Be my Queen

За окном мигают уличные фонари один за другим, подсвечивая уставшие и измученные лица, пустые глаза, крепко сжатые руки и переплетенные между собой пальцы. В голове ещё отдаёт шум недавней стрельбы, кровь на одежде и теле вынуждает память воспроизводить тот страх и панику, которые не отпускали на протяжении долгого времени. Усталость берет верх, и Сара закрывает глаза, удобно укладывая голову на спинку сидения автомобиля, все также сжимая руку Аарона. Мужчина медленно повернул голову в ее сторону, улыбнулся своей спящей девочке и облегченно выдохнул. Он не хотел, чтобы она когда-либо видела подобное, её мир не должен быть жестоким, там не должно быть оружия и крови, не должно быть криков из-за боли и страха. Он сам себе в эту минуту дал обещание, что впредь не позволит кому или чему-либо навредить Саре, защитит даже сам от себя, если это будет необходимо. Дракон привозит их к неприметному домику, окрашенный в темно-коричневый цвет, который освещается лишь одной лампой над входной дверью. Хилл аккуратно разжимает руку, стараясь не разбудить девушку, и у него это получается. Сара даже не пошевелилась, что позволило лидеру Чёрных Драконов тихо выйти из машины к крыльцу дома, в который уже звонил его помощник. — Мистер Хилл? — дверь открывает мужчина шестидесяти лет, он явно спал и сейчас быстро, но сонно потирает глаза, оценивая обстановку. Его взгляд пробегается по Аарону, после чего он широко раскрывает дверь и включает свет внутри. — Проходите скорее! — Ноа, пожалуйста, осторожно забери Сару из машины, — Хилл зажмурил глаза и стиснул зубы, хватаясь за глубокий порез на руке. — Ее тоже следует осмотреть, не знаю, что там произошло и почему она оказалась здесь, но я обязан убедиться, что с ней все в порядке. Ноа кивнул и быстрым шагом устремился к машине. Открыв дверь, он заметил, что школьница уже спала на заднем сидении автомобиля, опустив часть корпуса на то место, где еще пару минут назад сидел его босс, и подложив ладони под голову. Парень аккуратными движениями проник руками под ее колени и спину, приподнимая и вытаскивая тело. Аарон уже прошёл в дом и ждал, пока его подчинённый пройдёт за ним, осматривая всё вокруг них и успокаиваясь, что хвоста за их машиной не последовало. Дверь дома захлопывается, личный врач Чёрных Драконов уже выходит из своего кабинета, открывая на ходу специальный ящик со всем необходимым. — Осмотри сначала ее, — кратко бросил главарь группировки. — Но... — подает голос доктор и кидает взгляд на все ранения Аарона, в особенности задерживается на том, куда Хилл прижимает руку. — Осматривай, Эдди! Мужчина тяжко выдохнул, но пришлось согласиться и начать выполнять приказ. К этому моменту Сара уже лежала на диване и неспешно приоткрыла глаза, пытаясь понять обстановку. Она слышит голос Аарона и внутренне успокаивается, здесь ей не грозит опасность, поворачивает голову и замечает, как к ней подходит Эдди. О’Нил не слышала разговора полностью, лишь обрывки, так и не сумев их соединить воедино. Хилл кивнул ей и натянул подбадривающую улыбку, вселяя уверенность и давая понять, что сейчас она в безопасности. — Милая, мне нужно осмотреть тебя, поэтому сними с себя верхнюю одежду, включая кофту, — тихо и ласково произносит седовласый мужчина. Аарон только глазами показал своему Дракону покинуть помещение, и тот незамедлительно принялся выполнять очередной приказ. Немного дрожа, школьница сделала все, что просил врач. Его холодные пальцы коснулись ее оголенного живота, затем груди и рук, из-за чего она сначала вздрогнула, позже спокойно выдохнула, прикрыв глаза. На спине оказалось несколько синяков после падения на асфальт во время битвы с Кейтлин, на шее доктор почти сразу обнаружил темные и