Общая тайна

Ему было тепло. Спиной Макс оказался прижат к стене, с которой их разделяло мягкое одеяло, а с другой стороны его прижимало теплое тело Андрея. Авдеев заворочался, что-то сонно бормоча себе под нос, и Макс обнял его за талию. Рука сама скользнула под футболку, и парень ощутил подушечками пальцев горячую кожу. Андрей прижался крепче, втянул голову в плечи, явно не желая отпускать остатки сна, и ткнулся лицом в шею Максиму. Макс ощущал, что начинает гореть. Сзади одеяло, спереди теплый, как чертова батарея, Авдеев, теперь еще и потоки чужого горячего дыхания раскатывались волнами по телу, заставляя содрогаться. Андрей прижался ближе, и Макс почувствовал, как его губы касаются ключицы. - Если не спишь, так и скажи. - Мне и так хорошо. Авдеев слегка прикусил кожу на ключице Макса и провел по ней кончиком языка. Максим рывком подался в сторону, подминая Андрея под себя. Он оказался сверху, немного поерзал, расправляя одеяло, и внимательно вгляделся в лицо Авдеева. Веки парня дрогнули, и тот нехотя приоткрыл один глаз. - Ну что? - щурясь, поинтересовался Андрей. - Что ты хочешь? - Тебя. Максим улыбнулся. Ответ получился сам собой, он был искренним и будто естественным, так и должно быть. Он почувствовал, как Андрей обнимает его за талию и забирается руками под футболку, а затем стягивает ее. Макс приподнялся, позволяя раздеть себя, и Андрей прижался губами к его голому плечу. Находиться с кем-то столь массивным оказалось... странно. Они умудрялись вдвоем уместиться на одноместной кровати, и это даже не создавало никаких неудобств, но все равно было непривычно прижимать к себе кого-то крупного, твоего же телосложения. Андрей словно почувствовал смущение парня. Его руки замерли, и Максим смог выровнять дыхание, которое сбилось из-за чужих прикосновений. - Что тебя грызет? - мягком спросил Андрей. - Я убил человека. На лице Авдеева отразилось непонимание. Он переместил одну ладонь на затылок Морозова и притянул его к себе, целуя в губы. Макс с силой вцепился поцелуем в губы Авдеева, не столько лаская его, сколько причиняя боль. Андрей вскрикнул и дернулся, не в силах сбросить с себя Максима. В голове у Морозова прозвучал выстрел и его собственный крик... ... Макс подскочил на кровати и резко сел. Сердце колотилось, словно безумное. Он поежился, запустил руки себе под футболку, трогая взопревшую разгоряченную кожу, которая, казалось, еще хранила прикосновения Андрея. Он огляделся, но спальня была пуста. Постель Андрея - аккуратно застелена, самого Авдеева в комнате не было. Вся футболка Максима была пропитана потом. Он откинул в сторону одеяло и спустил ноги на пол. Лишь после этого парень понял, что что-то не так. В штанах было странно влажно и скользко. Морозов похолодел, уже зная, что именно с ним произошло. Идиотские сны!.. С ним даже в тринадцать подобного не случалось, хотя тогда гормоны пёрли через край, как и у любого мальчишки его возраста. С другой стороны, до недавних пор у него под рукой всегда была Даша, их близость началась достаточно рано, чтобы он мог усмирить уровень тестостерона с ее помощью. Теперь Даши не было, а вот раздражающие факторы остались. И гормоны тоже никуда не делись. Мысленно проклиная себя за расшалившееся подсознание, Макс встал с постели. Он воровато оглянулся, выглянул в коридор, проверяя, не возвращается ли Авдеев, и закрыл дверь на ключ. Еще одна тряпка в списке ручной стирки, которую нужно ото всех скрыть!.. Лишь переодевшись, Макс с облегчением выдохнул, но дверь отпирать не торопился. Авдеев свинтил к сестре, а в его распоряжении комната, значит, нужно заняться делами. На секунду подумалось, что пустая комната и возможность запереться, не боясь