Dark Gold

— Ты права. — кивнул Джорно. — я хочу услышать, что было дальше… — Как скажешь. — Ты не устала? Если что, это подождёт, можешь даже поспать на моей кровати. — Нет-нет, Джорно, что ты. Переживать не о чем, кофе отличный и подействовал, как надо. — Тогда хорошо. Ты могла бы сейчас спокойно спать, или же общаться с Бруно, но вместо этого возишься тут со мной, рассказывая мне историю моей семьи. — усмехнулся Джованна. — Да ладно, мне что, сложно что-ли? К тому же, с тобой хорошо. Мало кто когда-либо так ко мне относился. — Джорно всё больше начинала интересовать жизнь Буччеллати-младшей, однако он твёрдо был настроен услышать историю Дио до конца. — Я продолжаю? — в ответ на этот вопрос Джены парень кивнул. — После того, как голова Дио соединилась с телом Джонатана, он… м-м-м… впал во что-то типа спячки, если можно так выразиться, и ровно через сто лет был обнаружен рыбаками, которых после этого убил. Обнаружив у себя новые способности, он ещё больше стремится создать идеальный мир, где каждый либо станет его слугой, либо будет убит. Чуть позже у него появляется стенд, именуемый «The World» и способный останавливать время. В это же время стенд пробуждается у потомка Джонатана, а если точнее, то по-моему праправнука — Джотаро Куджо. Ещё совсем молодой на тот момент парень пугается и самоизолируется, боясь причинить кому-то вред. В тот же момент заболевает мать Джотаро, приезжает его дед, также являющийся стендюзером и выясняется, что смертельная болезнь матери Джотаро связана с пробуждением Дио. Джотаро со своим дедом Джозефом отправляются в Египет, где в тот момент Дио набирал сторонников. Во время путешествия они успевают сделать тоже самое, с одним из этих ребят ты даже успел познакомиться — Жаном-Пьером Польнареффом. Команде приходится столкнутся с невероятными трудностями на своём пути. Зная о том, что они идут к нему, Дио натравливал на них своих слуг, как не очень сильных, так и чрезвычайно мощных. Джорно слушал рассказ Джены с невероятным интересом. Он никогда не мог и представить того, что у его семьи настолько жуткое и вместе с этим невероятное прошлое, но он верил всему, что говорила девушка. Парень сам не мог понять до конца, какие эмоции у него вызывает эта история, и поэтому ждал финала с ещё большим нетерпением. — Не смотря на это они добираются до Дио. Большинство погибли либо ещё в дороге, либо непосредственно от руки самого Брандо. Стенд Джотаро — Star Platinum невероятно силён и битва этих двоих очень затягивается. Посреди этой битвы Дио, зная, что кровь каждого потомка Джонатана Джостара сделает его сильнее, выпивает кровь Джозефа и от того, что он посмел осквернить тело его деда, гнев и злость Джотаро переваливают за предел. Благодаря возможности The world останавливать время его обладатель имеет огромное преимущество, но лишь до тех пор, пока его соперник не научился двигаться даже в пронстранстве остановленного времени, а позже и сам останавливать его. — Вот это сила… — удивлённо произнёс Джорно. — Что этот Star Platinum за стенд такой? — Джорно, что-то мне подсказывает, что ему будет далеко до твоего Gold Expirience Requiem. — Не знаю. — пожал плечами парень. Ну так что в итоге то? — В итоге битвы Джотаро, приложив нереальные усилия, смог победить Дио. Из его тела выкачали всю кровь, с помощью которой даже получилось вернуть к жизни Джозефа, а само тело уничтожили ультрафиолетом. Кстати, когда Джозеф очнулся, он решил разыграть Джотаро, и сделал вид будто Дио переродился в его теле благодаря крови. — О Господи, жесть какая! — сдерживая смешок выдавил из себя Джорно. Джоанна зевнула, прикрыв рот, после чего улыбнулась Джорно и спросила: — Не жалеешь, что узнал такое о своём отце? — Пока сложно сказать. Но мне кажется, всё лучше, чем жить в полном неведении. — после этого он раскрыл бумажник и вновь, уже с совершенно другими чувствами, уставился на фотографию предка. Внезапно Джорно подскочил и сказал. — Уже почти светает! Буччеллати, наверное, волнуется! — Да вряд-ли, чего за меня волноваться то. Но, пожалуй, лучше позвони ему. — Ты права. Я выйду на улицу, там связь лучше. Когда Джорно вышел, Джена вновь зевнула. «Господи, как же я устала… и тем не менее, это был самый потрясающий день за всю мою жизнь!» — подумала она. Решив, что если полежать пару минут на кровати Джованны с закрытыми глазами, станет легче, девушка, естественно, заснула. Когда Джорно зашёл, эта картина заставила его виновато усмехнуться. Он подошёл к ней и заботливо накрыл пледом, после чего развернулся к окну и, глядя из него на быстро светлеющую улицу, думал… — Не могу поверить, что теперь я и в самом деле босс Мафии… — тихо прошептал парень, боясь разбудить Джену. — Я воплотил свою мечту в жизнь. Теперь я настоящий Gangstar… И всё только начинается. Всё сложилось максимально удачно. Мы потеряли Наранчу и Абаккио, от нас ушёл Фуго. Однако мы все ожидали того, что потери могут быть ещё хуже. Если бы не появилась Джена, со мной рядом сейчас бы не было Буччеллати… А так целых двое. А ведь она действительно так на него похожа: волосы, манера речи и поведения, при этом такая же непробиваемая. Только более открытая. Как же хочется узнать о ней побольше. Я действительно надеюсь, что