чуть продолговатые пятна от пальцев. Он ни разу не повернулся к Аарону, чтобы не тревожить раньше времени, ему и без этого на данный момент не слишком хорошо: мужчина переминался с ноги на ногу, чтобы не упасть, шипел и лишь губами произносил нецензурные слова от дикой боли в руке. — Думаю, она тебе сама расскажет, что произошло. Синяки на шее и спине пройдут со временем, каких-либо ранений, угрожающих жизни — нет. Я выпишу мазь, которая позволит быстрее пройти всему и на всякий случай передам обезболивающие. У вас сейчас шок, он помогает не чувствовать некоторую боль, — заключил Эдди и поднялся с дивана, О’Нил принялась сразу натягивать свои вещи обратно и осталась на диване в сидячем положении. — Аарон, тебе придется пройти сразу в мой кабинет и лечь на кушетку, я не смогу зашить твою руку здесь на диване. Мгновенно после произнесенных доктором слов Сара испуганно подскочила с места и хотела подойти ближе к своему Дракону, но тот только вытянул здоровую руку, уже испачканную в крови, вынуждая остаться на месте. Он медленно прошел в сторону соседней комнаты под взгляд девушки, полного застывших слез. Перед тем, как окончательно скрыться за массивной деревянной дверью, Аарон развернулся, на его лице была все та же подбадривающая улыбка, он еле слышно проговорил, что все будет хорошо, и он скоро выйдет, не стоит нервничать. Затем дверь захлопнулась, Сара упала обратно на мягкую поверхность старого дивана, взгляд не мигая уставился перед собой. Сколько времени прошло — она не знает. Кажется, что прошла уже целая бесконечность, пока она не видела и не слышала Аарона. Ей хотелось услышать хотя бы один его крик, знать, что он не умер от боли или от потери крови прямо на кушетке в старом доме непонятного доктора Черных Драконов. Но Аарон молчал. Это уже не первый раз, когда в таких условиях ему зашивают увечье. Доктор Эдди помогает Аарону сначала усесться на белую мебель, стащить куртку, рукав которой уже успел пропитаться кровью, как и часть его черной рубашки. Мужчина стискивает зубы, но не позволяет себе даже звука боли издать, сжимая под рукой ткань грязных брюк. Врач протягивает ему кусок плотной ткани, и Хилл помешает ее в рот, чтобы сжимать зубами в самые болезненные моменты. Он осторожно ложится и удобно располагает раненую руку. На теле главаря преступной группировки множество мелких синяков, порезов, даже прикосновение к которым отдаёт дикой болью, и засохшая кровь, о которой он больше не хочет думать. Эдди обрабатывает ту часть руки, где сейчас будет работать, как и свои инструменты. В его кабинете все стерильно, нигде нет грязи, все хранится так, как положено на самые экстренные случаи. Он давно работает на Чёрных Драконов, почти с самого их основания, как оказался в эпицентре бойни двух опасных банд. Аарон всегда отлично платит, хоть может приехать и поздно ночью. Благодаря помощи Хилла дочь доктора Эдди учится в престижном университете, только вот сама лично никогда не видела лидера Драконов, и даже не знает о работе отца, какая она есть на самом деле. За столько лет совместной работы без обмана Аарон точно знает, что может доверяться этому человеку. Мужчина плотно стискивает зубы, кажется, на ткань останется от них след, здоровой рукой сжимает край светлой кушетки. Эдди накладывает последние швы и принимается обрабатывать остальные увечья. Аарон часто дышит, приходя в себя после боли, которую испытал несколько секунд назад. Он старается думать о чём-то другом, так болезненные ощущения немного притупляются, хоть и на короткое время. — Спасибо, ты всегда нас выручаешь, — хрипло проговаривает Хилл. — Я не останусь в долгу надолго, ты меня знаешь. — Аарон, ты достаточно мне помог, и я далеко не тот человек, который думает