внимания учителей, - это хорошая возможность снять напряжение, чтобы в дальнейшем не снимать его во сне прямо в штаны. Но эту мысль Макс откинул - у него были дела важнее. Морозов заглянул под кровать, ища завернутое в полотенце ружье. По спине пробежался холодок. Ружья под кроватью не было. Макс судорожно вспоминал, куда мог его приткнуть, вернувшись вчера в комнату. Проверил шкаф, заглянул под другие кровати, за батарею - везде было пусто. Под ноги подвернулся рюкзак, который тоже оказался пуст - вся химия, которую он вчера утащил из кладовки, куда-то исчезла. Парень упал на кровать, чувствуя, как лицо покрылось холодным потом. Дышать стало тяжело, стук сердца глушил все звуки из вне. Максим обхватил ладонями голову и глухо застонал. Он позволил себе отвлечься, забыть, что на нем висит преступление и улики, указывающие на него. Позволил себе думать, что может пренебречь опасностью и насладиться просто пребыванием здесь, переключиться на совершенно дурацкие мысли об Авдееве... Еще совсем недавно его преследовали кошмары, где за ним приходит наряд полиции. Сегодня он проснулся со спермой в штанах и ощущением, что совсем недавно тискался с Андреем под одеялом. Буквально за пару дней у него все приоритеты перевернулись с ног на голову, и стало совершенно невозможно разобраться, что же для него все-таки важно, а что - второстепенно. От тяжелых мыслей Макса отвлек стук в дверь. Настойчивый, грубый. Он смешался со стуком его сердца, и парень не сразу понял, что стучат снаружи. На негнущихся ногах Максим дотащился к двери и отпер ее. На пороге стоял взволнованный Андрей. Авдеев одной рукой придерживался за косяк и опирался подмышкой на костыль, а в другой держал чашку чая. - Какого хера ты заперся и не отвечал? - недовольно спросил он. - Не хватало еще, чтобы на мой стук сюда люди сбежались. Андрей каким-то образом умудрился протиснуться в приоткрытый дверной проем, не расплескав чай и не навернувшись со своим костылем. Макс закрыл за ним дверь и машинально провернул ключ в замке, запирая ее. - Ружье пропало, - мертвым голосом сообщил Морозов. По комнате поплыл приторный и слегка тошнотворный аромат ромашки. Авдеев кое-как дохромал к своей кровати, поставил чашку на тумбочку и сел. Он вытянул ноги, размял ту, что была перебинтована. - Ну да, - спокойно кивнул он. - Это я его взял. Макс тупо уставился на друга, словно впервые его видел. - Как - взял?.. - повторил он. - Зачем? Андрей пожал плечами. - Ты делаешь глупости, - без обвинения в голосе констатировал Авдеев. - Макс, я же вижу, как тебя подкосила эта история с ружьем, ты не справляешься... - Это не тебе решать! Авдеев покачал головой и пододвинулся к стене, опираясь на нее спиной. Выглядел он усталым и потрепанным, даже больным. Андрей взял с тумбочки чашку и пригубил чай. Внимание Максима привлек серый росчерк на его костяшках - грязь. - Ты спускался в подземелье? - прямо спросил Морозов. - Нет, - покачал головой Андрей. - А куда ты ходил? - Я бы далеко не ушел. Маша, - коротко ответил Авдеев. - Слушай, это не важно, важно то, что оружие спрятано, отпечатков нет. Даже если его найдут, тебе ничего не грозит. Максим тряхнул головой. Он не мог понять, какого черта вообще пересеклись Андрей и уборщица. Все это начинало напоминать ему хренов заговор, в котором он, Макс, выступает пешкой, за которую решают все, кому не лень. - Что за бред, - пробормотал Морозов. - У тебя руки грязные. Где ты был? Андрей хмыкнул и криво ухмыльнулся. - Бегал, - сообщил он. - Что за допрос? Ты назначил себя моим надзирателем? - Мамочкой, блять, - рыкнул Макс. - Я серьезно спрашиваю. Где ты был и какого хрена впутал в это Машу? Ответом ему стал тяжелый вздох. Андрей