Ты герой

      С детства мать постоянно внушала вам разницу между лидером и героем. Ты, конечно же, никогда её не слушал, всегда желая быть именно последним. Даже в играх с другими детьми именно ты становился защитником мира, победителем драконов, великим спасением от смертельной болезни. А другие дети и не были против, им нравилось то, как ты, превозмогая себя, вставал с пыльной земли и, взяв в руки деревянный меч, вновь и вновь с воодушевляющим кличем вёл за собой свою армию. Целый народ.       Детям было весело, они хохотали, но стоило солнцу чуть закатиться, так они разбегались по домам, даже не узнав, а есть ли где их герою спать? Не холодно ли ему? Есть ли еда и вода? Не нужны ли спасителю книги? Хотя чего с них взять, всего лишь дети.       Хотя да, книги тебе были не нужны, разве что сказки. Про принцев, принцесс, подвиги…героев?! Ты не твой брат, который наполнял себя знаниями, вкусами, взглядами на мир, который не стремился стать кем-то великим для кого-то. Он хотел знать мир для себя, он верил, что может стать миром для самого себя. Но ты? Нет, ты не хотел славы. Памяти и любви? Безусловно, да. Всё же ты был хорошим дитём, глупым, необразованным, но добродушным.       И только позже до тебя дошло, что твой брат пострадал только потому, что ты - Герой. Не друг, не голос, не мнение. Ты - Герой.       Ты не понял, что именно не так и когда проиграл. Не понял даже за пятьсот лет своего заточения. Тогда промелькнуло лишь «я был недостаточно героичен». Смех, да и только, подумай. Твоему брату был нужен друг, душа, монстр рядом, но ты решил подарить ему героя. Ну ничего, он-то нашёл это всё, пусть и гораздо позже в дряхлых сердцах, но ведь нашёл?       Ты понял полностью лишь тогда, когда твои ноги, царапая белоснежный мрамор, восходили ступенькой за ступеньку наверх пьедестала, где тебя уже ждал брат. Ты поднял глаза, видя пусть и спокойный, но отрешённый взгляд. Верно, ты-то с детства не изменился, именно ты смотрел на него, как на члена семьи, брата, а вот он уже имел свою собственную. В ней теперь не было места для тебя, а свой шанс ты упустил.

Дрим - герой, а вот Наймер стал лидером.

      Ты ведь это понял, смотря вниз и видя, что в первые ряды пробилась его разношёрстная шайка, весело улюлюкая и всячески поддерживая своего «босса». Твои же друзья попивали высококачественный напиток, разбежавшись по разные стороны зала.       Помнишь, что говорила мать?       За лидером пойдут люди, они будут окружать его в невзгоды и моменты радости. Они будут с ним, потому что он станет и монстром, и другом, и семьёй, и голосом. За героем же никто не идёт, к нему приходят. Именно приходят, когда ИМ плохо, когда ИМ нужна помощь, а пойдёшь ты сам, причем в одиночку. Да, с тобой рядом будут и войско, и «друзья», но ты ведь уже понял, что я имел в виду? Ты пройдёшь этот путь в одиночестве.       Ты тогда и сам это видел из раза в раз, когда на поле битвы твои люди защищали себя, своих близких, но не тебя. Наоборот, это ты становился для них и исцеляющей водой, и щитом, и открытой душой. А как итог что? Ты лишь огрызок, не более. Просто надкусанное яблоко.       А что же твой брат? Он в храбрости сражений не уступал тебе, вот только его душа цела, он даже смог вернуть себе ту искреннюю веру в человечество. Всё потому, что те ребятишки сами за ним пошли, каких-то он нашёл, какие-то прибились в ходе восхождений. Они были друг за друга, и за своего лидера, не выстраивая вокруг него ни трона, ни постамента, ни храма. Не возвышали статуй, не пили за него в баре. Они не твоя свита, что ты так благодарил с пьедестала, теша их самолюбие.       Твоя мать ни раз говорила, что над могилами героев не плачут. К ним никто не приходит, а вспоминают лишь перечитывая сказки. Им строят замки, воздвигают праздники и посвящают целые тома пустой писанины. Да, про них не забывают, но в тоже время никто их не помнит. Помнят лишь подвиги, но не героев.       Ты бессмертен, верно, но, если представить на миг, вы умерли. Ты, а рядом могилка твоего брата. У тебя будет обязательно пышный монумент, целый склеп, с громадной статуей, изображающей тебя, храбро направляющего лук куда-то вдаль, может даже в сторону рассветной стороны неба. А что? Очень романтично, живые любят воспевать мёртвых, навешивая после их смерти с десяток загадок и фальшивых историй.       У твоего брата скорее всего будет простой чёрный монолит. О нём будут знать через тысячи лет как «брат героя», вот только там каждый год будут появляться цветы. Свежие, вкусно пахнущие цветы, может быть рядом даже посадят карликовую яблоньку, на ветках которых будут появляться плетённые браслетики. А ещё праздники. На них у его могилы всегда будут монстры, уже не его друзья и семья, нет. Их дети, дети детей и так далее по цепочке. Они будут вспоминать истории, услышанные от своих родителей, пересматривать старые фотографии, а вот на твою могилу даже не посмотрят. В книжках по истории насмотрелись, неинтересная достопримечательность. Ты лишь достопримечательность.       Но что ещё хуже, так это гравировка на ваших совершенно разных камнях. На твоём будет написано - «Герой», а на неприметном чёрном камне - «Найтмер. Самый занудный босс во всём мультиверсе».       И какая-нибудь девочка, проходя мимо с мамой за ручку, спросит у неё - «Что это за дядя?», а женщина только и сможет ответить - «Это наш герой», потому что имени твоего-то и не помнит.

