острыми клыками в мягкую плоть, по подбородку аловолосого потекла бордовая кровь. Радиодемон запустил руку в белокурые волосы короля Преисподней, и о, какие же они шелковистые! Было чертовски тесно и жарко, но радиодемону нравилось, нравилось быть так близко к нему, ощущать, касаться, это было просто восхитительно. Аластор знал, что это ни к чему не приведет, но отчаянно желал насладиться моментом чуть дольше. Через несколько минут, а может чуть больше, дьявол отстранился: - Ты был единственным, кто до сих пор верит, - он аккуратно поправил сместившуюся в сторону бабочку радиодемона и, вздохнув, отошел от него, вернувшись за стол, - но как долго ты будешь верить... - Почему вы разошлись с Лилит? Возможно, этот вопрос был неуместен, однако аловолосому очень хотелось узнать ответ на него. - Она любила того меня, каким я был раньше, не понимала, что Самаэля больше нет. Лилит прекрасная женщина, и возможно, я тоже когда-то к ней это чувствовал, но это было так давно. - Если бы ты не верил, то не боролся бы, - Аластор поправил манжеты рубашки и провел рукой по взъерошенным волосам, - мне пора идти, Чарли скоро посетит мое жилище с целью пригласить на ужин с тобой. Нельзя было с точностью сказать, о чем сейчас​ думал Люцифер, как относился к предположению аловолосого касательно своей дочери. Он вновь надел на себя маску безразличия. *** Будучи дома, Аластор почувствовал себя куда лучше, чем когда только проснулся, он даже смог продолжить прочтение одной из своих книг, посвященных периоду Великой Депрессии. Но его прервал стук во входную дверь. Само собой, радиодемон знал, кто это. Заложив нужную страницу, он пошел в прихожую. - Здравствуйте, принцесса. - И тебе здравствуй, Аластор, - Шарлотта улыбнулась, - Я тебя сегодня не видела, вот и решила зайти. Ты не будешь против, если я попрошу составить мне компанию за ужином с отцом? На Чарли было все тоже темное платье, приталенное изящным серебристо-золотым поясом. - С удовольствием. *** За ужином Аластор решил действовать как тогда, когда Чарли убила Люцифера в первый раз. Полагаю, нет смысла рассказывать про данные события, ибо ничего нового не произошло. Однако диалог девушки и радиодемона в западном крыле поместья Магне стоит осветить. - И каковы были твои мотивы пригласить меня сюда?- на этот раз аловолосый решил сам подойти к сей теме. - О, я ждала, что ты спросишь, - Шарлотта одобрительно взглянула на Аластора,- если ты еще не забыл наш недавний разговор про мой план реабилитации грешников, то я бы хотела заявить, что знаю, как его реализовать. - И как же? - Как наследнице трона, - девушка гордо вскинула голову, - если отец решит отойти от дел, бразды правления перейдут мне... Она что, заучила эту фразу? Радиодемон усмехнулся. Он больше не намерен проигрывать. - Я заинтригован. - Согласились, Люцифер был никудышным королем, и если мы его свергнем... - Чарли на секунду замялась, будто бы в ней что-то боролось, но потом, вновь приняв невозмутимый вид, продолжила, - мы будем вместе править, ты поможешь мне направить все эти неприкаянные души на верный путь, мы спасем их. - Я согласен. - Правда? - по-видимому, принцесса ожидала большего скептицизма со стороны Аластора. - Да, почему бы и нет, я буду обладать властью над всей Преисподней, - аловолосый раскинул в стороны руки, дабы показать грандиозность сей идеи. - Прекрасно, тогда подожди меня здесь, я... - Нет уж, раз я решил помогать тебе, то пойду с тобой, мало ли что. - Не стоит, ты можешь все испортить, - Чарли подошла к Аластору ближе, наверное, боясь, что их услышат, хотя тут никого не было, - доверься мне. *** Несмотря на свое беспокойство, радиодемон не последовал за Шарлоттой, сейчас главное, чтобы Люцифер понял истинные намерения своей дочери. Аластор предупредил падшего и, следовательно, тот будет внимателен к проискам Чарли. Радиодемон надеялся, что он будет внимателен. Как и тогда, примерно через полчаса аловолосый отправился обратно по направлению к гостинной. В комнате было тихо. Открыв двери, он прошел внутрь. Почему то свет был выключен. Аластор оглядел комнату. Окна распахнуты, часть мебели перевёрнута. Что здесь произошло? - Ты был прав. Радиодемон вздрогнул от неожиданности. Голос раздавался со стороны балкона. Сделав несколько шагов, он заметил что-то громоздкое, валяющееся около дивана. Присмотревшись, Аластор узнал Чарли. На ней не было крови или же увечий, хотя платье в некоторых местах оказалось порвано. Она была мертва. Рядом лежало еще одно тело. Вегги. У той в свою очередь был пробит череп и явно сломана не одна кость. Аловолосый подошел к королю. Он стоял, опершись о перила балкона, и смотрел куда-то вдаль, его глаза были пустыми, как когда падший убивал Аластора. - Мы ведь не обговорили условия, если выиграешь спор ты. - Их нет. - Вот как, ну что ж, как хочешь. Неужто Люцифер убил Шарлотту? Радиодемон не ожидал такого развития событий. Но при взгляде на падшего нельзя было сказать, что он опечален случившимся.... - Я бы хотел побыть один, будь так любезен уйти, - никаких эмоций, кроме разве что... Разочарования. Радиодемон не стал прощаться, как и не стал говорить что либо. Ему не было жаль Чарли, она получила то, что заслужила, а он же в свою очередь, спас Люцифера. Все происходит именно так, как должно быть. *** Будучи у себя дома, аловолосый много размышлял, листал свои старые записи. Он не совсем понимал, что сейчас чувствовал. Вроде бы ему стоит радоваться, что проблема ликвидирована, но Аластора терзали сомнения, которые он никак не мог объяснить. Поздним вечером на радиодемона нахлынула страшная усталость, и он решил, что было бы неплохо немного поспать. *** Проснувшись, Аластор ощутил сильную головную боль, в ушах звенело. Встав с кровати и пройдя немного вперед, радиодемон потерял равновесие и с грохотом свалился на пол, все тело жутко болело. Пока Аластор падал, он свалил несколько книг, лежащих на столе. Радиодемон посмотрел на одну из них, ту самую, что он читал прошлым вечером. Закладки в ней не было.