Вредный родственник

Нижний город после атаки кунари волновался меньше, чем после взрыва церкви. Гамлена это не сильно волновало: дом уцелел, про его должки забыли в спешке покидая город, а прибыль с вечерних партий увеличилась. Нервные аристократы, оставшиеся при всем своем, стали больше ценить это «все» и больше ошибаться, играя в карты с кабацкими пронырами. «И зачем только лезут, если так ссутся», — подумал Гамлен, уже на выходе из «Розы» взвесив мешок с добычей в руке. Скоро в сундуке под кроватью таких мешочков скопится на покупку чего-то крупного, но чего — Гамлен не знал. Раньше бы он спустил все на посиделки с Лиандрой — для сестры ему хотелось иметь все самое лучшее на столе: ее любимое вино, булочки, так нравившиеся ей в детстве и нектарины. «И все равно бы еще осталось», — вздохнул он, спустившись в Нижний город. Шарада его деньги не принимала. В ее «Рыжих Дженни» деньги никому особо нужны не были. Зато она с удовольствием слушала, кто из аристократии в крайнем отчаянии, кто еще держится, а у кого уже и соломинки надежды не осталось — готов тонуть и просить помощи. Забавно было то, что Шарада с удовольствием проводила время с ним за партейками в «Розе» — даже с тамошними девочками сдружилась и собирала все сплетни еще и с них. — А что Бран? — Шарада улыбалась во весь рот, даже не сильно заметив свои карты — это волновало ее куда меньше, чем собеседница, которую она все же сумела заманить к ним за стол. — Кажется, ему всегда больше нравилось быть советником при ком-то — меньше ответственности. — Пожала плечами Умница, перевернув свои карты к себе. — Он был рад и сильно расслаблен, когда пришел после своего «понижения», — хохотнула она. — До этого он был весь нервный, будто на ежа сел. А дальше Гамлен не сильно вслушивался в разговор — сосредоточился на игре и колье с самоцветами, что выставил сэр Эран. «И откуда только храмовник такое взял?». Новый наместник его не волновал — для него в этом городе ничего не изменится, как и для большей части жителей, а проблемы остальных его не сильно волнуют. В конце концов, Гамлен остался здесь один. Шарада появляется время от времени, а племянники иногда посылают весточки о своем местонахождении. Получить записку от Гаррета о том, что в течении недели он будет в городе стало неожиданностью. Племянник, еще покидая Киркволл, говорил, что последний раз видятся. Гамлен тогда усмехнулся, будто не поверил в эти слова, но на самом деле был убежден в их правдивости. Нечего ему было здесь делать — после смерти матери, после кунари, после ответственности, которая на него внезапно свалилась и быстро стала виной. «Надеюсь увидеться» — значилось в конце. Гамлен рад. Сам не сильно понимал почему — ведь он и без того знал о том, что племянник про него помнил. Увидеть такое подтверждение отдало чем-то теплым в груди. Возможно, теперь у него есть кому потратиться на угощение.