Только дата и одно слово.

      Лидер может совершать ошибки. Он может быть раздражённым, жестоким, грустным. Ему может быть больно и обидно. Он может меняться со временем. Потому что лидер в первую очередь, это личность. Многогранная, имеющая свой собственный запоминающийся запах и даже вкус. А герой пустышка, он даже не монета, которая имеет две стороны, лишь картонка, иногда фанерка. Он - это его удачные подвиги, потому что неудач у него не может быть, он же герой.       Вспомни только, через что тебе пришлось пройти? Тебе нельзя было унывать или выглядеть слишком разбитым, ведь иначе все остальные потеряют надежду в общую цель и победу. Тебе нельзя слишком широко и часто улыбаться, иначе твоя армия решит, что ты чёртов псих, раз позволяешь себе радоваться в такие мрачные моменты. Тебе нельзя жаловаться, потому что всем сейчас плохо, ты должен быть выше этого, ведь именно от тебя все ждут поддержки. Тебе нельзя быть слишком назойливым, ведь у них есть и своя личная жизнь, остепенись и не лезь к ним. Ты должен быть заинтересованным, обежать все соседние миры, каждую палатку, каждого монстра. Ты должен быть умным, знать тактику, играть на инструментах, петь, сражаться. Ты должен уметь всё. Не меньше, чем на идеально. Ты должен быть весёлым и активным, чтобы окружающие рядом с тобой не были зажатыми. Ты должен быть серьёзным, потому что никому не нужен безответственный герой, который постоянно ребячится.       Ты должен быть полным отражением их мыслей, их воли и их идеала.

Ты уже не принадлежишь себе.

