Формула магии

      — Я только сейчас понял, что у тебя только одна кровать.       — Чёрт, надеялся, что ты заметишь это через неделю или две. Или никогда.       Лежать друг напротив друга, не занимаясь ничем пошлым, для Тэгуна было ещё более смущающе. Он терялся от ласкового пристального взгляда Воншика и постоянно пытался придумать темы для разговоров, лишь бы только эта тишина не была такой тягучей, будто бы просящей поцелуя. Наверное, нужно было встать и уйти куда-то в другую комнату, но мышцы после тренировочной битвы болели, да и незапланированная перевозка вещей из квартиры в дом Воншика серьёзно утомила обоих мужчин. После такого Тэгуну абсолютно не хотелось шевелиться. Проще было терпеть то, как его с любопытством разглядывают, едва ли не с ног до головы.       Воншика же совершенно не смущала сгущающаяся то и дело тишина. Наоборот, в ней он, казалось, слышал не только чужое дыхание, но и сердцебиение. Он мог поклясться, что чувствует чужую панику. Такую же лёгкую, как удары крыльев бабочки по паутине. Нет, ему абсолютно точно не хотелось чувствовать себя охотником, заманивающим жертву в свои сети. Но так уж выходило. Тэгун очень подходил для роли невинной добычи.       — Через сколько придут наши друзья? Хакён сказал, когда он их соберёт?       — Примерно через час.       — Так скоро?! Нужно что-то приготовить!       — Не нужно. С них доставка еды и напитков, с нас — красочные истории.       И опять тишина. Тэгун поёжился, отчётливо чувствуя, как та ложится к нему на плечо. От этого ощущения хотелось закутаться под одеяло, но они лежали на не расправленной кровати. Да и прятаться в постели, будучи полностью одетым, было странно даже для Тэгуна. Поэтому он просто прикрыл веки, стараясь хотя бы таким нехитрым образом избавиться от ощущения, будто его касаются взглядом. В темноте ощущения только усилились.       — И всё-таки это немного неправильно, — с сомнением протянул Воншик, заставляя Тэгуна широко раскрыть глаза от удивления.       — Ты тоже так считаешь?! Боги, как же я рад, что не один я думаю, что всё это слишком быстро! Наше сближение… И эти чувства…       — Подожди, ты о чём? — смутился Воншик. — Я говорил о нашей работе в Подземельях. О наших ролях. Неправильно, что у тебя она одна, а у меня — другая.       — Но ведь всегда должно быть так. Есть Источник, а есть Видящий. Это прописано во всех доступных к прочтению книгах. Другого просто не дано.       — Уверен? — Воншик приподнялся на локте, в его глазах плескался азарт. — Да, первоначально заданы одни роли. Более близкие по людям по характерам, возможно. Но ведь никто не запрещал пробовать меняться, что скажешь?       — Не думаю, что правильно понял тебя, — ох, нет. Тэгун прекрасно понял, к чему клонит мужчина, а потому неосознанно стал пятиться назад, норовя упасть с кровати. — Нельзя менять то, что заложено природой!       — Природа — это один из идеальных примеров постоянной изменчивости, — возразил Воншик. — Она делает всё, чтобы доказать свою силу так или иначе. Это не всегда заметно сразу, но всё-таки… Чтобы быть сильным, нужно уметь меняться. Уметь быть разным.       — Мы только начали, и я не думаю, что настало время для экспериментов… — Тэгун отполз ещё на пару сантиметров и обязательно бы грохнулся, не обхвати его за талию Воншик. Мужчина одним рывком вернул Тэгуна на кровать и навис сверху, сжимая его запястья над головой.       — Не думай. Просто представь. Что ты станешь делать, если противники будут со всех сторон? Если зажмут тебя в не самом удобном положении? — и, будто бы усиливая эффект от своих слов, Воншик навис ещё ближе, ловко раздвинул чужие ноги коленом. — Что если противники окажутся за спиной? Выберутся из-под земли или нападут сзади с потолка? В таком положении лучше, чтобы мы сражались спина к спине.       — Но Источник… — Тэгун зажмурился, не готовый к такому напору.       — Я тоже смогу стать Видящим. Если ты позволишь.       — Воншик…       — Мы должны попробовать.       — Ким Воншик… не говори, что…       — Трахни меня, Тэгун! — Воншик светился от счастья, довольный своим предложением, как чем-то поистине гениальным. Тэгун видел это теперь, осторожно приоткрыв глаза. Над ним не шутили. Воншик действительно хотел этого, а у Тэгуна от представления этой идеи на деле волосы на голове вставали дыбом и искрились множеством маленьких искорок. Он был слишком напряжён и до последнего надеялся, что Воншику не хватит духу огласить эту догадку вслух. Но её напарник был смелее, чем можно было предположить прежде.       — Это не так-то просто, знаешь ли, — осторожно попытался подобрать слова Тэгун. — То есть, конечно, для тебя может и просто. Но у меня не было подобного опыта и я не готов заниматься этим прямо сейчас.       — Конечно, не сейчас, — закивал участливо Воншик, видя в чужих отговорках обещание. — Сейчас к нам придут друзья. Да и усталость после пережитого дня никто не отменял. Чуть позже. Тем более… мне тоже потребуется небольшая подготовка. У меня давненько никого не было, знаешь ли.       На последних словах Воншик расплылся в самой похабной улыбке, на какую только был способен. Да и вид смущённого Тэгуна доставлял ему едва ли не физическое удовольствие. Поэтому он ослабил хватку, отполз в сторону и наблюдал за мужчиной с нескрываемым обожанием. Его не ударили током, а значит, предложение не вызвало в Тэгуне какого-то критического уровня возмущения. А значит, у него был шанс. А что до написанного в книгах… Воншик всегда относился со скепсисом к этим «знатокам магии», которые предпочитали проводить время за расписыванием теории без проверки оной на практике.       — Не смотри на меня так, — наконец, решился огласить давно крутившуюся на языке просьбу Тэгун. — Мне неловко.       — От чего? — прекратить подначивать Чона было попросту невозможно.       — От твоего взгляда, от твоих предложений, от того, как ты пытаешься забраться мне в голову и узнать всё-всё! — вспыхнул Тэгун, нервно поправляя взлохмаченные волосы и начиная мерить комнату шагами.       — Про голову было лишним. Сейчас я честно не пытался подглядывать. Да и тем более… для этого нужен физический контакт. А ты сбежал от меня.       — Мне нужно в душ! — опомнился Тэгун, принимаясь копаться в сумке со своими вещами в поисках полотенца. — И тебе, кстати, тоже. Вся эта перевозка вещей по жаре оказалась очень выматывающей. Следует освежиться, прежде чем…       — Это предложение? — Воншик приподнял бровь и, так и не вставая с кровати, принялся показательно медленно расстёгивать рубашку.       — Воншик!       На этот раз за возгласом мужчины последовала парочка разрядов электричества. Оно синими искорками вырвалось откуда-то из лопаток Тэгуна и с устрашающим потрескиванием поползло к лампам на потолке.       — Ладно. Понял. Перегнул палку. Ты идёшь первым, — приглашающим жестом указав в сторону двери, Воншик совсем по-детски спрятал голову под подушку.       Тэгун же помедлил уходить. Он ждал, что за перьевым мешком Воншик попытается скрыть свой смех или ещё какие-нибудь колкие фразочки. Но тот продолжал лежать на спине без движения. Его ноги были чуть согнуты, а потому острые колени особенно хорошо проступали под тонкой тканью джинс. Их хотелось ощутить под ладонями. Сжать посильнее, развести в стороны, припасть к обнажившейся грудине поцелуем. Хотелось с нажимом провести по рёбрам и впиться пальцами в нежную кожу напряженных боков. Хотелось…       Воншик осторожно отодвинул подушку в сторону, не веря собственным ощущениям. Тэгуна не было в комнате. В ванной шумела вода. Ему показалось. Но прикосновения были настолько живыми, что хотелось в ту же минуту ворваться к Тэгуну в душевую и начать выпытывать, что это было. Воншик сдержался. На самом деле или лишь в сознании его партнёра, этот порыв существовал. А значит, мог повториться уже более осознанно.              В доме Воншика снова было шумно. На этот раз все собрались в зале и расположились прямо на полу у кофейного столика. На нём с трудом вмещалась вся еда, но так, в полумраке, делиться впечатлениями было куда более удобно. В особенности Тэгуну, который не мог не ощущать себя невестой после первой брачной ночи. «Ну как? Ну как тебе?», — так и читалось в их голодных довольных глазах. Конечно, к Воншику у них были те же вопросы, но он оказался куда более словоохотлив и выдавал всё сам.       — Я определённо напишу об этом песню! — говорил Ким порывисто, когда простых слов на описание произошедшего не оставалось.       — О, буду ждать этого шедевра с нетерпением, — едва ли не хлопал в ладоши Санхёк, всегда с восторгом встречающий творения любимого Рави. — Думаю, это будет что-то мощное!       — Или же до удивительного лиричное, пронизанное десятками художественных сравнений и метафор, — едва ли не пропел Хакён, не сводя хитрого взгляда с Тэгуна. — А что нам насчёт этого поведает Видящий?       — Наверное, ты уже готов набросать первые главы к своей книге? — предположил Хонбин, подкармливая Нану вкусняшками со стола.       — Не так сразу, — нервно хихикнул Тэгун, в последнее время совершенно забывший о своих писательских фантазиях. — Ещё недостаточно информации. Пока только заметки и наброски. Мы даже в настоящем бою себя не попробовали. Опасаюсь, что монстры в реальном Подземелье будут менее предсказуемыми.       — Кстати, а почему вы себя не попробуете в исследованиях? — Воншик кивнул на собравшихся. — Вы же все нашли свою пару раньше нас, но до сих пор не удосужились побывать в центре… Хакён? Ты что им до сих пор не рассказал, что ли?!       Судя по тому, как Хонбин и Санхёк смотрели на Хакёна, он им действительно ничего до этого момента рассказывать не собирался. Теперь же, стараниями чуть захмелевшего Воншика, ему приходилось отвечать на бесконечные вопросы, чуть обиженных такой секретностью друзей. Хакёну приходилось сознаться, что, да, он нашёл свой Источник. Приходилось открывать, что это мужчина и… этого вроде как было достаточно.       Тэгун поочерёдно с опаской косился на всех собравшихся. В особенности сложно ему было не пялиться на Санхёка. Мог ли тот догадаться, в чём подвох? Мог ли понять, почему сейчас так немногословен вечно болтливый Хакён? Тэгун надеялся, что нет.       — Мы встретились случайно. Ему эти способности ни к чему. Да мне самому без них также есть чем заняться. Так что эти Подземелья и прочие приключения не для меня. Мне просто нравится быть… эффектным, — на последнем слове Хакён, не удержавшись, щёлкнул пальцами, призывая маленький язычок пламени. То задержалось над его кожей лишь на пару мгновений и погасло, не оставляя после себя даже дымка.       Санхёк нахмурился.       — Как ты взываешь к стихии, если твоего источника нет рядом?       — Понятия не имею, — легко соврал Хакён. — Возможно, в моём случае, а может, и в остальных тоже, магия имеет что-то вроде накопительного эффекта. Тэгун, как ты думаешь?       — Согласен, — участливо кивнул Тэгун, вспоминая, как мог пользоваться отголосками стихии спустя несколько дней после первого расставания с Воншиком.       — Между прочим, ты должен был узнать это раньше, Санхёк, — вмешался Хонбин. — Ты ведь тоже не часто таскаешь своё растение с собой. Неужели, тебе ни разу в такие моменты не пришла в голову мысль воспользоваться своими способностями хоть для шалости?       Санхёк пробубнил что-то согласное в ответ, но точного ответа не дал. А потом рассмеялся звонко, но чуть наигранно.       — Я ещё не настолько пьян для разговоров о себе. Поэтому предлагаю ещё раз выпить за наших друзей, состоявшихся в качестве Источника и Видящего теперь уже официально, — с этими словами Санхёк приподнял бутылку с пивом в приветственном жесте, а после залпом осушил её всю. Его пример оказался заразителен, все остальные, кроме Наны, повторили его небольшой подвиг. — А теперь, извините. Я должен покинуть вас буквально на пару минут.       Санхёк поднялся из-за стола и, захватив свою ветровку, неровной походкой отправился на улицу. Хакён помедлил лишь мгновение, а после пошёл за ним следом.       — Ну а как же ты, Хонбин? — продолжил прерванную тему Воншик. — Не хотите с Наной составить нам компанию в покорении Подземелий? Думаю, вода и электричество при правильной комбинации могли бы дать прекрасный убийственный эффект.       Тэгун вынужден был согласно кивнуть. Умом он понимал, что Воншик прав. Он даже смог представить несколько возможных общих атак и ловушек, которыми бы они обезвредили орды мелких существ или парочку гигантских. Но на сердце у него снова заскреблись кошки. Он любил Хонбина, как друга, но ему не нравилось, как Воншик хочет сблизиться с ним всё сильней. К его безграничной, но тщательно скрываемой радости, Хонбин вежливо отказался от предложения.       — Пожалуй, я, как и Хакён, доволен своим нынешним положением дел. Мне нравится моя не магическая работа. Я люблю редкие выезды с целью помочь людям при помощи стихии. И… этого достаточно. Так что, нет. Я пас.       — Странно слышать это от человека, проводящего в компьютерных играх минимум по четыре часа в день, — засмеялся Тэгун, сам поразившись подначиванию со своей стороны.       — Эй! — Хонбин был возмущён не меньше. Он тщетно пытался изобразить обиду, но смешинки в глазах и голосе всё портили. — Не ожидал от тебя такого!       — Да, ладно тебе. Это ведь не тайна, — отмахнулся Воншик. — Я тоже знаю о твоих предпочтениях, а потому и удивлён, что ты любишь повышать навыки и зачищать уровни, только в виртуальном мире.       — Двое на одного, это не честно! Нана, спасай меня!       Собака тут же прижалась к хозяину и воинственно гавкнула пару раз, выискивая глазами обидчика. Что бы ни говорил Хонбин, а его напарница, очевидно, уже сейчас была настроена воинственно и, наверняка, хорошо показала бы себя как минимум на паре первых уровней подземелья. Тэгун, не удержавшись, поделился своей догадкой. Хонбин задумался.       — Может быть, вы и правы. Но я действительно переживаю за Нану. Все эти рассказы об ужасных подземных монстрах... Не хочу, чтобы ей сделали больно. Не хочу, чтобы ей было больно от вытягиваемых мной сил.       Воншик с Тэгуном переглянулись. Да, они обещали не врать о своей тренировке, а потому и про часть с слабостью Воншика рассказали. Это пугало Хонбина едва ли не больше, чем рассказ о ядовитых пауках. И всё-таки слова друзей что-то расшевелили в нём. Они разбудили мысли о запретной мечте, которую раньше Ли Хонбину было воплощать страшно из-за страха за родное существо.       — Возможно, нам с Наной стоит провести побольше времени в тренировочных комнатах. И тогда, если получится, перейти к чему-то более реальному? — нерешительно выдал он и, в первую очередь, получил одобрение от Наны. Та, мгновениями спокойная, принялась радостно лизать его лицо и руки, будто бы понимала, о чём идёт речь. Видел это и Воншик.       — Кажется, твой уровень понимания с партнёром достиг немалых высот, — отмечал он, а после раздавал всем по новой бутылке пива. — Выпьем же за то, чтобы вашего понимания хватило на освоение новых высот! Или… правильней говорить низов? Там же подземелье, значит, отчёт идёт вниз, так?       Теперь уже не выдержал Тэгун. Он засмеялся, отгоняя прочь весельем и хмелем свои глупые домыслы насчёт желаний Воншика.       — Ты слишком много думаешь, — произносить эти слова было приятнее, чем слышать их в свой адрес. Тэгун повернулся к Хонбину. — За ваш с Наной успех!       — И за ваш тоже, — тихо добавил Хонбин, и его голос утонул в мелодичном звоне стекла.              У Санхёка всё настолько плыло перед глазами, что он едва разбирал путь. И уж точно не видел идущего за ним Хакёна. Ему не было дела в этот момент до остальных — в голове бились только мысли о необходимости свежего воздуха. Ноги сами несли его на улицу, вперёд с крытой террасы, ближе к саду. Обнимая шершавый ствол вишнёвого дерева, он глубоко дышал ночным воздухом, а после сгибался пополам. Его выворачивало наизнанку, но, как и днями ранее, лишь водой и изумрудными лепестками.       — Это ведь не ханахаки? — спокойно уточнил Хакён, стоящий позади всё это время, чем едва не довёл Санхёка до сердечного приступа. Парень резко отшатнулся в сторону и поднял прояснившийся взгляд на старшего.       — Хён! Нельзя же так пугать! — в сердцах выкрикнул он, чувствуя, как начинает шевелиться лоза у самого позвоночника. Стоило ему испытать стресс или почувствовать угрозу для жизни, как растение давало о себе знать, готовясь в любой момент защитить Видящего.       — Даже не пытался, — пожал плечами Хакён, не сводя взгляда с младшего. — Так что это с тобой? Думал, ты курить идёшь, вот и увязался следом. Огоньку хотел предложить, а тут… Скажи сразу, скорую вызывать или нет?       — Всё в порядке, — Санхёка так растрогала забота друга, что он даже немного забылся и выдал, правду не думая: — Просто Мэй не любит алкоголь, вот и мстит теперь таким образом. Зараза.       — Она… это растение в тебе что ли?! — оставаться спокойным неожиданно стало непросто, — Почему ты ничего не сказал нам раньше?!       — Ну, знаешь ли, ты тоже не всё и не всем рассказываешь. Наверное, на это есть причины?       — Наверное, — Хакён прикусил губу. Всё верно, он не имел права обижаться на Санхёка и требовать от него откровенности, потому что не смог отплатить той же монетой. — Ладно, считай мы квиты. Что-то недоговариваешь ты, что-то умалчиваю я.       — А что если я всё расскажу? — наугад бросил Санхёк. Достал одну сигарету, а после, подумав, вторую для хёна. — Расскажешь мне о своих тайнах в ответ?       Хакён повторил трюк с огоньком с пальцев, подкуривая сигарету себе и Санхёку. Оттягивая время до ответа короткими затяжками, он прикидывал, насколько хорошей будет идея открыться Санхёку сейчас. С одной стороны, он был бы счастлив избавиться от груза таинственности прямо сейчас. О его правде знали лишь Тэгун и Воншик. При том последний — лишь частично. С другой стороны, Хакён всё ещё не представлял, как отреагирует на это Санхёк. И ему было страшно узнавать это.       — Нет. Не сейчас, — наконец заключил Хакён, чем поверг Санхёка в глубочайший шок. Раньше младшему казалось, что его друг готов душу продать, лишь бы узнать что-то секретное и не терзаться от любопытства. Такое поведение было для него в новинку.       — Ладно, — неуверенно протянул он, после очередной затяжки пытаясь разгадать чужие мысли по мимике. — Но это ведь не что-то криминальное, верно?       — О, нет! Вовсе нет! — Хакёна так рассмешила эта мысль, что он даже подавился дымом. Санхёку пришлось хлопать его по спине, чтобы прервать кашель. — Поверь, всё в пределах законного. Просто… в общем, я ещё сам не разобрался толком, а потому и говорить не о чем. Зачем забивать другим голову недостоверной информацией, верно?       — Верно, — согласился Санхёк. — Слушай, а как у тебя дела с моим отцом?       От такой резкой смены темы Хакён едва не поперхнулся повторно. Изображая себя крайне заинтересованным клумбой с пёстрой шапкой хризантем, он присел, оказываясь к Хёку спиной.       — Дела? — поинтересовался он максимально непринуждённо. В голове истеричным зверем билась паника — неужели Санхёк понял что-то сам?!       — Ну да, он же тебе тогда что-то по поводу работы предлагал. Как всё вышло? Забывал всё это время поинтересоваться. Слишком… замотался.       — А, это, — Хакён хохотнул, чувствуя бесконечную волну облегчения. — Ну… Он хотел, чтобы я снялся для рекламы его заведений. Ресторанный и гостиничный бизнес, всё такое... Но оказалось, что моё лицо не подходит для рекламы чего-то серьёзного. Не думал, что могу выглядеть настолько глупо в официальных костюмах!       На этот раз говорить было легче. Потому что не приходилось врать. Хакён действительно согласился попробовать себя в качестве модели для новых рекламных брошюр. Но результат оказался настолько нелепым на его взгляд, что он заставил Джехвана не выкладывать полученные фото, а незамедлительно их уничтожить.       — Думаю, он ещё найдёт для тебя что-то подходящее.       — С чего бы это? — по-настоящему заинтригованный Хакён потерял всякий интерес к цветам и повернулся к другу. — Людей с красивой мордашкой — сотни. Уверен, он найдёт более фотогеничных и сговорчивых. Уже нашёл.       — Вряд ли, — пожал плечами Санхёк, выкидывая окурок в пустую пивную бутылку — импровизированную пепельницу, оставленную на крыльце Воншиком.       — Ты обрёл дар предсказания? — усмехнулся Хакён.       — Нет, просто видел ноутбук отца. У него твоя страница в закладках сохранена, — Санхёк засмеялся, видя Хакёна таким ошарашенным. А тот был действительно в шоке. Вот только его ужасала мысль, насколько же близок Санхёк к истине. Но младший думал совершенно о другом. — Прости, если напугал тебя этим. Знаю, мой отец весьма влиятельный и может приводить в ужас одним своим видом… и не зря, наверное. Но я просто решил заранее по-дружески, так сказать, предупредить тебя, что ты у него на примете. Он найдёт, куда применить твоё обескураживающее очарование. А после и придумает способ, чтобы ты подписал контракт с дьяволом. Ну, то есть с ним.       — Спасибо. Возьму это на заметку, — согласился побледневший на пару тонов Хакён. Только теперь, в такой критичной ситуации, он осознал насколько же не готов рассказывать правду Санхёку.       — Всегда пожалуйста! Пойдём в дом, а то они без нас всё выпьют, — легко подначил Хёк, направляя старшего по ступенькам в сторону дома. И Хакён готов был поклясться, что в этот момент чувствовал не только тонкопалую ладонь на своей спине, но и что-то ещё. Живое, вьющееся подобно молодой лозе.