Джинн

***

— А вы разбирались с ними раньше? — сглатывая ком в горле, хрипло спросил Узумаки. Он не знал, каких людей имел в виду под «вы», но было ясно, что она не одна и есть компания, с которой они имеют дела с джинном. Какие дела — непонятно. Ему вообще ничего непонятно. И от этого раздражение постепенно усиливается. Цунаде, получается, многое скрывала от него. Точнее самое важное, глобальное, то, что нельзя рассказывать не доверенным людям. Даже, когда правда раскрылась, она не хотела вводить его в курс дела. Даже, когда ему угрожают психи (угроз, конечно, не было, и сейчас они, возможно, просто выдумывают). Даже сейчас Цунаде не называет многие причины, по которым ей нужен джинн. И спрашивается, почему? У него даже догадок нет. Может, до переломного момента, когда Наруто не нашёл лампу, Цунаде не хотела рассказывать потому, что мог рассказать другим? А сейчас в чем тогда проблема? А главное: как ему разбираться с навалившейся проблемой, если он ничего не знает? Действовать по интуиции, остерегаясь всех людей, подходящих под описание Цунаде? Если так дальше продолжится, он станет полным параноиком. — Да, разбирались, — выдохнула Цунаде, заставляя себя успокоиться. Она мельком взглянула на напряженного Саске. — Понимаешь, все эти люди, которые хотят заполучить лампу, они когда-то работали на Мадару, но…по некоторым причинам многое изменилось и теперь каждый за себя. Мы пытались разобраться, когда они были вместе, но ничего не вышло, и эти придурки сделали все по-своему, и всем приходиться теперь это дерьмо расхлебывать! — не удержавшись от накативших эмоций, зло прошипела она. По щеке предательски прокатилась одинокая слеза, которую Цунаде мигом вытерла ладонью. Не хватало ей ещё больше напугать Наруто. Однако по его состоянию можно сделать вывод: напугала и ещё с самого начала. Его уже почти трясёт. Что же с ним будет, когда она…они расскажут главное. Нет, подумала она, горько усмехнувшись, он не готов. Наруто Узумаки — самый дорогой человек в ее жизни. Она сделает все, чтобы с сыном все было в порядке. И Саске… Хоть он и не виноват, но она начинает чувствовать к нему отнюдь не хорошие чувства. Из-за джинна, его существования, Наруто стал похож на пугливого котёнка. Но это неправильно. Она не должна его винить. Однако разум и сердце не хотели мириться друг с другом. — Слова не помогут, нужно действовать. Мы все продумаем и ты будешь в порядке, Наруто, я обещаю. Узумаки едва заметно нахмурился и кивнул. Цунаде в этот момент стала похожа на наседку. Конечно, он понимал, что это вполне резонно и, что уж говорить, ему это в какой-то степени нужно, но совсем непривычно. Наруто долгое время был один, справлялся с проблемами сам, Цунаде все время проводила на работе, а друзья появились относительно недавно. И сейчас вдруг он услышал такие слова. Удивительно, но приятное тепло разлилось по всему телу, и былая нервозность немного уступила место спокойствию. Ему обещают. А значит половину проблем забрала Цунаде, прибавляя легкость в душе. Уголки губ приподнялись, и парень расслабился, откинувшись на спинку стула. Ничего ещё не началось и не произошло. Да и когда все будет? Может, напрасно они волнуются, и Цунаде зря беспокоится? Он не знает. Но главное, что сейчас все хорошо и нет никакой опасности. — Не думал, что ты такая, — выдохнул Наруто и встрепенулся, увидев недоуменный взгляд Цунаде. Он поджал губы, смущенно посмотрев в сторону. — Ну, в смысле, ты прям как в боевике, вроде бы врач, а на самом деле женщина-секрет, имеющая сложное дело под прикрытием. Даже мне ничего не говоришь. — Наруто… Я сказала тебе. — Ты что-то скрываешь и, надеюсь, что вскоре мне это расскажешь. Он не стал давить. Если