      Ты это принял, потому что без этого за твоей душой ведь нет ничего? Тебя, твой характер, твою душу можно уместить в одно предложение.       У Героя не может быть семьи, отношений, друзей. Так же произносила твоя мать. И это ты уяснил уже очень давно. У тебя просто нету времени для всего этого. Ты должен думать о других, тебе просто будет некогда быть хорошим семьянином. Нельзя быть идеальным отцом, мужем и героем одновременно, нужно выбирать. Ах да, у тебя нет выбора. Люди очень быстро расстаются со своими идеалами. И тебя с твоего трона скинут очень быстро, если ты не будешь выполнять свои обязательства, сменив табличку на «злодей».       Любовь - это хорошо, это возвышенно. Ты сможешь посвятить ей пару подвигов, но тебе даже думать не стоит о чём-то серьёзном. А даже если так случится, помни, вначале твой народ, а потом уже всё остальное.       Ты ведь поэтому выкинул тот букет маков, которые тебе принёс монохромный новобранец? Улыбнулся, принял, а после с кислой миной выбросил в урну. А ведь та махина после нашёл их растоптанными в мусорной яме. Ох, конечно, ты не знал о последнем. Ты думал он просто так с месяц тебя избегал?       Смирись, из тебя выйдет ужасный родитель и возлюбленный, но подними нос, ты отличный герой…       Хотя, ты сможешь сыграть эту роль, стать в глазах народа и прекрасным отцом, приютив пару слияний, и даже любовником, который везде появляется со своим возлюбленным, держа его за руку, но стоит закрыть дверь уличного обожания, так у тебя не останется на них ни горша себя. Ты не сможешь дать им ничего дельного, только карикатурные фразы о всём добром и хорошем.       Тогда, спускаясь вниз ты видел уже всё. Ты видел, как в будущем Кошмара простят, как люди, что окружали его, не уйдут, а лишь приумножатся. Бьюсь об заклад, ты даже мог видеть его в окружении юных дарований на которых он бурчал.       Ты видел, как он будет счастлив и нужен народу даже после заключения мира. Ты видел, как, сходя со сцены вашей совместной жизни, на него накинулась шайка оглоедов со словами «Вы отлично справились, босс»

А ты стал уже никому не нужен.