смотрел на друга, словно на несмышленого ребенка. Весь его вид так и кричал: для тебя стараются, обеспечивают тебе лучшую жизнь, а ты недоволен и постоянно пакостничаешь. Макс побледнел. Ему казалось, что он всё это читает на лице Авдеева. В один момент Морозов вскочил с кровати и подлетел к Андрею, опасно нависнув над парнем. Макс был человеком чести, но ровно до тех пор, пока кому-нибудь не удавалось его вывести. Когда же это случалось, он вполне мог ударить лежачего. - Я еще раз спрашиваю, - преувеличенно спокойно произнес Максим. - Как ты состыковался с Машей? Где ружье? И где был ты, если его прятала Маша? Он зло прищурился, глядя на заметно спавшего с лица Авдеева. До того начало доходить, что злой Максим - это не то, с чем стоит находиться в одном помещении. Особенно с раненой ногой. Невольно Андрей съежился и попытался отползти, но спиной уже упирался в стену. Чашка в его руках выдавала нервную дрожь, и Андрей поспешил поставить ее на тумбочку. Макс не мешал парню избавиться от посудины, но это было максимальное проявление его свободы. - Мне еще раз повторить? - вкрадчиво поинтересовался Морозов. - Прекрати так делать, ты выглядишь невменяемым. Андрей смотрел на него чуть исподлобья, ощущая себя как никогда уязвимым, а Макса - опасным. Было неприятно находиться в столь плачевном положении, но с этим ничего нельзя было поделать. Если бы не нога, Андрей смог бы дать отпор, а так... Авдеев раздраженно повел плечами, задетый собственной беспомощностью. Максим наклонился ниже, и теперь их лица были на одном уровне. Глаза Макса будто потемнели от гнева, и Андрей уже был не рад и тому, что Морозов "опустился" до его уровня. Ей-богу, лучше бы так и стоял в полный рост. Так хотя бы кожу не обжигало горячее дыхание. - Я был в лесу, - выдохнул Андрей. - Молодец, - похвалил Максим. - И что ты там делал? Андрей нервно сглотнул. Он чувствовал, как спина покрылась испариной, и теперь к ней липла тонкая футболка. - Закапывал сломанную треногу от камеры. На лице Морозова отразилось недоумение. - Вот как, - протянул он. - Андрей, а какого хуя, а?.. Макс был удивлен такому ответу, но отступать не собирался. Андрей глубоко и судорожно вдохнул. - Треногу и камеру брала когда-то Вика для съемки фильма, тренога осталась у девочек в комнате. Я взял ее, сломал. И отнес закопать в лес, завернув в полотенце, - принялся объяснять он, старательно подбирая слова, чтобы ничего не упустить. - Я закопал ее не слишком далеко. В это время Маша вернула ружье на место. Поэтому если кто-то за мной следил и решит выкопать оружие, чтобы снова тебя шантажировать, то он найдет только сломанную треногу, которую я якобы сломал и пытался спрятать. А ружье будет на своем законном месте без отпечатков. Андрей украдкой перевел дыхание и старался не смотреть Максу в глаза. Было неприятное ощущение, словно он обязан оправдываться за то, как именно спасал другу задницу. - Надо же, - удивленно хмыкнул Максим. - Хорошо продумано. Ты постарался или Машка? - Я. Повинуясь странному порыву, Максим протянул руку и погладил Андрея по щеке внешней стороной пальцев. Щека хоть и выглядела гладко выбритой ощущалась слегка колючей, и это было странно. Он привык чувствовать под пальцами только нежную женскую кожу, а теперь испытал нечто новое, но почему-то естественное. Похоже, сказывался сон - Максим будто привык во сне прикасаться к Авдееву, и теперь, наяву, это казалось обычным делом. Андрей, не ожидавший такого жеста, нервно дернулся, и Макс поспешил убрать руку. Он и сам не понимал, что спровоцировало его на такие нежности. - Спасибо, - коротко бросил Максим. Он выпрямился и собирался было вернуться на свою кровать, но почему-то передумал. Макс