Ананасы

Как только ночь вступила в свои полномочия, я медленно побрела в сторону комнаты Александра, зная, что этот напыщенный индюк сейчас сидит в саду и, потягивая ананасовый фреш, читает какую-то книгу.        Вообще, Александр не вызывал у меня никаких подозрений и я даже не сомневалась в том, что он не причастен к смерти моей тётушки, но любопытство брало надо мной верх, и я не могла устоять перед возможностью не покопаться в его вещах и не нарыть что-нибудь интересное. Нильсен — загадка вселенского масштаба в этом чёртовом доме, а я, как главный детектив, должна была удовлетворить свое желание знать все про всех. Поэтому сейчас, под покровом ночи, я словно охотник, вышедший за своей добычей, прокрадываюсь в комнату к мужчине, максимально непринуждённо совершая простые маневры, чтобы не вызвать ни малейшего подозрения. Шаг, ещё один, и ещё парочка, и вот я стою у своей цели, нервно оглядываясь по сторонам. Вроде бы взрослая девушка, недавно лишившаяся любимой тётушки, пережившая смерть родителей, а занимаюсь черти чем.        Ладно, спишу все на наличие стресса и шоковое состояние.        В комнате Александра царит чистота, и я даже слегка завидую ему. Вот действительно, воспитание диких королей, не иначе. Включаю фонарик, который захватила с собой, и провожу им по всему помещению. Ничего необычного на первый взгляд. Достаю из заднего кармана латексные перчатки, чтобы не оставить улик и, тяжело вздыхая, принимаюсь к более тщательному изучению объекта.        Ничего лишнего в комнате Александра нет, что, несомненно, является плюсом. Провожу аналогию и понимаю, что в моей комнате много ненужных вещей, от которых стоит избавится. Ставлю плюс в графу о том, что нашла ещё одно преимущество от своего идиотского расследования.        Лунный свет пробирается сквозь плотную ткань штор и я безумно рада, что мои глаза не страдают от кромешной тьмы, которую не спас бы ни один тусклый фонарик. Провожу руками по стенам, шарю на столе и проверяю шкаф. Ничего необычного, поэтому я успеваю даже разочароваться, что не накопала что-нибудь интересненькое. Мне же явно не хватает приключений на свою задницу, поэтому я не отступаю.        Опускаюсь на корточки и замечаю, что в кровати спрятано несколько встроенных ящиков. Без лишних мыслей открываю один и мои глазки распахиваются настолько сильно, что готовы вылететь из орбит, потому что весь ящик забит ананасами. Тут не меньше десятка этого сладкого фрукта, и моя голова никак не может принять то, что я вижу перед своими глазами.        И зачем он хранит ананасы у себя в комнате? Надеюсь это не то, о чем я подумала.        Мой юный внутренний сыщик в смятении, потому что, если бы я увидела тут целый арсенал оружия, то удивилась бы меньше, чем долбанным ананасам. Миллион вопросов и ни одного ответа. Мгновенный шок сменяется размышлениями по этому поводу, и меня злит, что ни одного разумного вывода я не могу сделать из увиденного. Тоже мне, детектив, мать твою, Харрис. Удовлетворила свое желание?        Загадка вселенского масштаба — это мягко сказано. Конечно, у каждого свои скелеты в шкафу, и скелетами Нильсена оказались ананасы. Ловлю себя на мысли, что в этом доме живут одни сумасшедшие: то тётушка хранит лук в своём письменном столе, то Александр ананасы в ящике, одни кулинары собрались, ей-богу. Правда с трудом верится, что тётушка решила приготовить овощное рагу на подоконнике своей комнаты под палящим солнцем, а Александр каждое утро руками выжимает сладкий сок из любимых фруктов. Хотя, знаете, я уже ничему не удивлюсь. Стою, как вкопанная, и не понимаю, что делать дальше. Либо забыть все, либо перебирать всевозможные варианты и отыскать самый похожий на правду. Понимаю, что не успокоюсь, пока не докопаюсь до истины, хватаюсь за голову и присаживаюсь на мягкую кровать, вглядываясь в одну точку. Нашла себе ещё одну проблему на свою пятую точку, как и хотела. Мысли материальны, честное слово.        Молодец, Агата.        Только этого тебе ещё не хватало.        Из пелены размышлений меня в одну секунду вытаскивает скрип двери. Не успев ничего сделать, я вскакиваю с кровати, и вижу перед собой надменную улыбку Александра, который, оперевшись об дверной косяк, скрестил руки на груди и вскинул брови, рассматривая меня с головы до ног.        