не хочет, значит в нем таится что-то важное. К тому же, Узумаки подумал, что сейчас, для их ситуации это не нужно. Поэтому парень не будет допрашивать о подобном. Правда в любом случае будет раскрыта. Женщина ничего не ответила. Лишь на мгновение в ее глазах блеснуло заметное сожаление, прежде чем взгляд уткнулся в белоснежный стол. — Мне нужно знать что-то ещё? — парень взглянул на Саске. Казалось, будто он не здесь. Отрешенный беспокойный взгляд, слегка хмурые брови. В его голове явно происходят великие думы. Наруто вдруг охватил интерес к его мыслям. Потому что неизвестно, о чем может думать джинн, прожив… Сколько ему там? Несколько сотен тысяч или еще больше? Может, мысли у них совпадают. А может у джинна они совершенно другие из-за разного возраста. По виду ясно, что думает он не о чём-то хорошем. — Да, — запоздало ответила Цунаде, вновь обращая внимание Узумаки. — Сейчас крайне опасно быть на улице. Школа пока что отменяется, но! — не давая парню полностью засветиться от счастья, она резковато продолжила: — Сдавать все домашние и контрольные работы будешь дистанционно. С учителями я договорюсь. С этого дня вы будете под моим строгим контролем. И Саске, лампу тебе придётся отдать мне, для большей безо… — Нет, — перебил ее джинн, поднимая голову. — Я видел, какая у вас безопасность. Вам повезло, что меня нашёл Наруто, а не кто-то другой. Я не доверю лампу. — Шанс присвоить тебя, как джинна, будет меньше, если лампа будет ни при тебе, ни при Наруто. Место будет намного лучше, чем тогда, и если что-то случиться, ты сможешь забрать ее обратно. Саске, ты должен понимать, что это опасно, и Мадара, и другие люди не заставят себя долго ждать. Нужно надеяться, что вы остались не замечены. — И все это мне говорите вы? — его глаза опасно сощурились, постепенно покрываясь пеленой холодной ярости, предаваясь воспоминаниям. — Раньше вам было откровенно плевать на все, а сейчас вы указываете мне, лишь бы сохранить никчемную жизнь. Мне уже все равно, потому что без разницы, будет хозяином лампы Мадара или этот недоумок, — кивая в сторону удивленного Узумаки, процедил Саске. И пусть все его существо внутренне содрогается от чужого имени, джинн, как и говорил, плевал на это. Ему не хотелось находиться рядом с этой женщиной. Ему ни с кем не хотелось находиться, несмотря на долгое и пыточное проживание в лампе. Цунаде пораженно уставилась на него. Она никак не предполагала, что Саске выкинет подобное. Но, видимо, ошиблась. Он умеет удивлять. Джинн заразил ее своей злобой, она сжала челюсть, отвечая тем же взглядом. — Вы знакомы?! — Наруто пропустил мимо ушей обзывательство Саске, не понимая возможность правильных догадок. Он бегающими глазами смотрел то на одну, то на второго, желая получить ответ. — Нет, — на автомате ответила Цунаде и нахмурилась, увидев промелькнувшие эмоции в глазах Саске. — Да, — в унисон ей сказал джинн, растягивая бледные губы в небольшой усмешке. — Ты сам почувствовал, Наруто, что она многое скрывает. Знаешь, что ты не тот, кем себя считаешь? — В смысле? — не понял Узумаки. — Я могу тебе рассказать правду. Раскрыть ее ложь. Она… — Ты хотел оставить лампу. Оставляй, — припечатала Цунаде сухим тоном. Взгляд ее стал холодным, нечитаемым. — Я хочу защитить не только Наруто, но и тебя. Ты не из тех людей, наплевательски относящихся к чужим, зависящим от тебя жизни. Мадара не принесёт ничего хорошего. Тебе в первую очередь. —…слишком труслива, чтобы сказать все. Будет прискорбно, если ты услышишь правду от других людей, — джинн посмотрел на Наруто. — Я не только имею в виду себя. Узумаки открыл рот, намереваясь сказать или спросить, но остановился, прикрывая губы. Мысли не складываются