Новый лист (Сводные)

Парни усадили девушку на лавочку между ними, изжегая её пронзительными глазками. — Чего грустная такая? Паренёк обидел? — с усмешкой поинтересовался Дамир, делая глоток горького напитка. — Нет, — покачала брюнетка головой, окидывая его изучающим взглядом. — Зачем вы пьёте? — нахмурилась она, витая глазками от одного парня к другому. Они засмеялись. — Расслабляемся так, хочешь с нами? — Слава открыл новую баночку алкоголя, предлагая Илоне. — Нет, — с отвращением отворачивается от протянутого напитка. — Лучше выпей, у меня разговор серьёзный, — вздохнув, подметил Дамир, заглядываясь на дорогу впереди. — Какой разговор? — Мне интересно кое-что узнать... — начал брюнет, переводя карие глазки на девушку, которая была готова ко всему. — Дай мне руку, — протянул ладонь, Ила положила свою на его, парень сжал, скрещивая их пальцы, отчего девушка моментально почувствовала тепло и мурашки по коже. — Ты...ты ощущаешь это.. чувство? — шептал Дамир, запинаясь. — О чём ты? — выдавила Булаткина из себя слова, ей в миг стало очень хорошо и спокойно, ощутила себя под прочной защитой. Парень, ничего не ответив, резко сократил расстояние, обнимая девушку. Она, вместо того, чтобы отстраниться, машинально как-то, слушая сердечко, крепче прижалась к нему, опуская голову на плечо кареглазого. — Ну давай. Отстранись от меня. У тебя же есть парень. Почему обнимаешь?.. Илона, — выдохнул он, брюнетка так и не отпускала. — Я не хочу. Я не могу, — шептала она в ушко, чувствуя ускоренное биение его и своего сердца. — Почему ты не можешь, малышка? — стал Дамир поглаживать её по спине, с закрытыми глазами. — Не понимаю... — только и смогла прошептать. — Илон, — отстранился парень, заглядывая в её личико, — расскажи мне...всё о себе. — ...Ну-у-у. Меня недавно забрала семья Булаткиных из детского дома, — пожала плечами. — И ты ничего не помнишь о родителях, — утвердил парень, убирая выбившуюся прядь брюнетки за ушко. — Нет, — медленно покачала она головой, накрывая его руку на своём личике ладошкой. — Ты когда-нибудь хотела увидеть маму с папой? — Да. — Зачем? — Спросить почему они от меня избавились. Всё время диалога они смотрели друг другу в карие глаза. — Ты...согласилась бы...жить с настоящими родителями, будь их ответ таким, что...ну ты поняла. — Вряд ли ответ таким будет. Да и откуда они явятся?.. Но я не понимаю сути всех вопросов. — Её нет. Не ищи суть в обычном... Владислав, всё время наблюдающий за этими странностями, удивлённый, сидел, попивая иногда пиво. — Выпей, — Дамир протянул девушке напиток, некогда предложенный ей Славой. Она хотела возразить, но парень был настойчив. Ила с трудом сделала пару глотков, обжигающих горло, но с теплотой проникающих в организм. — Умница, — усмехнулся, забирая и делая глоток. — А теперь к главному... Илон... я люблю тебя, — брюнет впивается в губы девушки, чувствуя, пусть и не сразу, ответ. Итак. Пока Илония пытается перебороть свои эмоции к Дамиру, чтобы спасти их с Егором отношения (а где-то глубоко внутри она борется, просто плоховатенько, поэтому наяву ничего не замечается), Егорка в то время яро распинается перед Мариной Петровной, доказывая многое, начиная с удалённой фотографии и заканчивая любовью к сводной сестре. К тому же, парень осмеливается выпалить то, что мучает его. Что они скрывают от девушки. Булаткин заявляет, что дальше не может умалчивать и если не расскажут они, родители, то это сделает он. На этом их диалог прерывается парнем. Он одевается и уходит искать сеструху. Тем же временем Ила отстраняется от брюнета, берёт ту баночку с пивом и делает ещё пару глотков (на большее её не хватает). — Я ничего не понимаю сейчас, но одно скажу точно: я люблю Егора и не желаю причинять ему боль. Собравшись с мыслями во время поцелуя, выдала, поднялась и почухала домой, игнорируя Дамира, кричащего что-то в след. Добралась без происшествий, зашла в комнату и поддалась искушению: заплакала. Родители позвонили парню, он примчался домой, забегая в комнату малышки и заставляя её там не в лучшем состоянии. — Илочка... Детка... — шептал блондин, опускаясь на постель, поглаживая лежащую и плачущую девушку, приводя дыхание в норму. Она молчала, время от времени всхлипывая, а Булаткин продолжал. — Прости... Я хотел тебе рассказать, но... Девушка, естественно, не понимала парня. Перебивать и смотреть на него не смела, ей было стыдно за своё поведение. А Егорка...он решил, что родители поговорили с брюнеткой и выдали всю правду, вот и слёзы. — Малыш, ну всякое бывает... Они...влиятельные люди. Пиар ход, да, но они и для тебя хотели самого лучшего. Ты стала частью нашей сем... — То есть, — всхлип, — "хотели девочку" тут не при чём? — она посмотрела на блондина красноватыми глазками. — Нет коне... Стой! Почему ты плачешь, если не поэтому? — До каких пор продолжался бы этот ход? — не слушая парня, спросила девушка, приподымаясь с кровати. — Тебя должны были забрать обратно после того интервью, — опустил голубые глаза вниз, вздыхая. — Но? — Но я смог отговорить, потому что влюбился. Условие было следующее: встречаться с тобой не на показ. Но Алёна и эта фотография... Плохо сыграли... Мама уже поверила, что фото удалено, но... — Что? — в нетерпении потарапливала Илона, обвивая руками колени. — Я удалил его, да, но не мог не сохранить себе... Она спалила фото... — Фотография у тебя? — выпучила брюнетка глаза. — Да, — прошептал блондин, девушка ненадолго закрыла лицо руками. — Что она сказала? — Разозлилась... Но всё хорошо, говорю же, ты уже стала частью нашей семьи. Так почему ты плакала? Она помотала головой. — Я...мне надо одной побыть...на свежем воздухе, — тихо говорила девушка, направляясь на выход из спальни. — Не иди за мной, пожалуйста. Она ушла, слыша на последок: я люблю тебя. Прогуливаясь по ночной Пензе, обнимая себя руками, чтобы хоть как-то защититься от пронизывающего холодного потока ветра, раздумывала обо всём. О Егоре, Дамире, фотографии и "родителях". В голове была такая каша. Присев на лавку, съёжилась, ветер подул сильнее. Обвинив себя в непредусмотрительности, ведь куртку она не взяла, её кое-как спасала тонковатая толстовка, под которой ничего, кроме лифа, не было. Прикрыла ненадолго глаза и почувствовала тепло. — Привет, — сказал парень, накидывая на неё свою куртку, садясь рядом. Ила, удивившись знакомому голосу, распахнула карие глазки. — Артём?..