Деревня моя деревня

На смену душному дню приходит тёплый вечер с прохладным ветерком. Окна в доме распахнуты до тех пор, пока не слетается мошкара. Чеён с дедом ужинают под очередную драму на экране телевизора. Свежие, аккуратно нарезанные огурцы и помидоры и ещё горячая запеканка создавали ароматный шлейф. Хоть дедушка и не был таким прекрасным поваром, как бабушка, но помереть им с голоду не давал. На айфон Чеён пришло смс от Дженни. Та снова звала гулять. Признаться честно, Пак сама хотела погулять по деревне и познакомиться с местными жителями. И по секрету, Тэхён уже перестал быть ей так неприятен. Отписавшись, что она пойдёт завтра, так как сегодня бабуля должна была звонить по скайпу, Чеён отложила телефон и подняла взгляд на деда, что всё время за ней следил. — Женихи написывают? — поинтересовался он как бы невзначай. — Ну деда-а, какие ещё женихи! Я свободна, как птичка в поле. Конечно он не поверил. Красивая, молодая девушка из состоятельной семьи — и одна?! Не смешите. Если нет мужика, значит найдём. — В деревне у нас столько парней завидных, — начал издалека — к примеру, Тэхён… Ну или не совсем издалека. — Дедушка! Никаких примеров, ещё я шашни не крутила с деревенскими. Тем более с Тэхёном… Дед многозначительно хмыкнул и принялся убирать грязные тарелки со стола. Внучка вытерла стол и убрала не съеденные куски хлеба в хлебницу. Заварив свежий чай и нарезав вишневого пирога, отправились в зал. В девять часов позвонила бабуля. Хоть в последний раз они созванивались два дня назад, тем для обсуждений всё равно было много. Бабушка рассказывала смешные истории с пляжа, Чеён гордо сообщила, что полила весь огород и сад и лично накормила кроликов. Дед делился новыми сплетнями. — Юна-то изменила Минхо. — Да ты что! — Вот так. С братом его, Дохваном. Минхо переписку видел, а там все сюси-муси, «милая», «солнышко». — И что Минхо? — Что-что, разнёс дом, пошёл к Дохвану драться, а тот ему в лицо посмеялся. — И всё что-ли? — бабуле явно хотелось хлеба и зрелищ. — Ну я всех подробностей не знаю, но Минхо к маме съехал, сейчас имущество делят. Чеён, уже ничему не удивляясь, спокойно поглощала пирог, внимательно слушая «новости». — Мне всегда эта вертихвостка Юна не нравилась — скривилась бабушка. Чеён унаследовала у неё такую же мимику — Минхо же такой мужик хороший и зарабатывает нормально. Другая сидела бы на месте ровно. А этой попрыгать надо на… Дед закрыл внучке уши. На этом разговор свернул в другое русло. Незаметно у бабушки в руках оказался бокал мартини, а дедуля принёс домашнюю настойку с кедровыми орешками. Чеён, не отставая от старшего поколения, достала из морозилки мороженое. С вишневым пирогом самое то. Да-да, несмотря на все гулянки в городе, в деревне она была «малышка Ён-а», завтракающая кашкой с обязательным дневным сончасом. Полный хмель настиг стариков где-то в двенадцатом часу. Об этом говорили немного заплетающийся язык и раскрасневшиеся лица. — Я тебя так люблю, Сохён-а, так люблю — ворковал дед, практически прижимаясь лбом к экрану. Бабушка хихикнула. Алкоголь словно омолодил её на несколько десятков лет, и если бы не седые корни волос и морщинки у глаз, казалась бы совсем девчонкой. — А ты докажи свою любовь — глаза хитро блеснули. Или это был просто отблеск ночника. — Как? — дедуля аж встрепенулся. Чеён, снимавшая всё на камеру, замерла. — Не знаю, — лукаво протянула — да хоть с крыши спрыгни. Дед пару секунд смотрел перед собой, а после рванул на улицу. Чеён, с ноутбуком и всё еще включенной камерой на телефоне, побежала за ним. Дед взобрался на крышу сарая и воинственно посмотрел на бабушку. — Деда, не надо. — Слезай, дурень, я же пошутила! — кажется, бабушка хотела пролезть к нему через экран. Дед немного присел, раскинув руки в стороны. — Я люблю Чхве Сохён! — и полетел вниз. Чеён с бабулей не смогли своим визгом приглушить рёв раненного зверя. То есть деда. Деревня проснулась от сирены скорой помощи.