воедино, превращаясь в мутную кашу. Вопросов слишком много, но правильно сформулировать не получается. Ему надо подумать. Сейчас, видимо, никто ему не скажет то, что нужно. Что нужно — непонятно. Философствовать на тему «кто я есть», а потом искать ложь Цунаде? Похоже, этим он будет заниматься целую ночь. Он пытливо взглянул на нее, все ещё чувствуя, как Саске смотрит на него в упор. — Я…говорил, что не буду, — видя напряженность Цунаде, Узумаки вздохнул. Потом, все потом. — Думаю, сейчас не время. Это не так важно сейчас. Мы все устали, поэтому, — он усмехнулся, улыбнувшись, — я уже не врубаюсь ни во что. Стоит отдохнуть, собраться с мыслями, а завтра решим, что делать. — Да, — согласилась Цунаде. — Идите. Наруто встал со стола, жестом подзывая Саске, и пошёл в комнату. Джинн направился за ним, не оглядываясь. Цунаде посмотрела на стол, на почти что полные чашки с чаем и прикусила губу, подальше отодвигая свою. Дотянулась до небольшого шкафчика, вынула полюбившую бутылку со спиртным и, не наливая жгучую жидкость в рюмку, сразу присосалась к горлышку, делая глоток. Лучше не стало. Из губ вырвался тихий всхлип. Сейчас можно. Никто не видит.

***

Наруто устало плюхнулся на кровать, откидывая лежащую форму в сторону. Надо же, как быстро изменилась его жизнь. Всего лишь за день. Для этого понадобился лишь его интерес к тайнам. И все. Теперь он не знает, что будет ожидать его в будущем. Может судьба принесёт ему что-нибудь похлеще, чем сегодняшний день и открытия, наименование которых называется опасность. — Почему ты думаешь, что это неважно? — тихо спросил джинн, разглядывая в руках взятый с полки диск музыкальной группы. В прошлый раз он не обратил внимание на обстановку комнаты Узумаки, но сейчас было время, когда он может сделать сполна. Особенно на полный беспорядок по всему периметру. — А? Ну, потому что есть дела гораздо значительней, — так же тихо ответил Наруто. — Разве бабуля бы не рассказала «правду», если бы это действительно было сейчас нужно? Джинн усмехнулся, покачав головой. — Добе, — он положил диск обратно и скептично посмотрел на валяющегося парня, который вмиг недовольно зыркнул в ответ, услышав обзывательство. — Я, кажется, говорил тебе… — Тогда расскажи все. Ты ведь лучше знаешь меня, чем я сам. — Я имел в виду не то, что ты думаешь. Речь идёт не о том, что ты любишь, а что нет. И уж точно не о том, что ты особенный. Есть один большой парадокс в твоей и не только жизни. Какой — говорить буду не я. Не мое дело. — Так говоришь, будто мы знакомы. — Нет, — ответил Саске, прикасаясь к виску. — Тогда с чего бы тебе говорить, что у меня что-то не так? — Я знаю Цунаде, поэтому уверен, что ты имеешь значение. — В чем? — Спроси у неё, — Саске вновь повернул голову к полкам, которым он сразу дал призвание «свалка», потому что количество вещей в одном месте, неряшливо разбросанных, выглядело ужасно. Увидев с краю довольно знакомый предмет, под названием джойстик, он наклонил голову вбок, задумчиво, даже скорее для себя, спрашивая: — Сколько этому старью лет? — Он новый, — фыркнул Узумаки, на что получил многозначительный хмык. — Точно, ты же у нас суперчеловек с всякими неизвестными нам, землянам, штучками. Может хотя бы расскажешь про свою технику, раз уж другое умалчиваешь? Джинн покосился на рядом стоящую на столе лампу. Не долго думая, взял ее и подошел к Наруто, который соизволил подвинуться, садясь. Саске приземлился напротив него и, мимолетно глянув на парня, открыл крышку и просунул руку внутрь, видя, как она постепенно теряет былой цвет, становясь буквально прозрачной. Узумаки шокировано уставился на кисть джинна, на небольшую часть, не спрятавшуюся в недрах лампы. Через неё