Хината похожа на снег

Хината похожа на первый снег, но тот в их краях выпадает редко, и каждый раз становится первым. Хината похожа на снег. Кибе, вообще-то, по душе тёплое лето с палящим солнцем, когда можно бродить целыми днями, забираться на деревья, пить слишком много газировки и болтать ни о чём с друзьями. Хинату обычно не выпускают гулять с ним, но иногда её отец злится по непонятным причинам и выставляет девушку из дома. Киба, вообще-то, не должен радоваться в такие моменты, но ему хорошо рядом с Хинатой. Не важно, чем они занимаются: просто молчат, делают домашнюю работу, сидят на солнце во время перемены или бродят по улицам, потому что Хьюге некуда идти и никакую помощь она не принимает и не хочет принимать. Главное - что они вместе. На расстоянии вытянутых рук ли, ближе или дальше - вместе. Киба бы не запомнил ни одной зимы в своей жизни - он в принципе невнимателен к таким мелочам, как времена года, - если бы не Акамару, радующийся снегу и одновременно боящийся его. Каждый раз пёс высовывал язык от счастья и каждый раз не решался наступить на белое одеяло дроблённого льда. Инузука думает, что снег холоднее клинка, но, впервые попадая в страшную метель по пути в ветклинику, где он пытается заработать себе на новые кроссовки, он узнаёт, что снег может обжигать. Хината его не слушает: продолжает потакать отцу-мудаку, пытается что-то доказать своему полоумному братцу, который, видимо, перечитал Ницше или кого-то другого в духе тупых немецких мудаков, и молча терпит оскорбления от малолетки-сестры. Хината всегда всё делает по-своему, и Кибе это в ней и нравится. Хината мягкая, как снег, но если протянешь руку, если сожмёшь её в тиски, если захочешь её уничтожить, то она не сломается, станет твёрже и даст отпор. Киба никогда не хотел делать Хинате больно, Хьюга как-то сама справляется с этим. Семья Хинаты каждый раз ломает ей колени, а она - будто мало - вдобавок самовольно прыгает на раскалённые гвозди. Киба, скрипя зубами от ярости, несёт сумку подруги, пока провожает её домой, как на кладбище. Он хочет сказать ей: "Хината, махни на всё рукой. Переезжай ко мне. Мама, конечно, покричит, но успокоится. Только не ходи туда больше, не возвращайся. Они тебя ненавидят". Киба злится, бесится, потому что Хината сама себя презирает лишь оттого, что семья её не любит. Смотрит на неё: на её бледное круглое лицо, на чернильные волосы, на мягкие руки, на светло-голубые глаза, которые якобы зеркало души, - а заглянуть вовнутрь не может, как и понять, узнать, что у Хинаты на самом деле на уме. Она похожа на акварельную птицу в клетке. В детстве, когда отец Кибы ещё не нашёл себе новую семью - как будто у старой истёк срок годности - и пытался проводить время с детьми, папа брал его с собой на охоту. Однажды Киба даже подстрелил то ли ворону, то ли утку. Тогда тысячи пугливых птиц взлетели в небо от звука выстрела - Хината похожа на каждую и одновременно не похожа ни на одну из них. Она похожа на самый нежный цветок. На тихие соцветия сирени - Хана такие домой таскает вечно: всё вокруг давно провоняло. На белые астры - эти цветы растут недалеко от дома Хьюг, и Инузука почему-то это запомнил, потому что часто проходил мимо этой клумбы, когда во всю прыть бежал на остановку, чтобы успеть к автобусу до ветклиники. Хината похожа на ласковые подснежники рыхлой весной - те тоже были особой редкостью в их краях. Киба нашёл один для подруги, когда они едва познакомились. Она сказала ему: "Спасибо", - и засушила цветок в томике Бодлера; кто это такой, Киба, конечно, и знать не знал, но в тайне понадеялся, что Хьюга не читает немецких ублюдков, как её кузен. Хината похожа на самое красивое стихотворение из всех когда-либо созданных. Киба не пишет стихов и не читает их, но ради неё готов выучить хоть всю антологию французской поэзии. Хината похожа на воздушный зефир в сахарной посыпке. Киба, к слову, ненавидит сладкое, но давился бы каждый день. Хината похожа на нежный рассвет, на тихую мелодию старого пианино, на ночные разговоры о важном. Киба - человек дела. Киба - гитарный вой. Киба - это ослепляющее солнце в зените. Хината похожа на долгожданное перемирие. "Может, ты уже скажешь ей?" - предлагает как-то Шино, когда Киба прикладывает лёд к опухшей щеке после очередной бессмысленной драки. Инузука - вечный хаос, вечные войны на Марсе, вечный бег к какой-то немыслимой цели, и только Хьюга его покой. Глаза у неё - плывущие по реке колотые льдины. У Кибы - раскалённое пламя. Губы её - симфония. Его же - малая проза. - Хината, знаешь, - срывается с языка как-то по счастливой случайности, когда ей уже пора к своим далёким заботам в царство непробудной зимы. Время застывает, стоит ей поднять свой привычный, слишком нежный взгляд. Киба наконец-то видит. Киба наконец-то понимает, что у Хинаты - душа солдата. У них это одинаковое, и Хината знает.