***

Ну что я вам могу сказать, разве что плоды этой роковой ночи: гипс на ноге деда, билет бабушке на первый же рейс на родину и видео интересного содержания в галерее Чеён. Пока бабуля была в пути, в доме собрались все Кимы. Молодёжь в тихушку ржала над глупым поступком героя-любовника, матушка Ким подкладывала подушки деду под пострадавшую ногу и заварила малиновый чай, господин Ким пытался отвлечь огорчённого деда разговорами. Родители Чеён рады были бы приехать, да тоже укатили к морю и раскалённому песку (а на Чёен ругались, словно она им всю жизнь сломала!). — Придётся Чеён взять хозяйство в свои нежные руки — наконец озвучил дед то, о чём все уже догадывались. — Как? Я не смогу, я ничего не знаю! — предприняла попытку увернуться от обязанностей девушка. — Да ничего сложного нет, один денёк до бабкиного приезда переживёшь. — А Дженни с Тэ тебе помогут — подхватила матушка Ким. Дженни выпучила глаза, а «Тэ» их закатил, устало потирая виски. Никто не хотел заниматься хозяйством Паков. Чеён, как вы помните, была хорошей внучкой, так что, сжав кулаки, сказала: — Хорошо, что надо делать? Боевой настрой всех развеселил, но Чеён оставалась серьёзной. — Пока ничего, я утром уже похозяйничала. После полудня скот накормишь, кушать к нам приходите, сегодня ещё банька как раз. — Банька — это хорошо — довольно согласился дед. — Муженёк хоть поможет тебе помыться, а то с гипсом-то сам не справишься. У Чеён побежали мурашки. Мыться в бане, да ещё и в чужой… — А я Чеён спинку потру — Дженни ухмыльнулась, будто видела внутренние метания Пак. …да ещё и с кем-то.

***

Чеён, с неожиданным для всех рвением, принялась за домашнюю работу. Протёрла пыль во всем доме, вынесла ковры на улицу, кинула вещи в стирку (да, она умела ей пользоваться, пришлось научиться во очередном путешествие по Европе). Даже настряпала булочек с творогом, но забыла про них, увлёкшись дорамой, и вся выпечка сгорела. Дед весь день лежал на диване и смотрел ту злосчастную дораму, поедая пирожные. Настало время кормить животных. Чеён осторожно отворяет дверь на задний двор и оглядывается. Кролики и старый конь её не очень пугали, другое дело куры и гуси… Первые дремали в тени, а вот вторые внимательно за ней наблюдали своими хищными маленькими глазками. Девушка начала осторожно приближаться, выставив вперёд чашку с зерном. Всё было в порядке, пока она не подошла к ним вплотную. Главный гусак с шипением рванул на неё, вытянув шею и быстро перебирая лапками. Чеён с визгом швырнула в него чашку и бросилась бежать без оглядки. Она настолько испугалась, что вместо того, чтобы выбежать на передний двор, она наматывала круги по заднему. Спасает её непонятно откуда взявшийся Тэхён. Он магическим (другого объяснения Пак не находит) воздействием отгоняет гусака и закрывает рот девушки рукой, чтобы та наконец заткнулась. — Тише, орёшь как чупокабра. Всех бабок в деревне, наверняка, приступ хватил. Девушка не двигалась. — Держись от гусей подальше, — он посмотрел на рассыпанные зёрна — раз уже накормила. Никакой реакции. — Эй, ты чего? — наконец убрал руку от чужого рта. Чеён медленно подняла на него пугающий взгляд. — Ты трогал своими грязными руками моё лицо — произнесла с расстановкой. — Ты серьёзно? — парень оторопел. Нашла о чём сейчас думать. Чеён кинулась на него с кулаками. — Серьёзней некуда придурок! У тебя столько микробов, ещё неизвестно что трогал до этого! Нет, люди так быстро не меняются, городская фифа остаётся городской фифой со своими прибамбахами. От перепалки их отвлёк шуршащий гравий. Кто-то подъехал на машине к их воротам. Тут же послышались громкие басы. Кажется, Чеён потихоньку догадывается, кто решил их навестить. Тэхён лишь хмурится, он совершенно не рад гостям, кто бы это ни был. Перед домом стояла синяя мазератти, откуда вывалились две подружки-лягушки. Чеёнины подружки. — Чеён-а! — первый на неё бросился Хеншик, притворно хныча. Хери его тут же оттолкнула, заняв освободившиеся место. — Розочка моя, девочка моя! Как похудела, как загорела! Тэхён стал мрачнее, эти двое слишком громкие. — Вы чего даже не предупредили, что приедете? — С улыбкой спросила Чеён, как только закончили обниматься. — Хотели сделать сюрприз. Как только ты написала нам о своём дедушке, мы сразу же собрались в дорогу, тебе помогать с хозяйством. — С чего начнём? — Хеншик снял свитшот, оставшись в одной майке — барашек там пасти, поле пропахать… Тэхён негромко фыркнул, друзья бурундука ещё похлеще её самой. — Да я уже все дела сделала сама. Идёмте лучше кушать. Друзья тут же понеслись в дом, ведь были голодные как черти.

