If only I knew what I know today

Малышке Бетти было лет пять, когда ее мама рассказала о том, что для всех есть предначертанный судьбой человек. Малютка в силу своего возраста это не сильно понимала, поэтому ей это было не столь важно. Правда иногда, перед самым сном, она мечтала о своем человеке, или о соулмейте, так называла их мама. Она представляла, что это может быть один из ее знакомых, или наоборот, какой-то прохожий. Бетти жила с мыслью о том, что для нее в этом большом и огромном мире предназначен человек. И Бетти хотела встретить его в скором времени. В своих детских рисунках, которыми была завешана вся комната, Бетти рисовала свое будущее, в котором она поистине счастлива с тем, кто предназначен ей. Малышка Купер просто сияла каждый раз, когда ее мать рассказывала историю любви между ней и ее отцом, и надо сказать, что капелька зависти у нее присутствовала. Но это присуще каждому ребенку ее возраста, поэтому в этом нет ничего удивительного Через пару лет, когда ей исполнилось семь лет, она пошла в школу, и какого было ее удивление, когда она увидела знакомую рыжую копну волос у входа в школу. Это был Арчи Эндрюс, ее лучший друг. По семейным обстоятельствам Эндрюсам пришлось уехать на год-два, и как бы Бетти не упрашивала своих и родителей Арчи, его Эндрюсы забрали с собой. Бетти очень тосковала, но верила, что однажды они снова встретятся. И это произошло. — Арчи Эндрюс, и как долго ты пытался скрываться от меня? — Маленькая светловолосая девочка окликнула друга и побежала к нему навстречу. — Бетти? Это и правда ты? — он обнял ее, и на его лице появилась улыбка. — Я хотел сделать тебе сюрприз. — У тебя получилось. — Я рад, что вернулся — Я тоже. Ладно, пошли, а то еще опоздаем в первый день в школу. С этого дня Бетти ходила в школу еще с большим энтузиазмом. Они с Арчи учились в разных классах, что мешало друзьям общаться и хихикать на уроках, но это не было помехой, когда у них были выходные. Каждые выходные они сначала проводили у Бетти, затем у Арчи. Рыжий паренек рассказывал про приключение, про всякие грустные дни, что он провел там без нее, про его интерес к музыке, если простое бренчание семилетки на гитаре. Бетти смотрела на своего друга каждый раз как первый. Бетти бы не знала, кто еще бы мог ее смешить до ужасной колющей боли в животе, когда уже остановиться смеяться нет сил. Когда Арчи исполнилось десять, ему подарили гитару. Купер была так рада за своего друга. Она являлась частой слушательницей его непринужденного пения. Именно Купер была той, кому Арчи впервые посвятил песню, и он назвал «Мой друг», потому что он был рад дружить с ней, как и она с ним. Последующие дни, Арчи усердно занимался игрой на гитаре, и уже через полторы недели Бетти была приглашена на очередной концерт, на котором Эндрюс спел пару каверов и его собственную песню. У Арчи еще не сформировался голос, и если быть честным, он иногда фальшивил, но Купер получала от этого пения огромное удовольствие. Она видела, как горят его глаза от занятий музыкой. Она видела эти горящие глаза, и понимала, что с этим Арчи может стать новой звездой мирового масштаба, если он захочет конечно же. Проводя все больше и больше времени с Арчи, Бетти начала что-то подозревать. с каждым проведенным днем вместе Бетти хотела, чтобы это не кончалось. Именно в этот момент ей пришло в голову, что Арчи может быть ее соулмейтом. Ведь они друзья, а значит нет секретов друг от друга. И теперь, когда ей казалось, что вот он ее соулмейт, она все чаще и чаще представляла в своей белокурой головке, что их ждет счастливая совместная жизнь. Честно говоря, Бетти даже начала в столь юном возрасте собирать вырезки из газет и журналов, что выписывают ее родители, представлять ее свадьбу мечты с Арчи Эндрюсом, поскольку она верила, что Арчи ее соулмейт. Только вот ее мама не сказала, что найти соулмейта не так-то просто. У каждого свой способ поиска и обнаружения: у кого-то парные тату, кто-то может читать мысли своего соулмейта, кому-то нужно пересечь не одну границу в поисках своего единственного. Малышке Бетти стало страшно лишь от одной мысли, что Арчи не ее соулмейт. Вечером, когда девочка принимала ванну, она осмотрела себя со всех сторон, дабы увидеть какую-нибудь метку. Но ничего. Она