можно было увидеть стену, кровать, на которой они сидели. Видны лишь контуры, очертания руки. Она стала похожа на воду, постепенно заглатывающая тело парня, пробиваясь дальше, в предплечье. Это выглядело так удивительно, что Наруто, будто потеряв дар речи, лишь растерянно уставился на Саске, безмолвно спрашивая возможность подобного. Однако джинн не отвечал, слишком занятый процессом своего дела, а может, просто игнорировал. Он секунду провозился и резко выдернул руку, где вся волшебность и невозможность прозрачности мигом исчезла. Судорожно выдыхая, парень закрыл лампу. В ладони, что была внутри, держал странный, но не менее красивый браслет, сделанный словно вручную, из темных нитей разной по ширине, придавая объем. В середине, соединенный переплетами, примостился странный, чёрный и плоский камень. Но Наруто интересовал не браслет. А то, что случилось несколько мгновений назад. Поэтому выходя из небольшого транса, парень прямо, но все еще тихо, будто боясь потерять возникшую непривычную атмосферу, спросил: — Что было с рукой? — Некое слияние с лампой. Я неразрывно связан с ней. Она постепенно поглощает меня внутрь, где я был все время, — он едва заметно поморщился, и Наруто был уверен, что Саске посмотрел на лампу с отвращением. С отвращением! Все проведённое с ним время, джинн относился к ней как с хрустальной, а сейчас будто терпеть ее не может. И спрашивается, где правда, а где ложь. Все же Саске для него остаётся неописуемой загадкой. — Поэтому, если она полностью меня поглотит, то я не смогу выбраться обратно. Тебе стоит потереть лампу, и я вновь буду здесь. Наруто кивнул, хотя по правде ничего не понял. Лампа его поглощает. Из-за этого части тела становятся прозрачными. Да, ничего непонятно. Но мысли его были прерваны нетерпеливым вопросом Саске: — Ты все еще хочешь знать? — Да. — Тогда не думай. — Блин, теме, хочу и думаю, хватит командовать, — кажется, подобные перепалки поднимают этому придурку настроение. О как с искрой в глазах посмотрел. Однако, продолжать он не стал. Саске поднёс палец на чёрный плоский камень, и тут-то Наруто снова замер, теперь с восхищением смотря на будущую современную технику, которую он видел только в фильмах. Из камня маленькими частицами начала появляться голограмма, образуя цилиндр вокруг него. Саске жестом увеличил его, и Узумаки понял, что внутренне телефон и эта голограмма практически ничем не отличаются. Но интерес от этого не угас. Парень осторожно поднёс руку к технике и прошёл сквозь нее, видя, как она еле заметно задрожала, вызывая секундную помеху. Наруто улыбнулся и взглянул на Саске, который все это время сам не отрывал глаза, смотрел и, видимо, что-то запоминал для себя, снова действуя на Узумаки странно. — Так как ты ею пользуешься? — пролепетал парень, опуская ладонь на кровать. — Едва прикасаюсь к нужному приложению. Сенсор почувствует это и мгновенно сработает. Смотри, — легкое нажатие по небольшому цветному квадрату и фон поменялся, стал совершенно другим, необычным. Это была мини-галактика, но такая правдоподобная. Саске сделал ее еще больше, теперь она была по всей комнате, а Наруто, как и говорил джинн, прикоснулся к планете, вроде, Юпитеру и, на радость ему, она отлетела от Солнечной Системы. Правда сразу же на все планеты полетели астероиды, но парень с садистским восхищением смотрел на все это, делая подобные шалости. Для него это действительно было волшебством. Он бы хотел, чтобы вскоре такое появилось и у них. Благодаря Саске сейчас все вопросы и проблемы отошли на второй план. Он не думал о тайнах Цунаде, о лжи, которую джинн практически раскрыл. О самом Саске, его знании обо всем этом. Он знает, что вскоре все будет раскрыто.