***

После приезда Хери с Хеншиком сразу стало как-то легко и весело. Эти два ураганчика обежали весь двор (остерегаясь гусей после ужасающей истории подруги), покормили листьями лопухов кроликов, умиляясь животным, и даже попытались выпросить у деда покататься на коне. Он не разрешил, ведь они даже в седле сидеть не умели. А вот Чеён какое-то время занималась верховой ездой, но одной ей кататься не хотелось. Вечером всю «компанию» Кимы позвали в баню. Когда они пришли, то в бане уже купалась Дженни, решив всё же не стеснять Чеён и помыться отдельно. Матушка Ким готовила ужин. — Чеён-а, ты же будешь окрошку, да? — поинтересовалась она, не отвлекаясь от дела. Пак посмотрела на нарезанные огурцы, колбасу и яйца и неуверенно кивнула. Но когда к нарезанным продуктам добавили воду, девушка удивилась: — А зачем в салат наливать воду? Эти слова удивили всех и позабавили. Настала очередь Чеён идти в баню. Джен объяснила где горячая, а где холодная вода, махнула рукой в сторону тазика и ковшика и, пожелав удачи, смылась. Всё было не так плохо, как девушка себе навоображала. До тех пор, пока не решила побриться. Обычно она удаляет волосы на теле шугарингом, но раз Чеён далеко от цивилизации — придётся делать всё самой. Порывшись в сумке, не нашла бритвы. О, нет. Чеён взяла всё — мочалку, мыло, гель, шампунь, пенку для умывания, маски для лица — всё, кроме бритвы. Что же делать, она не может ходить волосатой. Ошалелый взгляд упал на чужую мужскую бритву. Нет, пользоваться чужой (причём мужской!) бритвой отвратительно. Чеён не станет этого делать. Не станет. Не. Станет. Всего один раз! Первый и последний! Было очень стыдно и противно. Девушка старалась побыстрее со всем разобраться. Следующими пошли мужики. И Тэхён с Хеншиком. Хери не захотела испытать на себе все прелести деревенской баньки, а матушке Ким ещё нужно было подоить корову. Вернулись с бани все веселенькие и подозрительно красные. Сели кушать. Чеён оказалась зажата между Хери и Тэхёном. Окрошка оказалась очень вкусной и, как выразился господин Ким, «в охотку». Хеншика с Хери шокировали местными новостями и кормили до икоты. Вечер проходил весело и уютно, но… Обязательно должно быть это «но». — Я тут заметил чужие волоски на своей бритве — как бы мимоходом прошептал на ухо Тэхён. Щёки предательски вспыхнули. Почему это оказалась именно его бритва! И какие волоски, она всё хорошо помыла! — Это не я — дрожащим голоском. — А я и не говорил о тебе — злорадная ухмылочка до ушей и хитрый прищур. Господи, дай Чеён сил продержаться здесь до конца лета!