— I am a psycho! — It doesn't change the fact that I love

      Они не говорят об этом. Они вообще никогда не затрагивали эту тему. Тони уже понемногу начала раздражать эта недосказанность между ними. Нет, он, конечно, понимал на что идёт, предлагая отношения взбалмошному гиперактивному подростку-супергерою-человеку-пауку. Но это уже переходить всякие границы. Куда Питер постоянно уходит ни с того ни с сего? Бывает раз в пять-шесть месяцев, реже — каждые три-четыре.       Тони надоело строить каждый раз гипотезы и накручивать себя, а от Пятницы, впрочем, никакого толку: «Питер запретил мне говорить вам что-либо, а так как он обладает наивысшим уровнем доступа, я не имею право сказать это даже Вам, сэр».       Завтра Питер возвращается со своего очередного незапланированного «отпуска», и Тони наконец решает расставить все точки над «и».

***

      — Питер, мы можем поговорить? — Тони заходит в их спальню, видя Питера, увлечённо читающего какую-то книгу.       — Конечно, — Паркер отложил, как оказалось, учебник по физике, смотря на непривычно серьёзного возлюбленного. — Что-то случилось?       Старк подошёл и сел на кровать, похлопывая рядом с собой, приглашая. Он тяжело вздохнул, собрался с мыслями и выпалил:       — Куда ты постоянно уходишь?       Сразу после того, как последнее слово слетело с уст его парня, Питер замер, мрачнея на глазах и теряя те нотки веселья, что были пару секунд назад.       — Я… я не могу тебе сказать, — наконец отходя от ступора, тихо и неуверенно проговорил Паркер, под конец затихая.       — Почему?       — Это слишком… личное, — извиняюще посмотрел прямо в глаза. — Прости.       — Даже для меня? Я думал, что между нами уже не будет секретов после Стервятника, — Тони как-то горько усмехнулся: — Неужели ты мне не доверяешь? Или у тебя появился кто-то другой? Или ты наконец понял, что встречаешься со стариком? Если я прав, то так и скажи, я пойму. Просто, я уже не знаю, что думать, паучок.       — Что? Нет, конечно же нет! Я не собирался тебя бросать, — Питер быстро затараторил, нервно посмеиваясь.       После сказанных слов Старк облегчённо вздохнул. Одной проблемой меньше. Но расслабляться пока рано.       — Тогда, что происходит? — Тони испытывающе посмотрел в глаза.       — Я не хочу это говорить, так как потом мне придется опасаться, что ты меня бросишь, — Паркер — или Тони показалось? — всхлипнул и как-то весь сжался под его взглядом.       — Паучок, да что случилось? Даже в мою гениальную голову не может придти ни единой мысли, почему я могу бросить тебя первым — в голосе проскальзывают беспокойные нотки.       Тони видит череду эмоций, сменяющие себя каждую секунду, на родном лице: страх, неуверенность, паника, любовь, благодарность, расстерянность и, наконец, что-то, отдаленно напоминающее решительность напополам со смирением.       — У м-меня биполярное расстройство, — на грани слышимости шепчет Питер, пытаясь стать как можно незаметнее.       Тони замирает в лёгком шоке от услышанного, силясь переварить его слова. Так в молчании проходит несколько минут, пока Старка не отрезвляет надрывный всхлип.       — Малыш, ну, ты чего? — Тони пытается его притянуть его ближе и обнять, но Питер упирается ладонями ему в грудь, отталкивая.       — Ты не знаешь как это, чувствовать себя другим, чувствовать себя чёртовым психом! — он почти кричит, срывая голос, заходясь в начале истерики.       Старк ничего не говорит, просто молча притягивает паучка к себе в объятия. Питер продолжает что-то бормотать про то, что он отличен от других; что недостоин его, Тони; что поймёт, если он решит бросить его. Старк прерывает этот поток несусветной чуши крепким, но нежным поцелуем в губы. Паркер сразу затихает, принимая ласку. Лицо сразу же становится светло-розового цвета, когда на него обрушивается град трогательных поцелуев: в лоб, подрагивающие закрытые веки, в щёки, в кончик носа и, наконец, в трясущиеся искусанные губы.       Какое-то время они сидят не издавая не звука, на пару успокаиваясь в таких уютных объятиях. Питер также постепенно приходит в себя, плечи, да, и он сам уже не так вздрагивает.       — Малыш, всё будет хорошо. Мы справимся, окей? — дождавшись неуверенного кивка куда в шею, чмокает его в макушку.       Немного помолчав Питер тихо проговаривает:       — Тони, ты же понимаешь, что я не такой как все? Что я… — он не успевает договорить, так как Тони его спешно перебивает:       — Ничего из этого не изменит тот факт, что я люблю тебя, — шепчет он в ответ, стараясь притянуть паучка как можно ближе. — Любил, люблю и буду любить, слышишь? И даже не смей в этом сомневаться.       Питер поднимает голову с груди Тони и счастливо, несколько растерянно, смотрит в глаза, расплываясь в солнечной улыбке, шепчет в ответ тихо-тихо:       — Я тоже люблю тебя.              Тони снова целует его, закрепляя слова и ставя окончательную точку в сомнениях своего любимого. Отстранившись, он издаёт небольшой смешок, одновременно оглаживаю щеку Питера ладонью.       — Знаешь, мне стоило уже давно привыкнуть, что ты у нас во всех аспектах особенный, малыш.       Питер ахает и поднимает на нагло ухмыляющегося Старка возмущенный взгляд:       — Тони!

The End