все время о деньгах. Вам обоим сейчас нужен отдых и покой несколько дней, а лучше всего уехать на недельку куда-нибудь и совершенно забыть о работе и проблемах. Дайте своим организмам восстановиться. Хилл благодарно кивнул, придерживая бинты, он привстал с койки, а затем и полностью на ноги. Перед глазами уже не темнеет и ничего не расплывается, шум в ушах прошёл, но все эти чувства сменила дикая усталость. Эдди помогает Аарону накинуть на себя одежду и выйти из помещения. Сара подскакивает с места и быстрыми шагами направляется к Хиллу, аккуратно обнимая его за талию. Она осматривает его плечо и осторожно проводит кончиками пальцев, еле касаясь ими бинтов. Сил остаётся крайне мало, поэтому мужчина свободной рукой обнимает девушку и ведёт её к выходу. О’Нил еще раз поблагодарила их ночного спасителя, после чего уже перед выходом отстранилась от своего мужчины и помогла сесть в машину. Ехать в дом Аарона Хилла небезопасно, несмотря на то, что Скорпионы больше на них не нападут, окна в доме выбиты, хозяин сейчас не в том состоянии, чтобы нанести ответный удар при необходимости. Он принимает решение вернуться в казино и ближайшее время остаться там: выспаться и прийти окончательно в себя. Лидер банды не отпускает и Сару, пока лично не осмотрит ее тело и не услышит всю правду из ее уст, не даст возможности уйти от него. Помещение казино встречает их холодом и темнотой, все члены банды разъехались по своим домам и несколько дней не вернутся к работе, Аарон всегда выделяет время для отдыха и восстановления сил своих подчиненных. Единственные два человека, которых решил оставить Хилл — два охранника в небольшой и неприметной будке около здания. Короткий сон в машине помог Саре быть сейчас более бодрой и помогать своему мужчине, который поначалу сопротивлялся и делал вид, что ничего серьёзного не случилось. Он не привык принимать помощь, если сам о ней не просит, тем более от девушки. — Сара, Паркер как будто выстрелил в меня несколько раз, а не нож в руку кинул, — Аарон находит в себе силы посмеяться. — На тебе рубашка висит с не застегнутыми пуговицами, и я вижу все, что оставил этот ублюдок, и это только меньшая часть, — тихо произносит она. — Хотя бы один день прекрати быть сильным, когда тебе на самом деле больно и нужна помощь. Твой карман набит обезболивающими, или ты думаешь, я не заметила? Доктор тебе бы не дал просто так такое количество, он видел больше, чем я, а мне и этого достаточно. Аарон лишь целует ее в макушку и проходит вглубь кабинета, даже не включая свет, рассвет освещает помещение. Сара проворачивает ключ в замке, включает несколько ламп на стене напротив Хилла и аккуратно становится коленями на диван, помогая снять куртку и рубашку. Рот приоткрывается от увиденной полной картины, от красно-синей кожи из-за ссадин и синяков, из-за крови, что уже успела подступить из-за бинтов. Она мотает головой, но реальность не меняется, руки немного дрожат, но девушка где-то глубоко внутри себя находит силы, чтобы закончить начатое. Ее слабости в эту минуту не должно быть места. — Весь этот кошмар закончился? — шепотом спрашивает она и боится услышать отрицательный ответ. — Если я остался жив, Сара, то да, больше ни нам, ни городу никто и ничто не угрожает. Паркер мёртв, его подружка вряд ли продолжит дело, мозгов не хватит на это. — Я убила Кейтлин, — быстро произносит О’Нил и зажмуривает глаза. Хилл резко поворачивается к ней и устремляет взгляд на ее лицо. Сара не лжёт. — Стащила пистолет, когда мы уезжали, и… выстрелила в неё при необходимости, когда она напала на меня. Прости. — Ты все сделала правильно, не извиняйся за это, милая. Аарон притягивает Сару ближе к себе и утыкается лбом в ее живот, тяжко выдыхая и