Dark Gold

— А это кто? — Лия недовольно указала на Буччеллати, показывая, что она совсем не хочет, чтобы при их с брюнеткой разговоре присутствовал кто-то ещё. — Тебя это волновать не должно. В общем-то, не тебе вопросы задавать. Скажи-ка мне вот что… Тебе ведь не нравится то, как с тобой обращаются, а? Несправедливо, наверное, да? — издевательским тоном спросила брюнетка — И всё из-за каких-то глупых загадок… — Действительно. И почему это всё решает? Особенно учитывая, что наверняка никто, кроме вас, госпожа, тут этих загадок не знает — это же итальянская тюрьма… — вздохнула женщина. -Ну знаешь, мне как-то плевать. А не хочешь, чтобы это прекратилось? Ведь тебе ещё предстоит тут долго просидеть… ответишь на пару кое-каких вопросов — и ты можешь спать спокойно. — Серьёзно? — недоверчиво фыркнула Летто. — Значит, это должны быть какие-то очень неприятные вопросы, я права? — Хм, возможно. — усмехнулась Джена, подходя поближе. Когда она вновь заговорила, то Лия оказалась зажата между двумя девушками и прочной каменной стеной, без какой-либо возможности сбежать. — Ты либо подручная босса Los Reyes, либо ею была. Что из этого, м? — Что? С чего это вы взяли? — та начала изображать дурочку, хотя была в курсе, что о её принадлежности к Мафии тут мог узнать любой, кому не лень. — Дорогуш, я тебя читаю, как открытую книгу. Ты не строитель, не строй из себя хрен пойми что. Ты же знаешь, что мои цепные псы по щелчку пальцев могут тебя разорвать. Лучше не молчи и рассказывай. Ты же не хочешь сделать себе ещё хуже, а? — издав истеричный смешок, Шторм стала смотреть девушке прямо в глаза, словно хищник, питаясь её страхом. Той было некуда бежать… — Хорошо… но я не так много знаю, босс никогда не связывался со мной лично… он только писал мне, и давал задания… Говорил, что увидеть его или узнать его имя могут лишь те, кому он доверяет не на сто, а на миллион процентов… Так что я, право, не понимаю, зачем я вам… — Если бы ты действительно чего-то не знала, то тогда бы не смогла подняться так высоко. Уж тем более до подручной. Он тебе доверял, а значит ты действительно знаешь больше, чем говоришь. Хотя, я даже догадываюсь, почему ты у нему насто-о-олько близка… Ой, простите, была близка… — Вовсе нет! — женщина возмущённо взвизгнула. — Если бы я знала слишком важную информацию, он бы убил меня, а не отправил бы в тюрьму! Но я всего лишь выполняла его прямые поручения, и не более. — Заебала пиздеть! — разозлённая Буччеллати залепила Лие мощную пощёчину, но та лишь молча схватилась за красную щёку, не желая выдавать всю правду. — Короче, меня заебало твоё вранье. Мне лично насрать, ради миссии ты сюда пришла, или нет. Сейчас ты либо говоришь, либо катана… — она достала из ножен меч — Вот эта катана, окажется у тебя в пизде, если ты сию минуту не скажешь то, что мы хотим. — Вы не посмеете! — угрожающе прошептала Летто. — KARMA CHAINS! Внезапно тела обоих девушек оказались обвиты огромными цепями тёмно-бордового, практически кровавого цвета. Весили они так много, что невозможно было даже чуть-чуть приподнять сдавленную руку или ногу. На каждом из крупных звеньев было что-то написано белыми буквами… «Массовые убийства, жестокие пытки и казни, грабёж, избиение, психологическое насилие, теракты, предательство, изготовление, испытание и продажа наркотиков, манипуляции с деньгами