и сам бы не смог объяснить, что им двигало, но он опустился на кровать рядом с Авдеевым и сел в непозволительной близости, прижимаясь плечом к плечу друга. Стена приятно холодила спину, но это не спасало от ощущения жара, исходившего от чужого тела. - Я действительно начал срываться из-за этой ерунды, - тихо признался Максим. Андрей улыбнулся одними уголками губ. - Я заметил. - Извини, что тебе досталось, - неожиданно для себя проговорил Морозов. Андрей удивленно покосился на парня. - Мне казалось, что я огребал не за это, - заметил он. - Тебя беспокоило кое-что другое. Андрей всеми силами старался игнорировать то, что Макс прижимался плечом к его плечу. Футболка не скрывала всю руку, и Андрей мог ощущать теплую кожу друга без преград. - Я... Если бы не это, я бы не так бурно реагировал, - нехотя признался Макс. - Просто как-то навалилось. - Навалилось? - переспросил Авдеев. - На тебя навалилось, а я должен терпеть твои срывы, оскорбления и рукоприкладство, так? Макс шумно сглотнул. Он хотел взглянуть на Авдеева, чтобы понять, действительно тот зол или просто занимается воспитанием друга. Но почему-то решимости повернуть голову не хватило. В какой-то момент Максим ощутил себя... Морозовым. В полной мере ощутил крест фамилии на своих плечах. Некстати в голове возник образ отца, заносившего руку для удара. Максим дернулся. Он не хотел быть похож на отца, но почему-то стал его копией. Такой же раздражительный, взрывной, бескомпромиссный и... жестокий. Жестокий по отношению к тем, кто старается для него, и, что хуже, к тем, кого он якобы любит. Андрей был его другом, близким человеком. Андрей спас его задницу тогда перед началом каникул и продолжал делать это по сей день, несмотря на свою больную ногу и отвратное поведение Максима. Андрей заслужил хотя бы извинений. - Прости. Он нашел пальцами ладонь Авдеева, но так и не решился взять его за руку. У Андрея была крупная ладонь с длинными пальцами, совсем не похоже на женские. - Я не злюсь, - как-то отстраненно ответил парень. - Скажи, тебя сейчас чувство вины гложит? - Ну, да, - нахмурился Максим. - Только чувство вины? - переспросил Андрей, сделав акцент на первом слове Он все же повернул голову и теперь искоса смотрел на Максима. Во взгляде парня читалось ожидание. Макс шумно выдохнул. От Андрея волнами исходило тепло, и Максима от этих волн бросало то в жар, то в холод. Он нашел в себе силы посмотреть на Андрея и теперь не мог отвести взгляд. А Андрей всё ждал ответа. - Нет, не только, - выдавил, наконец, Макс. - Есть еще кое-что. Андрей слабо улыбнулся. Было видно, что он испытывает облегчение. Он перевернул ладонь и сжал пальцы Максима своими. Макс осторожно, будто боясь собственных действий, ответил тем же. - Не так уж и страшно, правда? - мягко поддел его Авдеев. - И не так уж унизительно. - Я сломаю тебе вторую ногу, - угрюмо предупредил Макс. - Тогда придется носить мне завтрак, обед и ужин в постель. И помогать мне добраться до душевой. Не говоря уже о том, чтобы развлекать меня, пока я изнываю от скуки и собственной беспомощности. Первое волнение явно отпустило Авдеева, и тот теперь откровенно зубоскалил, наблюдая за Максимом, чьи уши все еще горели огнем. - Что ж ты распизделся-то... - А ты заткни меня, - посоветовал Андрей. - Хотя нет, знаешь, лучше не надо. Иначе тебе придется стирать еще одни штаны. Максим вздрогнул и перевел на Андрея затравленный взгляд. Авдеев все так же широко улыбался. - Знаешь, я могу найти причинно-следственную связь между тем, как ты во сне зовешь меня, а потом валяешься с влажным пятном на штанах, - подмигнул Максиму Андрей. - Можешь оценить мою доброту, я тебя утром прикрыл одеялом, когда уходил.