обнимая. Девушка гладит его полосам, смахивая с них грязь и пыль. Он внезапно отстраняется и возвышается над ней, стягивая верхнюю одежду, оставляя лишь в чёрном бюстгальтере и джинсах. Проводит по телу ладонями, и бесшумно с уст слетает ругань. — Прошу, расскажи мне все, что случилось с тобой, как ты вновь оказалась в Сентфоре, что ты вообще делала у места встречи, и где мне искать Адамо, чтобы убить в качестве наказания? — Адамо тоже мёртв, Аарон, никого не надо наказывать, это вообще не его вина, — тихо начинает Сара. Она пересказывает ему все произошедшее в деталях, стараясь ничего не упустить. Школьница села к нему на колени и обняла за шею, ища взглядом опору, чтобы легче было рассказать дальше. Когда дело дошло до драки и убийства Кейтлин, на глаза от жутких воспоминаний начали наворачиваться слёзы, кисти рук снова дрожали. Сара знала, что за защиту с летальным исходом другого человека ей ничего не сделают, Аарон об этом позаботится, и сейчас не было страха за жизнь, только боль, что так рвалась наружу от каждого произнесённого слова, которое надавливало на свежие раны. Хилл внимательно слушал ее и не смел перебивать, только гладил по волосам и спине, хоть немного пытаясь успокоить. Он винил себя, что не позаботился о её безопасности лично, что школьнице пришлось пережить весь этот ужас и впервые по-настоящему убить человека, оставляя его где-то на трассе около леса. Он пошлет туда позже своих Драконов, и они уберут все следы, никто даже не узнает, что скрывает это место. Последние слова своего рассказа брюнетка заканчивает уже совсем еле слышно: — ну, а дальше ты уже знаешь, что было. Сейчас мне хочется закрыть глаза, а когда я их вновь открою, то этого кошмара и вовсе не было, как и последних суток в моей жизни. Я так сейчас рада, что ты рядом, живой, со мной, меня это успокаивает. — Езжай домой, как твой отец уйдёт на работу, он не должен видеть тебя в таком состоянии. Вечером я привезу все, что тебе выписал врач, и пока ограничим наши встречи в этом кабинете или там, где вряд ли нас увидят, пока я займусь домом. Сара только понимающе кивнула, глаза закрывались. Даже не надевая обратно тёплую кофту, девушка перебирается на вторую половину дивана, скинув с себя ботинки, и тянет Аарона за здоровую руку, не желая спать сейчас одна. Мистер О’Нил поедет на работу только вечером и останется в ночую смену, Саре не о чем переживать сейчас, у них с отцом хорошие отношения и он не станет задавать вопросы. Аарон прижимается к ней со спины, свободная рука Черного Дракона сейчас служит некой подушкой, девушка удобно расположила на ней свою голову и сцепила не сильно вокруг мужского запястья пальцы. С той ночи перед важным событием в заброшенном здании на кожаном диване так и остался неубранный плед, который сейчас Сара натянула на их тела. Девушка уснула быстро, но Хилл не смог последовать ее примеру. Мысли путались в голове, он думал о том, что сейчас она могла бы спокойно жить и учиться, гулять с друзьями на выходных и ходить за ручку с парнем, даже не подозревая о том, что её жизни и здоровью угрожает опасность, сдала бы позже экзамены и поступила в университет мечты, а дальше ждала бы только беззаботная жизнь. Но сейчас Сара лежит рядом с ним, уже далеко не та маленькая беззащитная девочка, она уже может постоять за себя, а на ее нежных руках кровь человека. Аарон примет ее любой, в этом мужчина даже не смеет сомневаться. Не покидают мысли о том, чтобы оставить школьницу в покое, не принося дальше в ее жизнь тьму, боль и кровь, но не сможет отпустить ее. Она словно привязала его к себе самыми крепкими узлами, повесила несколько замков, а ключи давно выбросила в океан, чтобы их никогда не найти. За это время Хилл успел себя