Через вселенные

– Когда я просил удивить меня, я не имел в виду всякие маггловские штуки, Поттер, - Малфой подозрительно смотрит на билеты в руках Поттера. – Что еще такое это твое кино? Примерно такой реакции Гарри и ожидал, а потому (уже не первый раз!) терпеливо объясняет, что такое кино и героически выслушивает все жалобы на то, как некомфортно Малфою будет среди магглов, и как он вообще относится к плебейским развлечениям. В кино они все-таки идут, и он покупает Драко самое большое ведро попкорна – пусть займет свой рот чем-нибудь еще кроме причитаний (совершенно наигранных, к слову, ведь это же Малфой). Тут даже легилименция не нужна, чтобы понять, что на самом деле Малфою жутко интересно, что там за разговаривающие колдографии, но статус зануды и вечной занозы в заднице Поттера просто не позволяют ему искренне выразить этот интерес, вот он и ноет. А Гарри идет навстречу, выслушивает это все и даже не обижается, проявляя благородство в лучших традициях Гриффиндора. Фильм производит на Драко впечатление, а там даже не было особых спецэффектов. Выбирая, Гарри решил, что спецэффектов им хватает и в жизни, и поэтому ходили они на обычное 2-D, но зато с закрученным детективным сюжетом. Вслух Малфой, конечно, не признается, но его комментарии во время сеанса и горящие глаза после говорят сами за себя. – Ну и как тебе? – вопрос Поттер задает не для того, чтобы получить ответ, а скорее, чтобы насладиться краснеющим и бледнеющим Малфоем, которому нужно или совсем не по-малфоевски забрать обратно все свои слова, или продолжать держать марку заносчивости. – Сносно, – Драко выбирает нечто, как ему кажется, посередине и небрежно пожимает плечами, но ловит ответный хитрый взгляд. – Что? – Помнишь, что еще было сносно? – Поттер явно веселится, а у Драко вспыхивают даже кончики ушей, естественно, от негодования. – Ой, заткнись, Поттер, - звучит он совсем неубедительно, а Гарри с большой охотой делает то, что ему сказали – затыкается, притягивая к себе и целуя своего Малфоя.