Осень в Нью-Йорке

      Невыносимо было видеть, как она целует этого приторно-идеального Дэвида Прайса в губы. Невозможно было не заметить ее тихую злость при взгляде на Брэндона.       Она забавная, когда вот так вспыхивает от ярости. И чертовски хороша в этом красном платье. Признайся сам себе, Брэндон, ты сделал это специально: позвал финансиста в бар, приглашая «оттянуться» вместе. Ты хотел, чтобы пришла она. Тебя мало заботит веселье Прайса. Лишь она одна.       С появлением Мишель парень абсолютно забыл о наличии спутницы, которую пару часов назад снял у себя в клубе.       Еще и девушкой своей представил. Ну ты и кретин, конечно.       Вообще он плохо представлял, что будет говорить и делать, когда они с Мишель снова окажутся на одной территории. План был максимально тупой, но Брэндон остро ощущал физическую потребность быть с ней рядом.       Трудно объяснить самому себе, что чувствуешь, если никогда не испытывал этого раньше ни к одной девушке. В одном он был уверен на все сто процентов — нужно найти способ узнать ее телефон или адрес студии, оказаться с ней наедине, чтобы попытаться выяснить все раз и навсегда.       Навсегда — такое пугающее слово для Брэндона. Настолько пугающее, что стальная броня вылезла сама по себе. И он больше не вынесет смотреть на то, как эти тошнотворные голубки лапают другу друга в самом центре зала.       — Здесь становится слишком скучно, не хочешь немного развлечься? — он обратился к сидящей рядом Лоле. Девушка с самого первого момента их знакомства пожирала его тело своим хищным взглядом.       — Думала, ты уже и не спросишь, — надув губки, сказала она.       Резко схватив эту молодую дурочку за руку, Брэндон уверенным шагом повел ее в сторону мужского туалета. С силой втолкнул ее в тесную кабинку и запер дверь на хлипкую щеколду. Шум бара приглушался журчанием воды в умывальниках и мужскими голосами, изредка доносящимися из дальних углов туалета. В глазах у девчонки плясали озорные черти: для нее это было маленькое приключение с красивым парнем на вечер. Это как раз то, что нужно было им обоим. В особенности Брэндону.       Без лишней скромности Лола подошла еще плотнее и погладила его промежность через ткань джинсов. Она облизнула свои губы, похожие на лопнувшую виноградинку, и взглянула на Брэндона исподлобья.       — Трахни меня! — она выдохнула это прямо в губы парня. Он уже задыхался, все его тело трепетало. Но это были не те ощущения, как от взгляда серых глаз Мишель. Это была животная страсть: она билась, сильная и тяжелая, похожая на злобу.       Брэндон схватил девчонку за бедра и резким движением повернул к себе спиной, впечатав в кафельную стену кабинки.       — Аах… да ты любишь пожестче, малыш? — она возбужденно выдохнула и изогнулась в пояснице, прижавшись к внушительно выпирающему сквозь джинсы члену Брэндона.       Странная смесь слепой ярости, ревности и звериной похоти полностью завладела ими. Он задрал подол ее клетчатой юбки, оценив наличие чулок.        Практичная, сучка. И такая доступная, как гамбургер в забегаловке. Не ровня Мишель.       Коленом он раздвинул жилистые ноги Лолы, отодвинул кружевную ткань трусиков и резко вошел в нее одним пальцем. Она уже была достаточно мокрой и вертела своим задом, призывая к активным действиям. Брэндон проворно достал из заднего кармана бумажник, выудил шелестящий сверток с защитой и двумя пальцами раскатал его по всей длине своего пульсирующего достоинства.       Блондин снова сильнее впечатал тело девушки в стену, его руки проворно проникли ей под футболку. Обхватив ее за грудь, ощущая прикосновение набухших сосков, Брэндон одним толчком резко вошел в нее. Словно нанося удары молота по наковальне, он впечатывался в ее текущее лоно. Равномерными движениями вперед и назад всем телом. При каждом его движении она тихо стонала. Через несколько минут он уже трахал ее быстрее и глубже, грубо сжимая руками ее ягодицы. Словно каждая фрикция помогала забыть Мишель. Лола стонала все сильнее и громче. Казалось, весь бар слышит эту дикую еблю.       Надеюсь, что ты слышишь, Мишель.       Вдруг Лола почувствовала, что в ней нарастает волна сумасшедшего удовольствия, от которого ее тело содрогнулось, и задрожали колени. Девушка плотно сжала бедра и издала протяжный, не сдерживаемый стон. Брэндон вышел из нее, брезгливо выкинул в урну презерватив и развернул к девушку себе лицом. Он давал понять, что еще не закончил. Понимая его вполне однозначный намек, запыхавшаяся и раскрасневшаяся девушка присела на корточки и взяла член Брэндона в свой влажный рот. Он властно схватил ее кудрявые волосы и намотал себе на кулак. Парень нещадно трахал Лолу в жаркий рот, не давая передышки, от чего слезы выступили из ее темных глаз. Издав низкий рык, он обильно излился ей на язык.       Моментальное чувство отвращения, жгучий стыд и желание провалиться под землю накрыли Брэндона, смазав впечатления от желанной разрядки. Еще никогда в жизни он не чувствовал себя настолько паршиво. Внутри все разрывалось от убогости ситуации, от того, насколько жалкой попыткой привлечь внимание к себе обернулась эта авантюра.       — Это было настолько жарко, красавчик. Может, повторим как-нибудь? — Лола вставала с колен, поправляя свою одежду.       — Эм, не думаю, — он на минуту замолчал, потерев двумя пальцами переносицу, будто смахивая наваждении. — Да и тебе это неинтересно, я же понял. Пойдем, еще немного посидим, выпьем, и я должен уехать. — Парень потёр ставшие влажными ладони о ткань своих джинс. — И еще: возможно, для тебя сейчас сказанное прозвучит максимально тупо, — он поправлял растрепавшиеся волосы. — Можешь кое-что сделать? С меня проходка в вип-зону клуба.