обвинить ещё раз, так как не смог как должно уберечь О’Нил, а ведь этой ночью она могла видеть радужные сны, а не кошмары. Её безопасность у человека, чья жизнь сплошной мрак и опасность, стоит на первом месте. Перед тем, как погрузиться в сон, он обещает себе исправиться, если хочет видеть на лице своей любимой девушки лишь улыбку от счастья. Все это время пару никто не тревожил, Аарон только несколько раз мычал от боли сквозь сон, отчего Сара на мгновение приоткрывала глаза и гладила около ранения, успокаивая боль. Но на этот раз брюнетка уже просыпается сама, оглядывает обстановку, Хилл все еще спит, и она даже не думает будить его. Тихо встает с дивана, укрывая полностью мужчину, неспешно одевается и подходит к зеркалу, чтобы оценить состояние своей кожи. — Сучка! — Губами проговаривает школьница, проводя пальцами по шее и вспоминая, как Кейтлин пыталась избавиться от неё, её злобную гримасу во время удушения. Она укладывает волосы вперёд, чтобы меньше было видно посиневшую кожу в некоторых местах. Девушка, не надевая обувь, на носочках подходит к спящему Аарону и, зажав волосы в руке, чтобы они не потревожили его сон, осторожно оставляет поцелуй на щеке и тихо покидает помещение, перед этим оставив ему записку. Выходя из темного коридора, Сару встречает яркая подсветка рядом с баром, но в игорном помещении все ещё пусто. Ботинки оказываются на ногах, сумка на плече. Мистер О’Нил уже вышел на работу, поэтому его дочь может не волноваться, что он увидит не то, что хотелось бы, и не придётся объясняться. Уже родной дом встречает её тишиной. На кухне стоит тихий аромат от недавно приготовленной еды, которую так и хочется уже закинуть в себя, но школьница минует кухню и направляется в ванную комнату, чтобы наконец смыть с себя всю грязь и весь тот день, который ещё на долгое время останется в памяти. Тёплая вода приятно струится по телу, нежный гель для душа обволакивает своей пеной кожу, одаривая ее приятным ароматом. Сара не спеша проводит по волосам, массирует кожу голову, нанося вторую порцию шампуня. Теперь не с самыми приятными событиями мало что связывает. Она надевает своё любимое ночное платьице, но сразу же накидывает и халат, чтобы синяков не было видно, влажные волосы оказываются на плечах. Отец придёт лишь утром следующего дня, но ей самой не хочется видеть тёмные следы на своей коже. Теперь жизнь вернулась в прежнее русло, нужно наслаждаться каждым ее мгновением.

***

Сара открывает глаза и в это же мгновение закрывает их ладонью из-за яркого солнца. Она была настолько уставшей из-за подготовки к пробному экзамену, что даже не задёрнула перед сном шторы, о чем сейчас жалела. Голоса с первого этажа заставили мозг напрячься и понять, кто пришёл к ним в гости в выходной день и так незвано. Девушка отчётливо слышала смех отца, но второй голос был слегка приглушен. Сара нехотя сползла с кровати, потёрла сонно глаза и пробежалась взглядом по комнате в поисках своего халатика. Накинув нужную вещь поверх ночного платья цвета глубокой ночи, она медленно и бесшумно приоткрыла дверь, выглядывая. Прошло почти две недели с тех событий, и все казалось таким беспечным, но в эту минуту из-за неизвестности паника медленно растекалась по телу. Мистер О’Нил что-то рассказывал из своего прошлого, школьница свела брови вместе, пытаясь понять, кто же собеседник отца и что происходит в их доме. Второй голос является мужским, мысли о том, что в гости пришла мама Кэнди, с которой её отец любил проводить иногда время, отпадают. Перекинув волосы через плечо, чтобы они меньше мешали, Сара выныривает из своей комнаты, не прикрывая двери, чтобы не издать лишних звуков и не привлечь внимание раньше времени. Слышится смех мужчин, О’Нил замечает