на экономическом уровне, ложь, чревоугодие, атеизм, гордыня…» — гласили многочисленные надписи на цепях Шторма. Джоанна заметила лишь пару из них, и вчитываться в список поступков малознакомой ей девушки посчитала абсолютной глупостью. Цепь самой же Буччеллати состояла из более чем пятнадцати звеньев: «зависть, злорадство, ненависть, стремление к мести, убийства, однополые связи, ложь, неспособность прощать (в некоторые моменты), непокорность, гордыня, гнев, атеизм, отчуждённость от других людей, нарушение мира, расточительство, чревоугодие…» — Ебать, а что так мало?! Не, ну ахуеть, я сейчас, бля, выберусь, а потом тебя катаной выебу… — мечница попыталась освободить ногу или хотя бы руку, но вышло у неё это, мягко говоря, не очень удачно. — О-о, а ты думала, от грехов так просто избавиться? — захохотала Лия. — Ну тогда я удивлена, как такой дурочке, как ты, тут все поклоняются? — Дурочке? Ты это мне? Погоди, не расслышала? Как ты меня назвала? Крол? Ты меня кролом навала, а? Не поняла прикола!!! Кролик, да?! Значит, кролик… — девушка, взбесившись из-за того, что ей всего лишь послышалось, уже буквально орала. И сейчас от того, чтобы разъебать в мясо мерзкую рожу этой мымры, её удерживали только цепи. И стендом ей не воспользоваться… Хотя стоит попробовать. — Чего-о? — воскликнула Лия, в шоке глядя на место, где ещё пару секунд назад была Шторм Отчаяния. — Хм, так значит, у неё тоже есть стенд… — по-русски сказала Буччеллати, оглядываясь вокруг. Итальянка выглядела удивительно расслабленно, словно цепи, из которых она не могла телепортироваться, никак её не смущали. Это лишь ещё больше вывело из себя Летто, которая уже готова была рвать и метать. Позади Лии заиграла музыка, а через пару мгновений ей со страшной скоростью врезали ногой в живот. Скорость создала силу, которая заставила Лию впечататься в стену. Мечница была реально зла, но своё оружие та не пускала в ход. Взяв мерзавку за волосы, она подняла её над собой. — КТО КРОЛИК? ЗНАЧИТ, КРОЛИК? КТО ТЕПЕРЬ КРОЛИК, А? МРАЗОТА БЛЯТЬ! Я ТЕБЕ И ТАК, И ТАК ВСТАВЛЮ В ЖОПУ ЭТУ ЕБУЧУЮ КАТАНУ, ТАК ЧТО ВЫКЛАДЫВАЙ БЫСТРО, ПОКА Я ТЕБЯ НЕ УБИЛА НА МЕСТЕ! — бешено орала девушка. — Ладно-ладно, соседка, успокойся. У тебя ещё будет время сделать с этой шавкой всё, что захочешь, а пока дай-ка мне ей кое-что объяснить… DARK DREAM REQUIEM! — за спиной Джоанны появился стенд, однако и он никак двигаться не мог. Хотя его обладательницу это, казалось, вовсе не смущало. — Ха, совсем тупая что-ли? — обратилась к ней Лия, отходя от удара. — Если ты не можешь двигаться, то и твой стенд тоже! — О-о-о, я это прекрасно знаю… — усмехнулась брюнетка. — Только вот всыпать по первое число тебе мне это не помешает! Пустые белые глаза DDR внезапно сверкнули так, что на секунду ослепили не только Лию, но и Шторм. Как только белые лучи коснулись женщины, Джоанна заговорила, но уже через свой стенд. — Ты судишь других за их грехи… но что хорошего сделала ты? Что сделала ты, а? — эхом раздался жуткий механизированный голос. Внезапно женщина упала на землю, схватившись за голову. — Почему… почему он продолжает звучать у меня в голове… — словно в бреду застонала она. — Нет… нет… прекратите… Шторм отчаяния лишь с довольной ухмылкой наблюдала за чужими страданиями. — Ха-ха… нравится, сучка? — усмехнулась Буччеллати, глядя на мучения