Джена останется с нами и станет частью «Пассионе». Правда, не знаю, как изменится моя жизнь после того, как я узнал, кем был мой отец. Но с другой стороны семья Джостаров — они настоящие герои… Закончив свой монолог, Джорно повернулся и ещё раз посмотрел на сестру Бруно, в очередной раз убеждаясь в их схожести. После этого он присел на стул, сложив перед собой руки на столе, лёг на них и уснул. *Квартира Бруно Буччеллати, 14:30* Бруно ходил по комнате и раздумывал, стоит ли ему поехать к Джорно и Джене, и ли всё же лучше этого не делать. «Мало ли, чем они там занимаются…» — пронеслось в голове у Бруно. — Хотя это не похоже на Джорно. Лучше позвоню ему. Эх, зря я не взял номер у Джены, это ж надо — так протупить!» Решившись, он всё же набирает номер Джорно Джованны, но в трубке слышны лишь гудки. Звук на телефоне парня стоял на минимуме, а спал он уж очень крепко. Но буквально через десять минут после этого Джорно проснулся сам. Он не привык спать много и более восьми часов сна для него были просто невероятной роскошью. При этом Джена, которая уснула раньше него, всё ещё мирно посапывала. — Я бы не стал тебя будить, но пора отправляться к Буччеллати. — улыбнулся парень. Ему хотелось быть максимально дипломатичным и он попытался разбудить девушку без лишних прикосновений, просто зовя её по имени, однако на успех этот план обречён не был. Сестра Бруно лишь промычала что-то себе под нос, чуть передвинула руку, но не проснулась. Кричать Джорно тоже не хотел, поэтому он нежно положил руку на лопатку девушки и, слегка погладив, вновь повторил: — Эй, пора просыпаться. — шептал он, наклонившись прямо к её уху. И вновь безрезультатно. Парень стянул плед и швырнул его на стул, но Буччеллати продолжала спать. Он засмеялся и со словами «Да ничем тебя не возьмёшь, толкнул чуть посильнее. И тут Джена медленно начала открывать глаза. — Наконец-то. Я уж думал, водой тебя обливать придётся. — О ужас, как неловко то! — Джоанна вмиг вскочила с кровати и выглядела очень смущённой. — Я заснула на твоей кровати, так вдобавок ты меня ещё и разбудить едва смог! Прости пожалуйста, Джорно! — вся вчерашняя смелость девушки куда-то испарилась и она почувствовала себя действительно сконфуженной от произошедшего. — Ты шутишь сейчас что-ли? Ты на меня всю ночь потратила, тебе уж точно не должно быть стыдно за то, что ты уснула после такого на моей кровати. После настолько неоднозначной фразы девушка смутилась ещё больше, но всеми силами пыталась это не показывать. — Нам нужно к твоему брату, но если честно, я ужасно голоден. — вновь улыбнулся Джорно. — Я тоже. — Тут совсем рядом есть пара хороших ресторанчиков. Один обычный фастфуд, второй кафе, не самое дешёвое. И я предлагаю второй вариант, там будет намного меньше школьников и школьниц. — А они сильно шумные? — Да нет, просто очень много девчонок пытаются со мной пофлиртовать, а всем ведь не объяснишь, что мне такие отношения не интересны. — А-а-а-а, понимаю. У меня тоже были такие ситуации с парнями. А некоторые, когда узнавали, что я итальянка, вообще с ума сходили. Так, болтая, Джорно и Джоанна не заметили, как прошли уже половину улицы. Возле того самого фастфуд-заведения стояла стайка девчонок, которые, завидев Джорно, не постеснялись начать громко обсуждать его. — Офигеть, смотрите — там Джорно идёт! Его ж уже сто лет не видели! — Да ещё с какой-то девушкой! — А нас только отшивал! И чем она такая особенная? Для самого парня это было не в новинку, но вот его спутнице сложновато было сдержать смех. Джорно же лишь с ненапускным безразличием поздоровался и продолжил болтать с Дженой. — А почему ты с детства не жила в Италии? Насколько я знаю, ваша с Бруно мама осталась тут и после развода. — Сложная история… Ты прав, мама осталась тут. Но во-первых, переехав в большой город она в полной мере осознала всю опасность криминальной ситуации на тот момент. Это ведь было ещё до смерти отца… Но главной причиной являлось отношение её нового мужа ко мне. Мама не хотела, чтобы он что-то мне сделал, но и бросать его не решалась. Вот и отправила меня за границу к своей двоюродной сестре. И если находясь в Италии я могла видеть Бруно хотя бы раз в год, то покинув страну, я сразу понимала, каковы шансы. И первое время я держалась нормально. Я ведь была ребёнком, меня интересовало всё новое. Я скучала по родителям, но большинство моих воспоминаний были всё же связаны с Бруно. Моя тоска по нему становилась сильнее не то, что с каждым годом, а с каждым месяцем. В какой-то момент я начала просто страдать. Плюс к этому, я всегда была закрытой и мне сложно было найти друзей. Ровесники считали меня странной, ненормальной и тому подобное. — Я представляю, как это ужасно — подобная жизнь… — прошептал Джорно. Тем временем они зашли в кафе. Заказав себе еду и по чашке кофе, они сели и Джена продолжила: — Знаешь, в какой-то момент я привыкла. Возможно, это даже страшнее, но меня не заботило почти ничего. Я проявляла большинство эмоций просто по привычке, на деле их не всегда испытывая. А вернувшись в Италию, я словно ожила заново. Даже не так, я будто продолжила жить той жизнью, которая оборвалась тринадцать лет назад. Спасибо тебе, Джорно. — Мне? За что? — За шанс начать жить.