широкую спину в белой рубашке и отца, который перевёл на неё сияющий взгляд. — Пап, кто к нам… пришёл? — последнее слово Сара произносит совсем тихо, когда таинственный незнакомец повернул голову в её сторону и улыбнулся. Девушка вновь посмотрела на отца непонимающим взглядом, а тот только кивнул. — Мы не хотели тебя будить, — прерывает тишину мистер О’Нил. — Я приготовил поздний завтрак, проходи к нам. Сара некоторое время переводит взгляд с одного мужчины на другого, стараясь сопоставить все услышанное и понять, что всё-таки произошло, пока она видела яркие сны после страшной действительности. Школьница делает шаг и останавливается, отец только рассмеялся и встал из-за стола, перекладывая яичницу в любимую тарелку дочери и ставя вместе с кружкой чая на стол. Сара все же находит в себе ещё силы, чтобы пройти дальше и усесться рядом с незваным гостем, который наклонился к её уху и тихо прошептал, чтобы услышала лишь она: — Прости, я должен был посоветоваться сначала с тобой, но я уже не мог ждать, дракончик, — улыбается Аарон. — Я не сказал, что ты его обманывала и была это время со мной, но сказал о главном — о нас как о паре. Сара кинула злобный взор на Хилла и сжала в руке вилку, сдерживая свой гнев и всю нецензурную лексику внутри. Она позже выскажет ему все, что сейчас пришло в голову. Аарон должен был сначала поговорить с ней, а не приходить с утра в дом и так с порога говорить об их отношениях. Но школьница потрясла головой и задумалась о другом: отец рад Аарону, он что-то увлечённо рассказывал и даже улыбнулся дочери, действительно по-доброму, без намерений позже провести воспитательную беседу. — Папа ничего не говорил? — она также наклонилась к уху Чёрного Дракона. — Он вообще знает, что ты тоже мог бы быть моим отцом? — Он знает все, кроме некоторой правды о моей работе и о твоих отмазках. Твой отец услышал все то, что хотел бы, ничего лишнего. Аарон оставил поцелуй на ее виске и улыбнулся каким-то своим мыслям. Сара поместила небольшой кусочек яичницы в рот и активно начала жевать, аппетит быстро посетил ее, когда спазмы из-за непонимания ушли. Она уже сбилась со счета, как именно расскажет отцу о своих отношениях с Аароном. Мистер О’Нил никогда не запрещал ей общаться с мальчиками, но лидер Драконов старше его дочери далеко не на один год, и Сара боялась этого, боялась, что отец даже дальше не станет слушать, выгонит Хилла из дома и запрет дочь в своей комнате. Навсегда. Особенно эти мысли лезли в голову школьницы перед сном. Представляла, как отец вновь выгоняется Аарона из их дома, затем собирает все вещи и уезжает в другой город, чтобы главарь банды из Сентфора никогда не смог их найти. Она уже успела подумать и о том, чтобы вообще не говорить о своих отношениях, скрывать их столько, сколько они с Аароном будут вместе, даже если всю жизнь. Пока Сара была погружена в свои давние размышления и поглощала еду, мужчины перекинулись ещё парой слов, где не было места для тревоги и страха, словно знакомы достаточно давно. Голос отца вывел девушку из транса. — Мне уже пора на работу, я взял себе свободных два часа, которые вскоре подойдут к концу, — мистер О’Нил поцеловал дочь в макушку и направился к выходу. — Хорошо провести время, и, Аарон, надеюсь ты уже не успел забыть, о чем я просил тебя. — Я прекрасно помню наш разговор и ни в коем случае не собираюсь делать что-то против, я несу ответственность за вашу дочь. Дверь за отцом Сары захлопнулась, Аарон, который до этого расслабленно откинулся на спинку стула и допивал остатки кофе, не спускал глаз с девушки, выжидающую подходящее время, чтобы начать выливать на него все, что скопилось за эти несколько минут. Она отодвигает стул, ножки которого неприятно проезжаются