Квиддич

Восхитительно, как сильно мог повлиять один вечер. Гермиона никогда не любила квиддич; просто не понимала, из-за чего вся эта шумиха. На первые несколько матчей она даже принесла книгу, только чтобы обнаружить, насколько легко заразиться безумием вокруг. И потому девушка теперь аплодировала, кричала и свистела с остальной частью факультета. Этот матч был другим, и всё из-за прошлой ночи. Гермиона всегда беспокоилась за Гарри, когда тот делал эффектные трюки, которые заканчивались тем, что он чаще всего оказывался в больничном крыле. В отличие от обычного поведения девушка не осталась стоять рядом с Роном и Невиллом, опустившись на своё место. Она даже не могла смотреть. Гриффиндорка сидела там и ждала с закрытыми глазами, пока коллективное дыхание факультета не превратилось в громкое приветствие победы. Гермиона подпрыгнула — и, конечно же, там был Гарри, невредимый, со снитчем в руке и большой улыбкой на лице. Игра окончена; Гриффиндор победил! Гермиона смотрела, как Поттер устраивает торжественный облёт по кругу, снисходительно улыбаясь и не обращая внимания на шумные возгласы соседей. Пока победитель матча не замедлился и не остановился прямо перед ней. — Молодец, Гарри, — сказала она. — Ты был… Гарри останавливает её, схватив за лицо и сильно поцеловав. Гриффиндорцы приветствуют пару ещё громче, почти настолько, чтобы заглушить удивлённого Рона: — Какого… Гарри! Гермиона! Вы что делаете? Гарри прервал поцелуй и, держась за плечо подруги, повернулся к Рону. — Целую свою девушку. Почему нет? Поттер и Грейнджер вместе улыбнулись Рональду, который, совершенно огорошенный, уставился на них. — Наконец-то, — сухо подметил Невилл.