Платок

Чимин узнал, что повелитель Мин устраивал тот ужин как раз перед тем, как отправиться в завоевательный поход на врага своего. Парень вовсе не смыслит в этом ничего, поэтому большей информации, выкладываемой Хосоком, омега и не стремился запомнить. Он до сих пор помнит свою радость от увиденного украшения и улыбается каждый раз смотря на него. Мин находится на поле боя уже несколько дней, однако хорошие вести о завоевании вражеской крепости уже разносились по всему дворцу и шум из пушек, в честь повелителя конечно же, заполнил все пространство вокруг. Чимина же это радует по другой причине. Поставленные повелителем задачи выполняются достаточно быстро, что говорит о его скором возвращении, но от одних мыслей у фаворита уже голова идет кругом, поэтому с самого утра он ходил из одного угла комнаты в другой и собирал весь хаос от противоречивых чувств у себя в голове, раскладывая по полочкам. -Чимин-а, мне сказали, что ты звал меня? –после стука Хосок вошел в открытые слугами двери. -Ох, Хосок-щи, спасибо, что пришли. Я…Я хочу написать письмо повелителю, его можно будет доставить ему лично в руки? –омега мялся на месте чувствуя себя максимально неловко и смущенно под пристальным взглядом старшего. Разум бьет тревогу и беглой строкой просит остановится думая, что это явно плохая затея для фаворита, который возомнил себя кем-то большим, нежели является на самом деле, а сердце подсказывает, что именно так и нужно поступить, и парень вновь начнет спать более спокойно и тревожащие мысли покинут юную голову. -Ради этого ты меня позвал? Отправим, не переживай, я пойд…-Чимин быстрым шагом подошел к Хосоку, тем самым перебив его, и взял его за руку, пристально смотря прямо в глаза. -Меня научили говорить на этом языке, Хосок-щи, вот только уроки письма мне даются весьма трудно, могу ли я попросить вас об одолжении помочь мне с этим? –все еще не отрывая пронзительного взгляда от мужчины, парень все крепче сжимал его руку. - Помогу я, помогу. Ах, Пак Чимин, а ну немедленно отпусти мою руку, иначе писать будет нечем. –юнец радостно закивал голов и словно засиял изнутри. По приказу Хосока, в покои омеги доставили все необходимые принадлежности: чернила, перо, бумага, воск и печать. Аккуратными иероглифами на бумагу переносились все чувства омеги, которые он даже не пытался скрыть. Чувства выводились в красивые слова, а предложения были наполнены всей полнотой эмоций Чимина, всей присущей ему изящностью, именно той, которая влюбила в себя повелителя. Два листа желтой плотной бумаги были полностью исписаны и переполнялись искренностью юного сердца. Красивая печать на только-только расплавленном воске уже начинала подсыхать, а Чон улыбался и поднял взгляд на омегу. -Ах, Чимин-а, когда ты научился так красиво говорить? – Хосок все не унимался. С каждым новым предложением, исходящим из уст Пака, мужчина улыбался все шире и вздыхал все глубже, казалось, что все внутри него точно также трепещет, как у юнца. -Я не учился Хосок-щи, это как-то само получается. –неловко улыбнувшись, парень покрутил в руках тонкий браслет и думал о последнем вечере, проходящим в покоях повелителя. -Айщ, все, я сегодня же передам это гонцу и его доставят как можно скорее.

* -Письмо повелителю! –молодой паренек-бета останавливает коня рядом с шатром Мина, быстро соскакивает с седла и кланяется перед правой рукой государя. -Здравствуй Ену, повелитель сейчас занят, обсуждает дальнейшее продвижение войск с командующими, с чем пожаловал? Что-то срочное из дворца? –бета молча протянул конверт с красной печатью Намджуну и почтенно поклонился. -Намджун-ним, письмо из гарема, к сожалению, не знаю, о чем оно. -Из гарема значит. Что-то новенькое…-ненадолго задумавшись, Ким оглядел паренька с опущенной головой и продолжил. –Оставайся здесь до утра, отдохни, повелитель к утру напишет ответ, отвезешь его во дворец. --Слушаюсь. – парень поклонился и покинул Кима вместе со стражей, сопровождающей его к другому шатру. Альфа заходит в шатер повелителя только вечером, когда все переговоры о новом наступлении завершились. -Повелитель Мин. –опущенная голова Юнги, рассматривающая карту, поднялась на Намджуна. –Письмо, Ену говорит, из гарема. -Давай сюда. – Тяжело вздохнув, парень откинулся на большом стуле и протерев глаза, Мин взял конверт из рук Кима и только распечатав его, он почувствовал свежий запах омеги, который заставил альфу взбодриться и с нетерпением раскрывать листы. «Мой повелитель, свет моих очей. Знали бы вы, как бьется сейчас мое сердце, как трепещет оно в груди моей, вот-вот выпрыгнет из нее! Каждый раз, слыша ваше имя в стенах этого дворца чувствую, что медленно он становится клеткой для меня, ведь вас нет рядом. Никакие подарки, никакое золото не сможет заменить вашего отсутствия! Я чувствую, как в груди разжигается пожар, от одной мысли о вас, о ваших прикосновениях. Думы о вашем скором возвращении позволяют не стать заложником своих прекрасных снов о вас, а вести о ваших победах радостной улыбкой расцветают на моем лице. Хочется вновь ощущать ваше горячее дыхание на своей шее, ваши чувственные прикосновения, которые отдаются приятным покалыванием во всем теле. Прошу, боль расставания убивает меня с каждой секундой все сильнее, молю спасите меня, не задерживайте своих ответов, хотя бы так, я успокою свою мечущуюся душу. Все что вы захотите, только скажите, я исполню чего бы мне это не стоило. Я стану для вас луной, солнцем или же звездами, я приду к вам в сон и прокричу любое признание любви. Ваш вечный раб, Пак Чимин» Уголки губ молодого повелителя с каждой строчкой поднимались все выше, а глаза сверкали все ярче. -Чимин, что же ты творишь…-радостно выдыхая протянул Мин.- Ты уже приходишь во сна мои… -тихо добавил он.

* Хосок врывается в покои Чимина весь взбудораженный новостью о приходе ответного письма от повелителя Мина, который может не отвечать даже своей матушке, не говоря уже о простых наложниках. -Чимин-а, вставай, радостная весть пришла. –мужчина пытается отдышаться и протягивает ответное письмо Паку. Омега лишь завидев конверт подскочил на своей кровати и запнулся о свои подушки. -Тише, тише, еще не хватало разобьешься здесь. –омега выхватил бумагу из рук Хосока и с упоением вчитывается в каждую строчку. «Пак Чимин, яркая звезда в ночи моей Надеюсь, что ответ дойдет до гарема так быстро, как только сможет, не хочу чувствовать твои муки и по приезду видеть твое прекрасное лицо уставшее от страданий. Меня завидев у порога, прошу я, милый, улыбнись. Словно свет свечи в ночи, ты манишь меня и указываешь на верный путь. Прошу, но не приказываю, ведь знаю, что любую просьбу ты выполнишь безотказно, не грусти и не тоскуй, мы вернемся так скоро, как только сможем. Я вернусь к тебе и вновь мы проведем вечера вместе, и под светом луны засияет твой прекрасный лик, который снится мне каждую ночь. Твой повелитель Мин».