***

      Воин накрыл лицо руками, притянув к себе колени, он хотел стать меньше, вернуться в то время, пока был ещё небольшой сферкой, которая то и дело гонялась за братом, любила греться на солнышке и ловить языком крупные снежники, смотря как те красиво таят.       В глазах проскальзывали все те поворотные моменты его жизни, когда перед ним вставал выбор, и тот из раза в раз выбирал «правильный». Тот самый правильный из прочтённым им книг, когда надо поступать по-человечески, добросердечно, храбро, жертвенно… — Как же так… — пробормотал Дрим себе под нос, на самом деле давно уже зная «как», ему просто нужен был совет или же топор, который раз и навсегда обрубил бы все это. - Откуда ты… — Знал? Знаешь, я хоть и не вмешивался ни в одну вашу игру, но я всё же Смерть, как никак — проговорила фигура в балахоне и потянулась за ватрушкой костлявой рукой. - Так что вот тебе мой Смертный приговор, пхехе…       Это было не смешно, лишь безысходность собственной судьбы сдавливала его душу. Он всё ещё видел всплывающие картинки, что то и дело показывали моменты, когда он мог бы нарушить собственное табу. Пойти с Блуберри в середину зала, чтобы потанцевать, злобно закричать на своё войско, чтобы те утихли, согласиться пройтись по красноцветному полю с тем широкоплечим воином, вместо просиживания времени у медпункта. У него было столько шансов поступить неправильно, ошибиться, отойти от рамок «хорошего человека».       Будь возможность, Мечтатель хотел бы, чтобы на его высушенных от вечных сражений глазницах выступили слёзы, но тот настолько уже оторопел от эмоций и чувств, что, закрывая им доступ наружу, казалось бы перекрыл все возможности выказать на лице нечто большее, чем успокаивающую улыбку. — Что же делать? — промямлил тот, теряясь в пространстве, сейчас ему казалось, что лучшим решением будет уйти. Запереться в какой-нибудь каморке и больше никогда не выходить. А ведь и правда, никто не задумывался, что происходит с героями, когда они уже становятся не нужны своему миру. Поэтому Дрим воззвал вновь, уже поднимая глаза на мрачного собеседника. - Что же мне теперь делать? — Даже не знаю, — с некой издёвкой произнёс Рипер, постукивая пальцем по столу. Подумать только, за столько лет яблочный всё же решительно направиться к нему за помощью.       Дрим серел на глазах, не меняясь в лице, лишь бледная фигура, шмыгнувшая за спину в сторону кухни Божества, вернула того обратно. Два скелета пересеклись взглядом, позволяя полностью ощутить то, что и здесь он лишний. Ни Жнецу, ни его сожителю никогда не была интересна война, они не принимали сторону, не осуждали. — Развалинка — проурчал Рипер, пытаясь развернуть голову, пока белоснежная тень окончательно не скрылась в коридоре. Так что Смерти лишь оставалось нахмуриться и недовольно постукивать резвый ритм костяшками о древесину. - Что же мне тебе сказать... — Говори что есть — сухо произнёс Дрим, желая уже наконец выбраться отсюда или получить хоть какой-нибудь ответ. — Понимаешь. Я всё приму. — Конечно примешь, другого выбора у тебя-то нет. Ты же пришёл ко мне за советом, не я. — рассмеялся Жнец, наконец скрещивая руки. — Но хех, не знаю что тебе сказать, ведь даже бездушная чернильница нашла своё призвание. Хотя…вы похожи, может быть именно поэтому ты так жаждешь его дружбы. — Мы и так друзья — устало раздалось с того конца стола. — Друзья твой брат и Чино. А твои «друзья» спокойно разошлись по разные дорожки и продолжили строить свои судьбы, даже не написав тебе за этот месяц ни разу. — рыкнул Рипер всё ещё в потоке издевательского смеха, который заставил Мечтателя напрячь плечи. — Они просто заняты… — Оправдывайся - фыркнуло божество вновь потянувшись за ватрушкой. - Если ты кому-то нужен, он найдёт способ увидеться, напишет или узнает. Остальные так, знакомые. Мимопроходящие. Всевдокрохочущие. Пустонаходящие. — Я понял, давай без нотаций, я всё же тебя старше - пробурчал Дрим, вновь накрыв руками лицо. — Мы просто…будто бы перестали быть нужны друг другу. — Хоть это ты понимаешь… — Понимаю, но это всё равно неприятно…осознавать, что всё, что нас связывало это лишь «миссия по спасению мира». Мы же вроде… — хранитель сильнее сжал свою черепушку стукнувшись лбом о край стола, чтобы прийти в себя. — Я не знаю как мне быть. Я остался никому не нужен. — Проповедник, а себе-то ты нужен? — Что? — Ты же вроде так часто воодушевлял народ, проводил манипуляционные хитросплетения, да и меня ты старше, неужели сам свои слова на практике не применял?— профырчал крылатый, наблюдая за всем этим словно довольный кошак за мышкой. — … — Дрим, честно, ты пустышка. В тебе столько знаний, столько умений, но ты всё ещё простая картонка, но — Рипер прошелестел и раскрыл ладонь над которой воспарило перо. — Я работаю с мёртвыми и ты понимаешь, к чему это..       Бог Смерти повернул голову к стене, на которой висело множество дорогих душе фотографий, где он путешествовал с лучом своей жизни, водил по тропам, складывал из бумаги цветы для венка. Множество событий, которые смогли привести двух жильцов двухэтажного домишки в то, тёплое «будущее», в котором они живут сейчас. — Но в то же время я, как монстр, не смерть, знаю, что даже мёртвого можно вернуть к жизни. — спокойно, даже нежно, проговорил тот, то и дело вспоминая новые ступени своей жизни, которые привели его сюда. Жнец опустил руку в карман, пытаясь вытащить очередной подарок от Ториель, пока на стол не упал мешочек с небольшими семенами-коробочками. — Так что у меня нет «готовой формулы счастья» для тебя, как и стоящего совета. Возьми это и уходи, ты придумаешь, что с этим делать.       Рипер откинулся театрально на стуле, прикрывая свою черепушку рукой, но второй подкинул тот мешочек, который тут же словил Мечтатель, молча удаляясь и натягивая свою накидку по самые глаза. — Жестоко ты с ним — прозвучало где-то за спиной Смерти, как только дверь тихо захлопнулась. — С чего бы, я само великодушие. — всё так же пафосно заявил тот, посматривая на Гено, который всё это время следил за ними, что нельзя было не заметить. — Я мог вообще ему дверь не открыть. — Маки. Ты отдал ему маки. — спокойным хриплым голосом заметил бывший заключённый загрузочного экрана, попивая непонятный красноватый напиток из стакана. Афтер направил свой взгляд на довольную птицу, что распластался в язвительной ухмылке. — Ты плохо слушал нас, Гено.