Пара.

***

После насыщенного дня парни совсем устали — они, придя домой и обсудив те самые «новости» за ужином, потом сразу же свалились оба в постель, почти моментально заснув. Правда в выходной Осаму проснулся раньше Чуи — все потому, что легли они намного раньше, чем обычно, да и встали позже — и, приняв решение его не будить, переодевшись, пошел на кухню с целью приготовить для любимого что-нибудь вкусное. Хватило кулинарных навыков кареглазого лишь на то, чтобы зажарить яичницу — а потому все, что Осаму было лень готовить что-то более серьезное, которое и готовится намного дольше — да сделать какао, в которое он зачем-то добавил и кофе, и еще к тому же растопленный шоколад. На все эти приятные нюху запахи проснулся Чуя. Они спокойно позавтракали, но все время сидели в тишине. Их тревожило одно и то же. Потом, правда, все же решили, что если бы боссы к тому факту, что они — пара, имели резко негативное отношение, то сейчас Чуя и Осаму не сидели так спокойно бы. А это значит, лучшее, что они могут сейчас сделать — это просто наслаждаться тем, что они вместе. Хоть парни и спали достаточно дольше, чем обычно, Осаму снова не выспался, однако это не мешало ему быть более-менее проснувшимся. — Может, обратно пойдем, а? Давай еще в постели поваляемся, м, Чуечка? — странно, раньше Чуя ненавидил эту модификацию своего имени, а с тем, как часто Дазай так называл его, то он уже почти привык и ему даже стало в каком-то смысле…нравится? Да, наверное, так. Накахара поддался соблазну, потащив Осаму в спальню. Здесь парень чувствовал себя как рыба в воде. Спокойно, хорошо, удобно. Ох, очень шатен любил валяться в кроватке. Любил, правда вот, так он валяться себе мог позволить крайне редко. Именно потому Осаму и был рад несколько часов побыть рядом с любимой кроватью и любимым человеком, несколько раз все же предпринимая попытки некого соблазнения.

***

Но все же они выбрались сегодня на улицу. Только уже ближе к вечеру, в шестнадцать тридцать. Дазай еще удивился, что они вышли в такое ровное время — не тридцать две или пять минут, а именно тридцать. Как люди проводят свидания парни не очень знали. Бывает такое — вроде и знаешь, а когда просят рассказать, не можешь. Далеко ходить не хотелось, поэтому местом для свидания был избран парк, находящийся недалеко от их квартиры. Солнечный день подходил к вечеру, поэтому желтое светило почти спряталось за воображаемой линией горизонта, а окружающая местность приобрела более насыщенный темные тона. Стало прохладнее, именно прохладнее, но никак не холодно. Деревья приветливо качали листиками, где-то чирикала какая-то птица, непонятно где спрятавшаяся. В общем, было тихо и спокойно. Сама атмосфера вечера настраивала на романтический, спокойный лад. Облака были какой-то слишком правильной формы, в то же время и местами клочкастые, как маленькие собачки. Чуя присел на скамейку, позволяя Осаму улечься головой на его коленях. Последнего немного тянуло в сон, но тело может и подождать, когда они еще смогут так сходить, это важнее. Подул ветерок, от чего парень съёжился, подрагивая. Чуя что-то проворчал про то, что надо было взять кофту, а он не взял, решил, значит, повыпендриваться. Дазай ничего не ответил и Накахара уж подумал, что тот успел задремать, но в этот же момент Осаму поднялся и весьма бодрым выражением лица позвал его дойти до ларька с разным мороженым, словно совсем забыл чем кончился тот раз, когда он впервые за долгое время нашел в каком-то маленьком магазинчике фруктовый лёд. Мороженое они, впрочем, не купили — особо и не хотелось, к тому же в этом парке любимое лакомство детей и взрослых было весьма недешево. Так степенно, неспешно гуляли они, иногда Осаму хватался за руку рыжеволосого, иногда — потому, что после «новостей» афишировать как-то не хотелось то, что они встречаются. Знаете, на всякий случай. Проходя через наиболее зеленый и кустистый участок парка, они вдруг увидели издалека, что на скамейке, которая располагалась под высоким деревом, отбрасывающим большую тень, сидели двое мужчин. Это оказались…вы не поверите, однако это были Фукудзава и Мори, которые еще утром не так много, но все-таки провели беседу с напарниками, чуть пожуча их. Впрочем, мужчины очень скоро поднялись и смылись восвояси. — Надо же, сон в руку… — пробормотал Чуя, а Дазай лишь пожал плечами. Это было странно, но не очень. Страннее было бы увидеть целующихся Тигра и Акутагаву, слишком уж они были непохожи, да и сердито ненавидели друг друга. Но парни замолчали, не желая продолжать эту тему — мало ли, еще, может, и слова в руку будут. Уже подходя ближе к выходу из парка, Дазай уговорил Накахару немного посидеть, а после вдруг воскликнул, от чего последний даже вздрогнул, до этого спокойно восседая на деревянной скамье и вновь держа на своих коленях шатенистую голову, любовно поглаживая её. — Я понял что не так! — Чуя выгнул левую бровь, а Осаму ажиотированно продолжил, — Люди обычно ходят на свидание, когда еще не официально пара или, по крайней мере, не живут вместе, вот! — Хм, действительно. — Накахара призадумался, а потом выдал, причём совершенно не к месту, — Нам бы презервативы купить надо… Дазай рассмеялся и сел, разворачиваясь почти всем корпусом к любимому затем, чтобы поцеловать. Все равно никого, кроме них в парке уже почти не осталось. — Конечно есть другие варианты, но давай все-таки лучше купим. Пойдем в тот магазин, который напротив нашего дома? После того, как они все же наконец купили нужную им вещь, парочка без приключений добралась до дома, и тут оказалось, что парни вновь устали так, что сил хватает только на то, чтобы сходить на две минуты в душ и свалиться в постель. Так они и заснули: Осаму — прижимаясь к любимому рыжику, а Чуя — нежно обхватывая спящую тушку возлюбленного.

***

Примерно так и окончилась сия история, которая, впрочем, только начиналась. Но не заметить то, что не только сон, но и слова были в руку — непростительно. А все, потому как буквально на следующий день Двойной Чёрный случайно, совершенно случайно увидели странную картину, представляющую собой двух целующихся парней — очень хорошо им знакомых брюнета и блондина, которые все это время пытались каждый взять верх и главенство и в поцелуе.