И тут я понимаю, как по-идиотски выгляжу сейчас в его глазах. В пижаме, в латексных перчатках и с ананасом в руках. Не знаю, о чем он думает, но я бы, глядя на всю эту картину, посчитала бы себя сумасшедшей. Хотя, может так и есть.        — Только не говори, что ты пришла пожелать мне спокойной ночи и решила своровать мои ананасы, чтобы приготовить себе на ночь смузи.        Чёрт, именно это я и хотела сказать. Мои глаза бегают по всей комнате в попытках придумать какое-нибудь наиболее адекватное оправдание, но в голову лезет один бред. Александр ухмыляется, облизывает свои губы и продолжает с вызовом рассматривать меня, в ожидании моих слов.        — Черт, комнаты перепутала. — Серьёзно? Боже, прикрываю глаза, чтобы не сгореть от стыда и глупо улыбаюсь, стараясь выглядеть максимально спокойно. Перепутала комнаты в собственном доме. На месте Александра я бы давно уже вызвала психиатра и увезла себя в лечебницу, потому что нормальному человеку такой бред в голову не придёт.        — Да что ты? — Его смех проникает в каждую клетку тела, в очередной раз подпитывая мои размышления о том, какая же я дура. — У тебя весь мозг в жопу ушёл, что ли?        Сочту за комплимент. Хмурюсь и тяжело вздыхаю, понимая, что нужно сваливать. Медленными шагами подхожу к Александру, протягиваю ему ананас и набираю темп, но сильная мужская рука останавливает меня, закрывая за собой дверь.        Ну все, попала.        — Ну что, мисс-я-люблю-проникать-в-чужие-комнаты, как тебя занесло сюда?        А я даже не знаю, что и сказать. Только сейчас замечаю, что стою, прижатая к стене, а расстояние между нашими лицами критически малое. Сглатываю ком в горле и стараюсь не сойти с ума окончательно, чтобы не потерять здравый рассудок.        — Ты, конечно, можешь считать меня законченной дурой, но мне просто было интересно, что ты хранишь у себя в комнате.        Александр кивает головой, натягивая свою фирменную ухмылку на самодовольное лицо. Я стараюсь не врезать ему, потому что знаю, что это льстит мужчине. Моя заинтересованность в его комнате только подпитывает его убеждения, что он мне нравится, и я, черт возьми, не могу с этим поспорить.        — Удовлетворила свое любопытство?        Его тело буквально наваливается на меня и я чувствую, как возбуждение растёт в геометрической прогрессии.        — Любопытство удовлетворила. — Шёпотом произношу я, добавляя в мыслях, что только это и осталось удовлетвореным. Дыхание становится прерывистым, и я готова поклясться, что Александра это ещё больше заставляет потешить свое самолюбие.        — Отлично. — Его хриплый голос проникает в сознание и словно тянучая карамель обволакивает мои ушки, оставляя сладкие следы в сознании. Его рука хватает меня за горло и это становится выше моих сил. С пухлых губ слетает тихий стон и я прикрываю глаза от накатившей волны возбуждения. — Какой у меня сексуальный партнёр. И такой непослушный.        — Тогда тебе следует наказать его.        Его рука сильнее пережимает моё горло, а влажный язык вырисовывает разные узоры на тонкой шее. Внутри меня все горит, а трусики уже можно выжимать, потому что чёртов Нильсен возбуждает похлеще, чем самые горячие парни с порнхаб. Александр бесцеремонно проникает рукой под мои шортики, оттягивая их в сторону и входит в меня двумя пальчиками, дразня ещё больше. Мои стоны нарастали с каждым новым толчком, и если бы не губы Александра, которые накрыли мои, весь дом бы сейчас стал свидетелем наших не детских игр. Нильсен до боли прикусывает мою нижнюю губу, оттягивая её и проводит влажным языком, зализывая ранку. Воздуха становится катастрофически мало, но я даже не в силах пошевелиться, потому что Нильсен взял инициативу полностью в свои руки, не давая мне возможность сделать хоть что-нибудь.        — Сегодня ты будешь послушной девочкой, Агата, так ведь?        Властный тон мужчины заставляет мои коленки подкоситься от невероятного наслаждения. Я быстро киваю головой и замечаю опять эту идиотскую самовлюбленную ухмылку. Александру, несомненно, нравится доминировать и мой ответ явно пришёлся ему по душе.        — Это лишнее. — Он резко стягивает с меня нижнее белье, оставляя в одном топе от пижамы. Похотливый взгляд пробегает по всему телу и я замечаю, как моя грудь тяжело поднимается и опускается под натиском каждого глотка свежего воздуха, которого практически не осталось в этом душном помещении. Александр резко разворачивает меня к себе спиной, прижимая к холодной стене и я чувствую, как его возбужденный член упирается мне в ягодицы.        — Чувствуешь это?        — Да, папочка.        Он хватает меня за волосы, оттягивает мою голову и приближается к ушку, тяжело дыша в него.        — Какая хорошая девочка.        Я вся дрожу. Александр мучительно медлит, и я не в силах больше терпеть это. От ожидания я почти стону, но мужчина не даёт мне даже шанса, крепко прижимая всем своим телом.        — Пожалуйста, Александр…        Он проводит своими руками дорожки по моей спине, опускаясь ниже, и играет с клитором, попутно оставляя на шее ядовито-фиолетовые отметины. Я всхлипываю и до крови прикусываю свои губки, чтобы мне окончательно не сорвало крышу.        — Александр… прошу…        — Тише, партнёр. Повтори.        — Пожалуйста…        — Ещё раз.        — Пожалуйста, папочка…        Он ухмыляется. Я слышу, как растегивается его ремень и прикрываю глазки в ожидании самого сладкого. Ещё секунда и мужчина без прелюдий входит в меня, шумно выдыхая. Александр грубо закрывает мне рот рукой, проталкивая два пальца внутрь. Я слегка посасываю их, выпуская стоны от наслаждения из губ и жадно хватая воздух. Нильсен набирает темп с каждым толчком, впечатываясь своим пахом в мою задницу и оставляя громкие шлепки от соприкосновения двух горячих тел. Его руки блуждают по моему телу, оставляя красные отметины от хлестких ударов, а язык проводит полосы по всей спине, заставляя её прогибаться от нарастающего чувства сладкой истомы. Я вся пылаю, внутри живота затягивается тянущий узел удовольствия, а вырывающиеся стоны сливаются в воздухе с хриплыми вздохами мужчины, создавая невероятную атмосферу. Александр резко выходит и одним движением разворачивает меня к себе, прерывая телесный контакт.        — Хочу видеть тебя сверху.        Я хмыкаю и толкаю Нильсена на кровать, устраиваясь на нем поудобнее. Ну что же, играем по моим правилам? Ногти впиваются в его широкую спину и я набираю темп, прыгая сверху. Александр приоткрывает губы, чтобы впустить в лёгкие воздух, но я быстро перекрываю их своими губами, соединяя их в страстном поцелуе. Мужчина грубо хватает меня за ягодицы, помогая насаживаться на член, и я зарываюсь носом в его шею, оставляя на ней лёгкие поцелуи. Сейчас не существовало никаких проблем, и даже чёртовы ананасы вылетели из моей головы. Я была сконцентрирована только на том, чтобы получить удовольствие самой и доставить его этому идиоту Александру.        Дьявольски горячему идиоту Александру, на секундочку.        С каждым новым толчком я чувствовала, что достижение пика не за горами. Нильсен не расслаблялся ни на секунду и не сдавал позиции, его грубые движения и резкие рывки только помогали достичь блаженства.        — М-м-м, не останавливайся, пожалуйста… — я еле как вырвала из себя слова, которые сбивали мои громкие стоны.        — Ещё раз, Агата.        — Не останавливайся, папочка.        Ещё секунда и моё тело, натянутое словно струна, расслабляется, дрожа от оргазма. Александр грубо притягивает меня к себе и выпускает стон прямо в губы, оставляя рваные поцелуи на них. Он резко выходит из меня, ставит на коленки и я обхватываю его возбужденный орган губами, умело двигаясь по нему вдоль. Его тяжёлое дыхание только сильнее возбуждает меня снова, и я готова поклясться, что он подорвал во мне фитиль, который распластал оргазм от одного его наслаждения по всему моему телу. Сладкая жидкость разливается у меня во рту и я чувствую, как извилистый член дёргается в попытках удержать это чувство как можно дольше. Александр хватает меня за талию и мы вместе летим на кровать, уставшие и обессиленные.        — Кстати, именно для этого я и храню ананасы.        Ну наконец-то последний пазл встаёт на свое место. По крайней мере, хотя бы этот вопрос больше не будет меня мучить.