***

      Они вышли следом друг за другом с небольшой задержкой и снова вернулись за столик. Раскрасневшаяся Мишель щебетала с Дэвидом: она активно жестикулировала своими изящными руками, заливисто смеясь. Прайс восхищенно смотрел на нее и гладил плечо большим пальцем руки. От этого зрелища стало еще паршивее. Брэндон снова почувствовал укол ярости (ревности?), и в области груди зажгло огнем.       Да чтоб тебя, Мишель! Что ты делаешь с моими мозгами? С моим телом?       Вот она подняла серые глаза на Брэндона и словно сканером оценила их с Лолой внешний вид. На секунду губы Мишель дрогнули при виде Андерсона. Если бы взгляды могли убивать, то эта Беретта выстрелила прямо ему в лоб, убив с первого выстрела. Взгляд серых глаз девушки исказился секундной болью, но потом сменился жгучей, как перец Чили, ревностью. Этот тяжелый взгляд сложно было выдержать, но именно он окончательно убедил Брэндона в очевидном: еще ничего не кончено, она испытывает чувства к нему. Эта перестрелка длилась не дольше трех секунд.       Ты моя, Лапуля. Ты моя долбанная Вселенная.

***

      Мишель, держа за руку Дэвида, выходила из бара. Мысли снова бродили в нестройном хороводе.       Брэндон играет с тобой, продолжает мучить и нарочно злит, Мишель. А ты как дура последняя — введешься и реагируешь. Это пора прекращать.       — О чем задумалась, котенок? — голос Дэвида выдернул из тревожных мыслей.       — Да так. Я вот думаю, как смогу прожить целую неделю без тебя, — хореограф остановилась и встала напротив, слегка наклонив голову.       — Милая, это последняя такая командировка в этом году. Не успеешь соскучиться, обещаю, — сказав это, он нежно притянул Мишель за талию и погладил по щеке.       — Ловлю на слове, мистер Прайс.       Она чуть привстала на цыпочки и нежно прикусила его нижнюю губу. Их лица разделял лишь небольшой просвет, в котором был виден тусклый свет фонарей. Дэвид наклонился чуть ближе, сокращая этот разрыв, которого вскоре совсем не стало. Его губы нежно прижались к ее, сплетаясь в беззаботном поцелуе.       Прохладный ноябрьский воздух поднимал опавшие разноцветные листья и кружил их, превращая в маленькое торнадо.

***

Музыка эпизода в студии: Apologize — Timbaland feat OneRepublic Dusk Till Dawn — ZAYN, Sia