мафиози. — А как тебе такое? — Летто вдруг почувствовала удивительную лёгкость во всём теле, ровно противоположную тяжести её Karma Chains. Только вот ничего хорошего в этом не было. Голос Реквиема всё ещё продолжал звучать в её голове, от чего на душе было жутко тяжело, и что делать с ни с того ни с сего появившейся физической лёгкостью, женщина не знала. Теперь её стенд настолько ослаб, что Джоанне ничего не стоило подняться и разорвать цепь, которая, разлетевшись в стороны и ударившись о землю, тут же растворилась. — А теперь… Не хочешь нам ничего рассказать, а? Тебе некуда бежать. И твой драгоценный босс тебе не поможет… Сейчас, ты узнаешь, почему я получила своё прозвище… — угрожающе заговорила мечница, приближаясь. — Я… нет… я ничего не знаю, отпустите… — вновь взвыла шатенка. — Умоляю, отпустите! — Ты надо мной ещё насмехаться посмела, тварь?! И просишь нас тебя отпустить? — грозно расхохоталась консильери, поднимая женщину за шиворот после окончания атаки. — ARI-ARI-ARI-ARI…! — с громким криком Dark Dream Requiem начал жестоко избивать Лию, только вот на сей раз уже не руками, как обычно, а ногами. Пнув женщину к стенке, стенд Джены спокойно подлетел к ней и с силой ударил её по носу. Кость хрустнула, а из обоих ноздрей хлынула кровь, однако Летто всё ещё оставалась в сознании. — Точно говорить не хочешь? Это может очень быстро закончится, но похоже, что ты предпочитаешь удовлетворять свои мазохистские желания дальше, пока тебя пинают, как тряпичную куклу… Пу-ху-ху… — ухмылялась наблюдающая за всем этим брюнетка. — Нет! — с огромным трудом та подняла ладонь. — Умоляю, прекратите! Я расскажу всё, что знаю, только прекратите! — О-ох, какой прогресс. — усмехнулась Буччеллати, присев на корточки рядом с полуживой Лией. — Ну и что же ты нам расскажешь, м? — Я… я… действительно не знала босса… ни его имени, ни как он выглядит, ни где живёт, ничего… но… я была знакома с человеком, который был очень близок к Тадео… да… псевдоним босса — Тадео Диас… — Это я и без тебя знаю, шваль. — Джена чуть приблизилась. — Выкладывай всё, что знаешь о том приближённом… «Уже руки чешутся начистить этой мымре ебучку… — думала розовоглазая. — Как она только посмела так оскорбить меня? Но чёрт, придётся потерпеть, чтобы сделка была в силе…» — Сейчас… ох… — женщина схватилась за руку, что болела, видимо, чуть сильнее всего остального тела, хотя вряд-ли там была большая разница… — Его зовут Маркос Гарсия… он… познакомился с боссом незадолго до того, как тот переехал в Мадрид… я помню адрес Маркоса, если он сам ещё не уехал из Мадрида… — назвав адрес, Лия начала отчаянно пытаться вспомнить ещё хоть что-то, опасаясь, что ей добавят. — Я не уверена… в организации ходили слухи… что у босса есть дочь… но она совсем ребёнок… — Что ещё ты знаешь? — раздражённо процедила Джоанна. — Этого мало, мне нужно больше информации! Если не про самого босса, то про его планы, или больше про вашу сраную организацию! Однако Летто лишь молчала, с ненавистью и злобой глядя в глаза девушки. — Полагаю, она не хочет говорить больше… Скажи, этого пока достаточно? Я могу уже приступать к казни? — Казни? — вскрикнула Лия. — Нет, прошу, не убивайте меня! Умоляю, не надо… всё, что угодно, только не убивайте… я… я слышала… — дышать становилось всё труднее и труднее. — слышала про планы босса на Италию…