Мальчик с недотрахом

Эррор повалил Инка на кровать, связав руки над головой на изголовье. Инк уже совсем смирился. Он был готов. — Готов? Эррор был подозрительно нежен. Неужели делает это из любви? -… Инк промолчал. Ему было уже всё равно на то, что будет дальше. Эррор порвал футболку Хранителя в клочья. — Мусор. — Мусор… — повторил Инк. Эррор пошло улыбнулся и наклонился к рёбрам партнёра. Оглаживая грудь (не женскую и не неоновую) тонкими пальцами, повторяя рисунки на костях и вырывая из уст Художника сладкие стоны. Он пытался держатся, правда. Он хотел порвать нити, но резал кости, а по ним (нитям) лишь стекали капли чернил. — Не надо… — Милый мой, твоё слово ничего не значит для меня. Он просто продолжил, не обращая внимания на мольбы, просьбы и стоны. Только ещё хлеще. Он облизывал своими тремя языками ультромаринового цвета, вырисовывая узоры подобные тем, что уже были на костях Инка. Сладкие стоны были музыкой для ушей Эррора. Даже он не мог подумать, что опустится до чего-то подобного. Инк продолжал стонать, периодически моля Разрушителя, чтобы он остановился. Он был непоколебим. Стоны и мольбы лишь усиляли его желание помучать своего врага. Спускаясь ниже, облизывая живот, параллельно стягивал шорты. Инк понимал, что сейчас станет только хуже. Он пытался дёргаться, рвать нити, бить ногами соперника, но было безуспешно. Эррор лишь прибавлял ещё и ещё нити, стягивая руки и уже ноги всё сильнее и сильнее. Инк плакал от боли, стонал от действий Эррора. Безысходность. Видимо она ощущается именно так. Даже смирившись, ему всё также было страшно. Ему действительно было приятно, когда Эррор стягивал ему ноги, иногда задевая таз и рёбра. Ему хотелось этого. Именно из-за этого он продолжал драться и не стекал в чернила. Он любил это. Но не сейчас. Сейчас он был «под похотью» и хотел этого, но здравый разум всё ещё был, и он вполне осознавал, что происходит. И именно этот «здравый разум» заставлял бояться. Эррор уже спустился ниже и оглаживал бёдра, время от времени надрачивая радужную магию. Конечно, Эррор мучал Инка, трогая лишь головку. Он уже который раз целовал Инка, а тот отвечал… — Ммм~ Мило, оооочень мило. Мальчик плачет в безысходности. Ну и где твои друзья? Где Дрим? Ох, он же с Кроссом. А где Голубичка? Где твой любимый Блуберри, когда он тебе так нужен? Прости, забыл. Сейчас его ебёт Даст. Тебя променяли на еблю со своим врагом! А они и не против. Так почему ты плачешь? Я не так жесток как они. Сейчас мы у тебя. Я ласкаю и доставляю тебе удовольствие. А ты? Ты рыдаешь, как девочка. Ну и где же твоё мужество? Куда делся Хранитель? А Инк молчал. Слёзы стекали с глазниц. Эррор убрал нити с его ног и, устроившись поудобней, без всяких растяжек, сразу и резко начал вдалбливать Инка в кровать.