по чистому полу, проходит к кухонной раковине и оставляет в ней грязную посуду, моет руки и убирает продукты на место, будто Хилла в доме нет. Однако в следующую секунду она вспыхивает: — Твою мать, Аарон, что это за цирк? Я, конечно, рада, что отец так радостно отреагировал, что ты не взболтнул лишнего, но ты просто обязан был сказать мне о своих намерениях! Вдруг папа выгнал бы тебя и больше никогда не позволил нам увидеться! А мое одно из последних воспоминаний о тебе — как ты засыпаешь с болью во всем теле, после того, как принял сразу несколько таблеток, чтобы хоть как-то заглушить эту боль, или как ты приезжаешь глубокой ночью, и мы час сидим на улице, потому что больше не можем себе позволить! — Сара с каждым новым словом оказывается все ближе, но Хилл не сдвигается с места. — Так сложно было сказать: «Сара, я хочу познакомиться с твоим отцом, когда мы можем видеться все вместе?!», и я бы придумала хоть что-то. Но ты решил заявиться утром, когда я сплю, и вывалить все как есть! Интересно, как ты ему сказал? «Здравствуйте, мистер О’Нил, я Аарон Хилл, лидер опасной преступной группировки, не так давно убил человека и его помощников, из-за меня ваша дочь врет вам о своём времяпрепровождении и спит со мной». Так?! И кстати, о чем просил папа перед уходом на работу? Аарон тихо смеётся в ладонь, пока Сара яростно выплёвывает каждое слово. Когда она оказывается совсем близко к нему, то мужчина ловким движением схватывает ее за талию и усаживает к себе на колени, затыкая рот поцелуем. Девушка тяжело дышит поседений своей тирании, а затем и сладкого поцелуя, пока Хилл бережно убирает ее волосы назад. — Если бы я тебе сказал, что хочу познакомиться с твоим отцом, то ты бы откладывала нашу встречу каждый раз, потому что боялась его реакции. Понимаю, что не твой одноклассник, с которым ты за ручку можешь ходить в кино, есть сладкую вату и целовать его в щеку, затем быстро забегая в дом, я взрослый мужчина, у которого совершенно другое видение на мир. Я тоже боялся, что твой отец отреагирует по-другому: пошлёт меня на все четыре стороны и увезёт тебя в другой город, например, потому что побоится оставаться в Сентфоре, когда здесь я. За это утро успел придумать, кажется, сотню ответов на все его возможные вопросы, понимая, что не всю правду можно рассказать. И ещё, уже совсем скоро у тебя выпускной, у меня есть для тебя небольшой сюрприз, и это я уже тоже обсудил с твоим отцом, без его разрешения я ничего не смог бы сделать, но об этом позже. — Черный Дракон сделал вид, будто призадумался, и затем добавил:— ах, да, просил он, чтобы я не позволял себе лишнего и не впутывал туда, куда не следует, ну и, конечно, любовью заниматься тебе еще рановато. Сара в шутливом жесте сжала слегка пальцы на шее Аарона, словно желает задушить его за такую самостоятельность. В глубине души она сейчас ликовала, что один из сложных этапов её жизни пройден, ей не придется придумывать историю для отца и трястись, пока он выпытывающе будет смотреть на Хилла. Девушка примыкает к его губам и нежно сминает их, теперь уже обнимая за крепкую шею и плечи и придвигаясь ближе. Мужская рука проникает под халатик, перед этим ловко развязав на нем пояс. Аарон проводит рукой по упругой груди, чуть сжимая ее, спускается к талии, гладит животик и опускает руку на бедро, задирая ночное платье. Сара выпустила тихий стон ему в губы и только сильнее прижалась к телу Дракона. Она углубляет их поцелуй и накрывает своей ладонью его руку. — Когда возвращается твой отец? — оторвавшись, спрашивает Хилл и прикасается к девичьей шее. — Нарушаешь свое же обещание? — на выдохе задает вопрос Сара, после чего Хилл только сильнее сжал ее бедро. — Вечером. Папа вернётся после шести.