Гвен Поттер

***

      Для мая погода была на удивление жаркой. И так было уже две недели к ряду. Все пытались как-то меньше надевать на себя одежды, но потеря штрафных баллов отменила всякое желание оголяться. Так что пришлось довольствоваться чарами, которые часто приходилось обновлять. В итоге после очередного очень жаркого дня две подруги решили нарушить несколько школьных правил, и накинув на себя мантию-невидимку, отправились ночью на озеро.       Купальников у девушек не было, но так как здесь было пусто, Замок давно спал, как и Хагрид, а друг друга они определенно не стеснялись, делясь всем, что было в их короткой, но насыщенной жизни. Так что Гермиона знала, то лишилась девственности Гвен со своим кузеном, пусть и не по крови, но по сути, а потом переспала и с Роном и с близнецами. Грейнджер же перестала быть невинной еще во время тремудрого турнира, переспав с Крамом после его второго испытания.       Так что секретов друг от друга у них не было. Хотя Поттер и спала с Роном каждую ночь, но Гермиона уже давно переболела свою влюбленность, встречаясь с парнями лишь ради удовольствия. Как она говорила: для здоровья.       Так что девушки скинули свои ночнушки и взявшись за руки, прыгнули с пирса в воду, погружаясь в прохладное озеро с головой. Они довольно долго плескались и плавали, наслаждаясь долгожданной прохладой и ночной тишиной.       Когда они утомились, то выплыли на небольшой камень, до пирса было далековато и хотелось отдохнуть. Так что она легли на него, любуясь на звезды и обсуждая очередного любовника Грейнджер, коим в этом месяце стал Кормак. Пока что он был неплох и Гермиону устраивало все, кроме его самолюбования. Он обожал трахаться перед зеркалом. Гвен же со вздохом делилась очередной фантазией Рона, которую он воплотил с ней недавно.       Уизли узнал о фистинге и разумеется решил испробовать его на своей секс подруге. Но Гвен была не против, так что с удовольствием испытала пару оргазмов и отсосала ему, заставив кончить за минуту. По крайней мере данный опыт был лучше, чем его идея заставить эльфа ее трахнуть. Бедный Добби, он с трудом взял себя в руки и сделал то, что приказал Уизли. На удивление, член у эльфа был непропорционально огромным. Конечно, ей понравилось, но все-таки спать с подобными существами было для нее странной идеей и не особо возбуждало.       Но рассказывая друг другу о своих последних похождениях они возбудились и решили помастурбировать, стесняться друг друга было глупо, а попробовать кончить посредине озера, ночью, под открытым небом было неплохо.       Они широко развели ноги и стали ласкать клитор, возбуждая друг друга самыми любимыми моментами из своих сексуальных приключений. И они очень удивились, ощутив, как к их пальцам прикоснулось что-то холодное и влажное. А пока они соображался, проворный щупальца сковали их ноги и руки, заставив замереть. — Что происходит? — напряженно спросила Поттер, понимая, что их схватил гигантский кальмар. — Он же защитник. — Видимо не просто так запрещено плавать ночью. — заметила Гермиона. — Думаешь, он нас съест? — Не уверена. — простонала Гвен, когда в ее киску протиснулось щупальце. — По-моему он хочет нас трахнуть. — Гермиона тоже застонала, задрожав от холодного отростка внутри своей горячей киски. — Мерлин, я же читала об этом. — тяжело дыша, проговорила Гермиона. — И почему забыла так не вовремя? — Что именно ты читала? — уточнила Поттер, кайфуя от того, что ее трахают, постоянно задевая все нужные точки внутри. — Гвен, у меня плохие новости: мы с тобой будем беременными. Благо, недолго. Утром уже из нас полезут личинки, если он в ближайшее время введет в нас сперматофоры*. Благо, размножается он не как обычные кальмары и нам не придется вынашивать кучу яиц пол года и откладывать их. Он же волшебное существо, так что своей спермой, выпущенной после сперматорфа он их активизирует и они проникнут в нашу матку, выстреливая в нее икру, которая под действием его спермы и слизи с щупалец созреет за пару часов, и внутри нас она превратиться в личинок, которые уже выйдут из нас в течении часа.       Гвен у ужасе замерла, но потом поняла, что кальмар вытащил из нее щупальце и вводит что-то большее. Видимо, член, который и поместит в нее своих детей. Он погрузился в нее, дойдя до шейки матки и она ощутила, как что-то более тонкое стало проникать глубже, открывая матку и принося ей странные ощущения на грани. Поттер застонала, дрожа и кончила, ощутив, как кальмар впрыскивает в нее сперму, а затем выходит, тут же заменив член щупальцем. Судя по стонам и крикам Грейнджер с ней в данный момент происходило тоже самое.       Вскоре щупальца вновь стали трахать их, активно выделяя слизь. Гвен ощутила, как внутри нее шевелится икра, раздувая ее матку и низ живота. Она опустила глаза и чуть не зарыдала от ужаса. — Гермиона? — Как на девятом месяце, вижу. — простонала она. — Он же гигантский кальмар. И так было ясно, что его личинки будут крупнее, чем можно себе представить. А в нас пока всего лишь икра. — Гермиона вскрикнула, вновь кончая. — Мерлин, месяц после этого не буду трахаться, это слишком… — А насколько личинки больше? — спросила Гвен, поскуливая от удовольствия. Все-таки кальмар знал, что делать, чтобы свести ее с ума от кайфа. — По крайней мере в два раза больше. — прохрипела Грейнджер. — Надеюсь нас не разорвет. — Гвен промолчала, решив, что лучше не думать о том, что может быть. Ведь худшее уже произошло: она вынашивает будущих кальмаров. Это просто кошмар.       На рассвете их животы были огромными и шевелились. Они уже плохо соображали от усталость и слишком большого количества оргазмов. И вот щупальца из них выскользнули, с хлюпающим звуком и они ощутили боль. Матка открылась, выпуская личинок кальмара, а волшебницы ощутили на себе всю прелесть родов и схваток. Каждая личинка была размером с большой баклажан, и выходили они сквозь потуги.       Их было много. Поттер насчитала двадцать штук. Гермиона — восемнадцать. Ей повезло, меньше. Наверное потому, что ее оплодотворили второй. Когда все личинки вышли, кальмар толкнулся в их вагины щупальцами и выпустил слизь, отчего вся боль спала, а их раздутые животы, с лопнувшей от сильных растяжек кожей, пришли в норму, будто ничего и не было.       Они с трудом добрались до берега, и быстро оделись, уходя в Замок. — Никто не должен знать об этом. — сказала Поттер, сглотнув. Ее тошнило от мысли о том, что ее только что изнасиловал кальмар. — Конечно. — пробормотала Гермиона. — Но если вычеркнуть всю боль и момент родов, то согласись, такое удовольствие мы вряд ли когда ни будь испытаем.       Гвен промолчала. Потому что в чем-то Грейнджер была права. Несмотря на то, что ее принудили к сексу и родам, она получила больше оргазмов, чем за всю свою жизнь. Даже промелькнула мысль повторить это однажды. Но это была лишь мимолетная мысль. Наверное.