      Неделя началась без Дэвида, а Молли отпросилась с ночевкой к подружке, так что вечер был абсолютно свободен. Мишель решила провести этот понедельник в студии, отдаваясь любимому делу — танцам.       Около 6 вечера она попрощалась с последней группой и решила посвятить оставшееся время оттачиванию своего и без того высокого мастерства. Девушка подошла к музыкальному центру и включила расслабляющий бит. Музыка звучала не слишком громко, Мишель начала медленно двигаться в такт. В пустом зале среди множества зеркальных отражений она изливала свою душу в танце, осознавая свои чувства к двум мужчинам. Да, она призналась сама себе, что мечется меж двух ярких огней.       Дэвид был надежным, любящим, с ним все происходило естественно и так по нормальному. Брэндон же оставался неисправимым ураганом, который следует только по ему одному известному плану, сметая эмоциями от происходящего все на своем пути. Он как комета, которая, сжигая атмосферу, проносится с огненным хвостом и оставляет на небе яркие вспышки. И их невозможно ни вытерпеть, ни забыть. Больше всего на свете, она боялась сделать неверный шаг и сгореть в этом пламени.       Мишель кружилась по паркету, лишь изредка останавливаясь и выполняя замысловатые пируэты.       Как вообще можно было рационально объяснить эти чувства, когда вас притягивает друг к другу как магнитом. Вы делаете нестерпимо больно и снова ищите взгляд этого человека в толпе, надеясь на встречу. Неправильная химия. Не так все должно быть!       Она рухнула на пол, обняв колени руками. Слезы брызнули из её серых глаз.       — Чего расселась, Лапуля? — голос Брэндона, стоящего позади нее, произвел эффект разорвавшейся бомбы.       Мишель резко вскочила, но тело не слушалось, и она чуть было не упала на паркет снова. Сильные руки подхватили девушку и аккуратно продолжали держать.       — Эй, тут у тебя звезда упала, можно желание загадаю? — он смотрел на Мишель бесстыжими голубыми глазами, довольно ухмыляясь.       — Как ты… — Мишель заикалась и не верила своим глазам. Осторожно вынырнув из объятий, она встала напротив блондина, скрестив руки на груди.       Ее лицо еще было мокрым от слез, но это волновало сейчас меньше всего.       — Зачем ты здесь?       — Мне кажется, что все слишком очевидно, Мишель.       Он сейчас меня по имени назвал? Дело, определенно, дрянь.       — Я сейчас не буду оправдываться за свое поведение, но просто выслушай меня. И постарайся не перебивать: мне и так охренительно тяжело подбирать слова.       — У тебя пять минут. Я вся внимание, — Мишель изображала слабое подобие самообладания.       — Хах, ну хоть сразу не послала, это радует. Я не понимаю, что происходит со мной, когда ты рядом. Ты та, кто видит меня насквозь без этой чертовой брони. Ты единственная, кто попытался понять и, возможно, даже простить мое идиотское поведение, — он тяжело дышал и было видно, сколько реально сил Брэндон прикладывает, чтобы все это говорить ей прямо в глаза. — Я чувствую потребность в тебе, понимаешь? Это до усрачки меня пугает, Мишель. После смерти отца я понял, что ничего в жизни не бывает навсегда, ведь только самый близкий человек сможет причинить тебе нестерпимую боль. И я боюсь, прячусь за ширму равнодушия, кажусь полным козлом, — его глаза немного потемнели, приобретая оттенок бездны океана. — Но я хочу, чтобы ты была со мной, Мишель. Почему? Я задаюсь этим вопросом, и у меня нет на него ответа. Я просто физически не могу без тебя.       — Ты закончил? — сухо спросила Мишель.       Слезы градом продолжали литься по ее щекам. Она обхватила себя обеими руками, пытаясь успокоить мелкую дрожь в теле.       — Скажи мне, Брэндон, я для тебя что-то вроде трофея? Или игрушки, которую отобрали из-под носа? Может, тобой движет спортивный интерес? — голос девушки становился громче. — Какого черта я должна со всем этим делать, а?       Их взгляды встретились. Мишель замерла в ожидании ответа, трепеща всем телом. Сердце переполняли смешанные чувства, и оно бешено стучало в горле. Брэндон подошел на опасно близкое расстояние. Он ощущал аромат ее тела, который сводил с ума. Тело Мишель пронзило сильной дрожью. Прикрыв глаза, она продолжала стоять, еле дыша. Холодные пальцы Брэндона скользили по ее лицу, вытирая мокрые дорожки. Он запустил одну руку в светлые волосы, коснувшись шеи, другой приподнял подбородок. Мишель стояла, не открывая глаз: дыхание сбивалось и становилось прерывистым, а сердце пропускало удары один за другим. Их губы неминуемо соприкоснулись. Мишель даже не пыталась отстраниться. Пару секунд они оба так и стояли: Мишель с закрытыми глазами, и Брэндон.       — Скажи, что я тебе безразличен, и ты ничего не чувствуешь ко мне, — он сказал это с такой мольбой в голосе, что Мишель от шока открыла глаза. Она все еще чувствовала на себе его горячее дыхание.       Господи, это невыносимо, Мишель! Я чувствую, как начинаю терять контроль.       Лицо Мишель не выражало никаких эмоций, словно вся невозмутимость мира сейчас заключалась в ее хрупком теле. Она сделала глубокий вдох и жадно впилась Брэндону в губы. Он страстно ответил на поцелуй. Его язык скользнул между ее губ, жадно ища ее язычок, лаская его.       Не разрывая поцелуй, он взял ее обеими руками за талию, вжимая в себя так сильно, словно хотел слиться с ней в единое целое и раствориться в этой женщине. Мишель запустила свои тонкие руки в волосы Брэндона, притягивая его к себе еще ближе и углубляя поцелуй.       Вселенная сжалась до размера двух людей посреди танцевального зала. Воздуха катастрофически не хватало. Дыхание Брэндона стало прерывистым, а из горла Мишель вырвался протяжный сладкий стон. В одно мгновение, ее словно ударило током, и она резко отстранилась.       — Нет, это неправильно! — она выпалила это дрожащим голосом. — Я так не могу! — она растерянно посмотрела на ошалевшего Брэндона, схватилась за голову и отвернулась, снова задрожав от рыданий.       Ну уж нет, Лапуля! Больше я тебя не отпущу.       Молчание стало невыносимым. Он подошел сзади и тихо обнял ее за плечи, прижав к себе так сильно, словно она сейчас испарится.       — Как же ты мне нужна, Мишель!       Он уткнулся носом в ее шею, вдыхая самый лучший аромат на свете. Мишель положила ладонь на его руки. Они стояли так, вцепившись друг в друга, посреди танцевального зала, отражаясь в зеркалах. В сумке Мишель зазвонил телефон, вернув их в реальность.       — Дай угадаю, Прайс?       В глазах Мишель застыла немая паника.