была как чистый холст, на котором красуются пара свежих синяков и ссадин. И Бетти задумалась, может они есть у Арчи в тех же местах, что и у него просто он как мальчик не интересуется этим? Окончив водные процедуры, девочка вернулась к себе в комнату и легла спать, обеспокоенная все еще тем что Эндрюс не ее соулмейт. Элизабет исполнилось двенадцать лет, когда она так и не выяснила, является ли ее соулмейтом Арчи и в ее классе появляется новенькая девочка — Вероника Лодж. Бетти сразу же отметила про себя ее красоту. Вероника была из богатой и обеспеченной семьи, но все же решила учиться в обычной школе. Несмотря на то, что она может иметь все что только можно, Вероника предпочитает незаурядную одежду и дружбу со всеми своими сверстниками. Она сразу видит Купер и садится с ней за парту. С этих самых пор они стали лучшими подругами. Бетти видела тот стержень в Лодж, которого нет в ней самой, а Лодж видела в ней лишь теплый лучик света в этом темном и сыром городишке. На второй день учебы Лодж в школе, она решила сразу пойти с козырей, чем ошарашила Бетти. — Би, а ты случайно не знаешь, кто такая Тони Топаз? — спросила Лодж, поедая салат в кафетерии. — Она учится в параллельном классе, а что? — Ты только никому не говори, — после чего Вероника закатала рукав своего свитера, где фиолетовыми чернилами красовалось имя «Тони Топаз» — но кажется, она мой соулмейт — Ты же знаешь, что я могила для твоих секретов. — Вот и отлично. посмотрим сегодня кино у меня? — Знаешь, я сегодня буду немного занята с другом, который, как мне кажется, мой соулмейт. — Почему кажется? — Потому что я не уверена, что именно он. Но сегодня я собираюсь это выяснить. Раз и навсегда.Хорошо, тогда еще увидимся. До встречи. Встретив около школы Арчи, Купер пригласила его в гости. Парень с большим удовольствием принял приглашение. Родители были на работе, так что Бетти решила накормить своего лучшего друга, прежде чем задать, интересующий ее вопрос. Когда она нарезала салат, девочка в который раз звонко смеялась от шуток, который ей рассказывал Эндрюс, и не заметила как порезала себе палец. Бетти даже не вскрикнула, будто это так и должно быть. По ее маленькому пальчику текла кровь, и ее это завораживало. Она не могла оторваться от этой маленькой капельки, что обрамляет ее палец и капает на пол. Она слегка дотронулась до крови кончиком языка и лизнула. Привкус металла ей очень понравился. Она могла еще так долго стоять и смотреть завороженно на кровь, только вот у нее есть причина остановиться. У Арчи не пошла кровь, не заболел палец, да и сам он не стал корчиться от боли. В этот момент нож выпадает из ее рук, и падает острием вниз, и проходит лишь в пару миллиметрах от пальца. Купер стоит со стекающей капли крови с контура губ и льющийся из глаз слезой, и не может поверить. Арчи не ее соулмейт. АРЧИ ЭНДРЮС ПРИНАДЛЕЖИТ КОМУ-ТО ДРУГОМУ. Бетти вскрикивает, когда Арчи неожиданно хватает ее за руку, пытаясь остановить кровь. Арчи что-то говорит ей, но она не слышит. Она в шоке. Она не знает, что ей теперь делать. Арчи. Не.Ее. Соулмейт. Приготовив салат кое-как с забинтованным пальцем, девушка ненадолго оставила своего гостя, и поднялась к себе в комнату. В своем комоде, она достала небольшую записную книжку, и сделала запись. «Дорогой, Дневник Сегодня я решила выяснить, является ли мой лучший друг моим соулмейтом. Как оказалось не является. Это очень ужасно. АРЧИ НЕ МОЙ СОУЛМЕЙТ, ОН ПРИНАДЛЕЖИТ КОМУ-ТО ЕЩЕ. Боже, а я ведь думала, что это он. Я надеялась. А теперь все испорчено» Бетти еще пару раз написала крупными буквами, что Арчи не ее соулмейт. После чего она поплакала, и лишь успокоившись минут через двадцать, спустилась обратно в гостиную. Она притворилась, что все в порядке. Она улыбается ему, хотя внутри она истошно кричит, о том что это не справедливость. Она остается его подругой, но той, чье сердце только что было разбито глупой меткой соулмейтов. Она будет притворяться с ним рядом и изнутри умирать. Когда Арчи благополучно ушел домой, ее слезы начали скатываться по ее щекам, а ее рана начала снова кровоточить. Ее губы дрожали, но не от холода или страха, а от привкуса крови. Она блаженно закрыла глаза и лизнула свою кровь еще раз, собирая все капли, не упустив не одну.